Дополнительная история: Пришедшие из Бездны (Часть 11)
Волны бились о высокий мыс, остриём выступавший над морем. В этот солнечный день на его поросшей травой вершине собралось множество народу. Подавляющее большинство составляли ящероподобные зверолюды, называющие себя ферре, но присутствовали и когда-то немыслимые в столь отдалённых от цивилизации краях – немногочисленные эльфы. Собравшихся оказалось столь много, что на мысу не хватало места. Десятку организаторов из народа ферре, облачённым в белые, подобные жреческим одеяния с серебряными вышивками, пришлось разделить гостей на две очереди. В первой стояли вполне здоровые визитёры. Во вторую попадали явно больные, увечные или те, кто держал в руках тканевые свёртки разных размеров, в самые крупные из коих вполне мог поместиться даже взрослый ребёнок. Посередине оставался свободный проход для уходящих прочь. Все они стремились к одной цели. Все они желали коснуться, преклонить колено и вознести молитву поставленному на мысу у самого обрыва, ныне заваленному со всех сторон кучками принесённых цветов, камню с грубо вытесанным рисунком: в левом нижнем углу тремя кривыми линиями была нарисована вода. Справа от нее одна изогнутая черта обозначала возвышающуюся сушу. Над ней, в правом углу изображался дующий ветер, напоминающий бьющий горизонтально гейзер. Слева от него находился кружок с вписанным треугольником.
Пожилой ящероподобный зверолюд с побелевшими от времени чешуйками, в обычной для городского жителя повседневной одежде стоял возле заветного камня и задумчиво смотрел на море. Никто не тревожил его покой. Амаз-Нот-Ка-Шан размышлял о прошлом.
«Как же давно это было… Как можно было помыслить… Шестьдесят сем лет. Шестьдесят сем лет прошло! Каким же я тогда был высокомерным и глупым! Пригласил Богов в жалкую деревушку… Они пришли. Боги действительно тогда пришли со мной! Знатный выдался пир. Нет, сначала их испугались, а затем узрели чудо исцеления. Старушка с больной спиной не сумела убежать и упала. Милостивый Рафаил тогда помог ей подняться и без просьб исцелил хворь. Да… Когда все успокоились, тоже стали просить Богов об исцелении. Боги никому не отказывали. Просили лишь о разговорах. Просили рассказать что-нибудь о быте… Ерунду просили. А затем был пир! Нет… Сначала были подарки. Богов интересовали даже наши дрянные одежды. Кто бы мог подумать, что они начнут их примерять?! Прямо на себе создавали. Затем две девчонки заговорили о нарядах Первородных. И началось… Боги создавали себе наряды. Говорили, как посмотрели, в чём ходят Первородные и воссоздали. И дарили нам… Сначала одежды, появлявшиеся из ниоткуда, затем драгоценные украшения. Боги просто не знали цены творимому! Для них подобное – пустяк. Ах да! Торговцы. Тогда ведь к нам приехала парочка торговцев с охранником. Они-то и объяснили Богам, что подобные чудеса разрушат экономику и навлекут беду. Хех… Хитрецы. Сначала себе украшений урвали и только потом объяснились! Пир был уже вечером. День ушёл на разговоры и чудеса. А вечер… Боги сначала не хотели есть мяса. Им это казалось странным. Ничего, попробовали, понравилось! Столько еды и выпивки тогда сотворили! Снова у Первородных подсмотрели. У Первородных еда хорошая, не то, что наша. Но и нашу ведь ели. Не брезговали! До утра гуляли. Эх. Ну и напился я тогда! Зато хватило смелости сделать предложение Лаар, а она согласилась. Второй жены так и не завёл».
Ненадолго оторвавшись от воспоминаний, старик оглянулся на громкий клёкот в небе. Под тонкой прослойкой белоснежных облаков кружил силуэт широко раскинувшей крылья птицы.
«"Вестник Богов", да? Хех. И никакой ты не вестник. Просто моя Чаалла. Просто птица, пережившая свой естественный срок. Ещё одно чудо. Её первые птенцы уже умерли. Ну, а ей отведено Богами столько же, сколько и мне. Полгода осталось… Так сказала мудрая Кьяра. Моему телу осталось полгода… Шестьдесят сем лет с Пришествия. Сегодня уже шестьдесят седьмой День Пришествия празднуем. Ничего. Восемьдесят семь лет – очень хороший срок. Долго прожил. Не понимаю, почему другие считают, будто именно Чаалла относит их молитвы Богам. Да, меня мудрая Кьяра услышит, если обращусь словами. Но только она и только меня. Остальные Боги странствуют меж звёзд – так говорила Великая. Я ведь "Избранник Богов" как-никак! Птица же – просто птица. Умная, этого не отнимешь, но в то же время глупая и вредная. Сколько раз её детвора из шалости заманивала под ящик дохлой мышкой?.. Ох, и не сосчитать. А как выпускали… В глаза ведь злыдня обидчикам метит! Приходится к камню вести и молить Богов об исцелении…»
Взгляд старого зверолюда оторвался от свободно парящего в небесах любимого питомца и переместился к заветному камню. Подле него на коленях стояло пятеро молящихся. Четверо паломников были абсолютно здоровы и лишь тихо возносили молитвы. Пятым оказался молодой однорукий калека из народа ферре. Он ещё только преклонял колени.
«Чудо-чудо-чудо. Как есть чудо, но подобное удивляет лишь впервые пришедших сюда. Этот камень… Наверное, величайшая моя глупость! Хм… Года через два, кажется, после Пришествия, кое-как затащил его сюда с друзьями. Юношеская дурь, да и только! Поставил себе надгробие… Выбрал красивое место и сделал надгробный камень тому "себе"… Тому Амазу-Нот-Ка-Шану, что погиб в море, когда в огне пришли истинные Боги. Амазу из воспоминаний. Амазу, который никогда не жил! Как смог, выковырял в камне… Изобразил те события из воспоминаний. Тогда это был ещё просто камень. И додумался ведь рассказать мудрой Кьяре о собственной "могилке"! А она… Раньше ради исцеления приходилось ждать редких визитов Богов. Мудрейшая наделила эту бестолковую поделку целительной силой! Достаточно коснуться и попросить! Просто попросить. Ничего платить не нужно! Все эти цветы и дары паломники несут сами. Знают ведь, что Боги не забирают подношений. Знают, что ценности идут на содержание первого храма, и всё равно несут. Ладно. Исцеление… Камень способен и на большее! Истинное чудо! Чудо жизни! Но только для детей. Двенадцать Серебряных Божеств воистину милосердны и могучи. Эх… Жаль, что теперь редко носят свои серебряные одеяния. Теперь одеваются, как мы ничтожные. Жаль…»
Размышляя о своём, Амаз наблюдал за тем, как коленоприклонивший однорукий ферре коснулся лбом шероховатой каменной поверхности и что-то прошептал. И возник рой серебряных светлячков, создавая увечному новