Глава 111

Были обнаружены многочисленные трупы, погребенные внутри. От ужасного и жестокого зрелища, Хоа бессознательно нахмурилась. Гора трупов, сваленных без разбора людей, демонов, духов и фей. А на вершине… — …Гая? …Лежал растерзанный труп Гаи. Рука Хоа дрожала, когда она увидела дыру в ее груди. Мать в коме, растерзанный труп сестры… Что это за трагедия! Как она и ее семья могли не знать об этих ужасных вещах! — …Предатель. Есть предатель. Всё тело Хоа дрожало от гнева. Холод, распространившийся от ее сердца, окутал ее тело и постепенно превратился в пламя. Было ощущение, будто кто-то ударил ее по голове гигантским молотом, ее губы были плотно сжаты, а из них капала кровь. Зная, что не сможет этого сделать, она все же хотела поднять тело своей бедной сестры, лежащей на горе трупов. — Мне жаль, что я не знала до этого… Но ее тело совсем не двигалось вперед. Вместо кто-то выскочил и пробежал мимо Хоа. Калия, высоко завязавшая свои светло-лимонные волосы, как у младшей сестры, взмахнула мечом, который она получила от Нуа, чтобы победить черное зло, и взобралась на гору трупов. Всё изменилось. Черная тьма постепенно рассеивалась, и тошнотворный воздух начинал проясняться. — Ааааа! Калия взревела, как зверь, прорубая тень и достигая вершины. Она взмахнула своим мечом, прорезая тьму, и обняла сильное сердце, которое истекало кровью внутри. Сердце билось сильно, как будто было живым. Калия крепко обняла его и всхлипнула. В этот момент магические защитные заклинания вспыхивали над головой женщины, как будто защищали ее. Будто для защиты мечницы, молнии беспрестанно били вокруг нее. Хоа обернулась и увидела мужчину, который неустанно изливал магию, чтобы никто не мог приблизиться к Калии ни на шаг. — Тот, кто перешел черту просветления. Мужчина с волосами, сияющими, как серебро, смотрел на Калию. Он держал ребенка на руках и стиснул зубы, защищая ее. А за ним белая армия хлынула, как волна. Белый дракон взмыл в небо, и демоны и монстры показали себя, яростно крича. Калексия и братья Хоа прошли мимо нее, которая стояла как воздух, ведя фейских солдат. Хоа смотрела, как они прорубаются сквозь тени. — Ах…. Это… это, это По всему ее телу пробежали мурашки. Пока она смотрела на них, не моргая, перед Хоа разлетелся белый снег. Птица с белым хвостом пролетела над ее головой и подлетела ближе, бросая ей что-то. — Фрукт?.. Даже она, фея, впервые видела такой фрукт. Хоа рассеянно уставилась на фрукт и посмотрела на небо, чтобы найти ответ. Однако белая птица с длинным хвостом, показывающая будущее, уже исчезла. Вместо этого разрозненные снежинки собрались вместе, образуя в воздухе буквы. [Разбуди меня, дочь.] Это был зов ее матери. * * * Хоа открыла глаза и вздрогнула. — Когда я уснула?… Она сидела на холодном полу, прислонившись к деревянной колонне. Она вспомнила, как вышла на прогулку с двумя птицами. Затем, почувствовав странную энергию от земли, и ее память оборвалась. Ее затащили в сон длиннокрылые птицы. — Это сон… Она вспомнила моменты, которые видела. Пораженная внезапным ощущением реальности, Хоа затаила дыхание. — Ух… Она отчаянно хватала воздух и сжимала грудь, будто человек, упавший в воду и вынырнувший. Вдруг она внезапно почувствовала что-то в руке. Дрожа, она медленно открыла ладонь. — Это, это… В её руках был фрукт из сна. Хоа глубоко вздохнула, она волновалась Пройдя несколько шагов… —…Токан? — …Хоа? Хоа встретила Токана, который искал что-то при лунном свете. * * * Воздух затрепетал, и вскоре появилась Гая с волосами, которые были точь-в-точь как у Калии. — Калия! Ты в порядке? Не плачешь? С беспокойством спросила Гая, обнимая дочь. В конце концов, оказалось, что это был не просто сон. Калия кашлянула и неловко улыбнулась, но не отстранила ее прикосновения. Теперь, когда она знала правду, ее прикосновение ощущалось теплее и нежнее, чем раньше. Калия обратилась к матери. — Можешь позвать Калексию? — Отца? На вопрос Гаи Калия кивнула. — Почему? Отвечая на вопрос Гаи, Калия указала за ее спину. — Из-за этого. Гая, повернувшись, расширила глаза от удивления. — Ого.. у нашего Саши выросли крылья?. Громко рассмеявшись, Гая быстро обняла внука. Детеныш дракона попытался укусить Гаю за руку, но Саймон остановил его магией. — Кью.. Детеныш заплакал. Саймон коснулся его лба, задаваясь вопросом, не слишком ли это было сильно для новорожденного детеныша дракона. Но затем… — Кью-кью-кью! Он заплакал.