Том 35 Глава 452 — Дополнительная история: Пришедшие из Бездны (Часть 18)

Дополнительная история: Пришедшие из Бездны (Часть 18) Спустя неделю, в полдень, тронный зал полнился эльфами. Собрался почти весь цвет знати империи Теларон. Даже ферре из дворцовой обслуги было позволено стоять за ровными рядами дворян, ожидавших окончания речи правителя. Пустовала лишь ведущая к трону красная ковровая дорожка с полусферой магической клетки, под которой, подложив руки под голову, на спине лежал пленённый бог. Подле колонн неподвижными изваяниями застыли четыре десятка гвардейцев, среди коих находились и Лоэзаль с Кальденосом. Верным, воспользовавшимся советами златоглазого, временно удалось избежать арестов. Под потолком парили десятки маленьких сфер с окулярами, снимая происходящее. Миллионы пар глаз по всему миру следили за прямой трансляцией с гневом, беспокойством или радостью ожидая скорой казни. Служба безопасности и столичные войска пребывали в полной готовности. Речь императора Элендера, вещавшего с трона, подходила к концу, обещая наступление новой эпохи, процветание народа и свержение ложных богов: – …посему, сегодня лжебог будет казнён! Сгинет ложь, длившаяся тысячелетия, и да восторжествует истинный свет Светлоликих! Отродье Бездны, тебе есть что сказать напоследок? Только избавь нас от мольбы о пощаде. Продолжая смотреть в потолок, Самди тихо вздохнул, а затем заговорил скучающим тоном: – В семнадцатый раз повторяю, не используйте украденную у меня магию. Она крайне опасна для вас. Прекрати этот фарс, Элендер. Ещё можешь остановиться. Мы простим глупую выходку с "Горном". Обещаю, последствий для тебя и твоей страны не будет. Иначе горько пожалеешь… – У тебя всё? – брезгливо бросил правитель. – Да. – Тогда приказываю: привести приговор в исполнение! Казнить отродье Бездны! Запустить Горн на полную мощность! Кольца маготехнологической конструкция в сферическом подвальном помещении завращались быстрее, ярче вспыхнули руны на стенах. Закричал от боли Самди, скрючившись калачиком на полу. В дворцовый комплекс хлынул необъятный поток чистейшей магии. Вырываемая из бога магия хлынула в столицу. Сотни тысяч эльфов жадно впитывали дармовую силу. Быстро заполнялись расположенные на складе за городом накопители магии. Тронный зал наполнился восторженными возгласами. Не ликовали лишь присутствующие ферре и те, кто называли себя Верными. Прошла минута, две, три, десят, а затем крик златоглазого резко оборвался. – Ну всё, надоело, – ворчливо заявил он, спокойно поднявшись на ноги. Спустя пару секунд от боли заорали уже эльфы. Плоть их дымилась. На обугливающейся коже проступали алые прожилки раскалившихся до красна вен и артерий, вспыхивавших язычками пламени. Одни за другими падали замертво почерневшие тела, источая омерзительный смрад гари. Подле трона в агонии мучился император, избежав участи подданных. На ногах остались стоять только трое гвардейцев, два десятка дворян и группы рабов, пристроившиеся за спинами хозяев. Пол месяца вся извлекаемая из бога магия в один момент изменила свойства, перестав быть пригодной для поглощения. То, что называлось магией дикой – слишком грубой и необузданной для использования живыми организмами, лишь изредка появлялось на поверхности, пробиваясь из недр планеты тонкими струйками, либо образуясь после использования новейшего оружия, основанного на деления атомарных ядер. В сей день же она неожиданно заполнила Эделис. Покрывшись радужными разводами, распался защитный купол, укрывавший столицу. Погасли городские огни. Им на смену пришли вспышки и грохот взрывы от вышедшей из строя техники и артефактов. Горящие транспортные средства съезжали с дорог, врезаясь в дома и прохожих. Тысячи случившихся аварий уже не волновали столичных обитателей. Подавляющее большинство тех, кто владел даром магии, разделили судьбу гостей дворца. Печальной участи избежали лишь многочисленные рабы и Верные, внявшие передаваемому из уст в уста совету златоглазого. До того как голубая полусфера клетки распалась, Самди зашагал вперёд, проигнорировав должную сдерживать его преграду. Не обратил он внимания и на взрыв под полом, сотрясший дворец. От толчка попадали уцелевшие Верные с ферре. Самди шёл к императору. Следом за ним устремилось три сферы с окулярами камер, невесть как продолжавших работать в условиях разразившегося бедствия, без участия мёртвых операторов, транслируя сцену происходящего на всю планету. На пол пути он остановился, обернувшись вправо. Там, у одной из колонн в агонии страдал умиравший гвардеец. Хмыкнув, бог направился к нему, придирчиво выбирая места на полу, свободные от покойников, куда можно поставить ногу. – Что, не смог совладать с жадностью, бедняжка? – невинным тоном поинтересовался златоглазый, смотря на чужие страдания. – Пр-рост-тите… Вел-ликий… Я… Вин-новат… – хрипя, выдавил из себя тот. – Ладно уж. Хотел бы твоей смерти, сейчас бы уже не говорил. Остальных твоих жадных товарищей из Верных тоже прощаю. Живите. Бог развернулся, дабы вернуться на ковровую дорожку, а тлеющая изнутри плоть провинившегося исцелилась, вернувшись в изначальное состояние. «Немыслимо!» – мысленно вопила Лоэзаль. Девушку била дрожь, а тело словно сдавило тисками от разлитой в воздухе дикой магии, словно желавшей проникнуть под кожу и выжечь тело изнутри. От запаха горелой плоти было трудно дышать. Кое-как поднявшись на ноги, она с ужасом осмотрела полный трупов зал. Позабытая алебарда гвардейца осталась валяться на полу. «Они все мертвы? Они все мертвы! Вся знать империи сдохла! Выжили только Верные и рабы! Нет. Теперь они уже не рабы. Теперь у них нет хозяев! Вот что изначально задумывал Великий! Они все мертвы! Здесь было всё правительство, все высшие чины армии! Все!» – Ах-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!! – зазвучал нервный смех. «Он идёт… К императору?.. Почему эта мразь ещё жива?! Точно. Великий хочет сам с ним расправиться! Но что же происходит в городе? Слышны взрывы. Там… Там то же самое творится или это остальные Боги решили покарать грешников? Посмотреть? Нет. Останусь тут. Хочу лично увидеть финал!» Бывшие рабы и Верные пробирались меж трупов, стремясь последовать за своим Богом к подножью трона. Тихие шепотки перерастали в громкие возгласы с требованием расправы над тираном. Среди них слышались и робкие обсуждения ужасов произошедшего. Все чувствовали недомогание и магическое давление в воздухе. Все терпели. Самди неспешно поднялся по ступенькам к трону, не обращая внимания на образовавшуюся свиту, и с довольной улыбкой присел на корточки перед правителем. – Ну что ты, Элендер? Чего буравишь меня ненавидящим взглядом? Скажи хоть что-нибудь. Не можешь? Бывает и такое… Нет-нет, ты не подумай, будто я договор сейчас нарушил. Вмешательства в сознания и свободу воли не было. Пальцем никого не тронул. Произошедшее даже "сопутствующим ущербом" назвать нельзя! Я всего лишь немного изменил часть самого себя. Безвредное для окружающих изменение. Но вы ведь сами против моей воли, вопреки семнадцатикратному предупреждению, добровольно вырывали из меня… Крали мою магию. Никто вас не принуждал. Сами виноваты, раз не знаете, что извлечённая в трёхмерном пространстве магическая энергия в более высоких мерностях всё ещё является частью моего тела. Случившееся можно считать исключительно массовым самоубийством плотоядных паразитов, отравившихся чужой плотью. – Ты… Тварь… – с ненавистью прохрипел император, – кто… Ког-гда… Тебя… Ос-своб-бодили?.. – Освободили? Неужели считаешь, будто только вы умеете лгать и притворяться? Самди застонал, схватившись за грудь, а спустя пару секунд прекратил изображать приступ боли. – Видишь? И так пол месяца. Скажу по секрету: я вообще не пользуюсь магией. Создал её в собственном теле исключительно, дабы вам было что красть. – Ты… – Что я? Не слышу! Говори громче. Стой-стой-стой! Ты взаправду считал, будто мы не знали о вашем любимом "Горне"? Знали. Ещё пол века назад узнали, до начала строительства. – За… Зач-чем?.. – Зачем попался? Ну… Вы ведь так старались. Планировали, строили, таились… Как тут было не дать шанс реализовать задумку? Жалко ведь стольким трудам пропадать понапрасну. Только не говори, будто вам не давали шансов остановиться и одуматься. Семнадцать раз повторил! Сами виноваты, раз за собственным высокомерием не разглядели моей игры. Вон, Верные догадывались, мол, что-то в происходящем не так. А вы… Эх. Ну да ладно! Собственно, ты еще жив только по одной причине: обещал ведь мне посмеяться последним? Ну так смейся! Смейся! Самди поднялся, потянулся, разминая плечи, сложил руки на груди и, самодовольно ухмыльнувшись, продолжил: – Цвет твоей знати мертв. Элитные армейские подразделения, размещённые в столице, тоже мертвы. В городе вообще вымерли почти все преданные тебе эльфы! Осталось две тысячи сто семнадцать наиболее осмотрительных тушек, додумавшихся прислушаться к моим словам. Но их участь… Сам понимаешь: остались четыреста тысяч рабов и называющие себя Верными. Нет уже бывших рабов. От остатков жадных хозяев избавятся быстро. В Эделисе и окрестностях пару лет жить не получиться из-за загрязнения дикой магией. Твоя империя прекращает существовать. Её захватят восставшие и разорвут на кусочки соседи. Ну! Я жду! Смейся, Элендер. Смейся! – Светлоликие… Свет-тло-ликие… Вас пок-карают… – Да неужели? И когда произойдёт этот знаменательный момент? Что-то они никак не приходят. Что же нужно сделать, дабы они снизошли? Может быть, выжечь эту планету? Не отвечай. Не утруждайся. Ответ уже знаю. Тираду прервала небольшая толпа, собравшаяся на красной ковровой дорожке подле трона. Многочисленные выкрики сливались в единый хор, просивший прервать жизнь ненавистного императора. Бог обернулся к ним, отрицательно качая головой: – Не могу. Мы, жители Золотого города, чтим договор. Надоело это повторять… Согласно договору, мне нельзя убивать правителя одной из стран. Пункт… Не суть. Мне нельзя. Такова воля Имиры. Она уже нудит… Хм… Ваши жизни в ваших руках! Свобода воли и всё такое прочее. Вы сами решаете, как жить и умирать. Или… Что делать с императором Элендером! «Я! Это сделаю я! Пристрелю, да и дело с концами. Не будет ему суда. Не достоин! Алебарда? Где алебарда?! – думала Лоэзаль, спешно шаря рукой по поясу в попытках нащупать кобуру, – плевать. Из ручного магострела прикончу! Великий уже отошёл в сторону. Спускается к нам. Потом попробую поговорить с ним. Сначала… Сегодня Теларон станет свободной страной!» Подобные мысли пришли в голову не ей одной. Девушка успела выхватить и направить оружие на правителя первой. От судьбоносного выстрела эльфийку удержала сомкнувшаяся на запястье, покрытая красной чешуёй ладошка ферре. – Постой! Постойте все! – во весь голос закричала бывшая рабыня Лида-Ирд-Дора-Мал, – не убивайте его! Не так! Позвольте мне сделать это самой! Он и его предшественники тысячелетиями угнетали мой народ! Забрать жизнь поработителя должна ферре! Не Верные Истинным Богам Первородные, а ферре! Позвольте мне положить конец векам тирании! Выжившие эльфы и ящероподобные зверолюды загомонили, но выстрелов так и не прозвучало. Пользуясь моментом, дворцовая служанка отпустила Лоэзаль, подскочила к одному из мёртвых дворян, выхватила из его ножен богато украшенный церемониальный меч и ступила на первую ступеньку, ведущую к трону. – Переговоры окончены, – поравнявшись с ферре, заявил спускавшийся Самди, – одна из сторон решила совершить массовое самоубийство. Девушка кивнула, не проронив ни слова, продолжив подниматься на встречу к императору. За её спиной пристроилась одна из трёх уцелевших летающих сферических камер, ранее следовавшая за златоглазым. Присутствующие расступались, пропуская направлявшегося к выходу Бога. – Подождите, Великий! – воскликнула Лоэзал, бросившись к уходящему, – что теперь будет? – От вас зависит, ребятки вы мои… Не придумал какие. Сами решайте, как жить дальше. Молча эльфийка последовала за Самди. Ворота отворились сами собой, выпуская уходящего. Остановившись на пороге, он окинул взглядом площадь перед дворцом, усеянную множеством обугленных тел гвардейцев и знатных особ, чей низкий ранг не позволял находиться в тронном зале во время казни. Меж них растерянно топталось менее сотни фигур рабов и выживших эльфов С расположенного на вершине рукотворной горы дворцового комплекса открывался отличный обзор на вымерший город. Никто из присутствующих на него не смотрел. Все взгляды приковывала огромная плоская проекция над входом в тронный зал, показывающая происходившее внутри. Обернуться их заставила только ярчайшая голубая вспышка взрыва, сверкнувшая посреди лугов и последовавшая за ней ударная волна. – Вот и ваши накопители взорвались, "собираемые со всей страны", – прокомментировал произошедшее Самди, обратившись к вставшей рядом Лоэзаль, – пару лет в этом городе жить не стоит. Иначе эта самая жизнь окажется весьма короткой. "Загрязнение" со временем рассеется само. Оно не серьёзное. – Как скажете, Великий. – Как же надоели со своим "Великим"… Ах да! Чуть не забыл. Одна из двух оставшихся камер облетела Бога, застыв в метре от его лица. – Итак! Переговоры закончились. Империя Таларон более не будет чудить, устраивая глупые атаки на мой дом под видом действий террористов и мятежников. Собственно, царствующая династия в полном составе решила уйти из жизни со всеми приближёнными… Самди умолк на десяток секунд, покосившись на подошедшую Лида-Ирд-Дора-Мал, державшую за волосы отсечённую голову императора. Вскинув руку с трофеем вверх, ферре изо всех сил прокричала: – Тиран мертв! Мы свободны! Немногочисленные слуги на площади приветствовали заявление радостными возгласами. Радость рабов, смотревших прямую трансляцию по всему миру, была куда более бурной. – Вот и славно, – кивнул ей златоглазый, – напоследок вот вам ещё один совет, девочки: поскорее приставьте кого-нибудь из ферре к эльфам-Верным. Иначе восставшие рабы могут их разорвать вместе с хозяевами. На этом всё. Бог шагнул в возникший перед ним портал, покинув дворцовую площадь. В тот же миг ударились о камень три последние упавшие камеры, окончательно придя в негодность. Исчезла и проекция над входом в тронный зал. (Под настроение: Nagary – Мышеловка.)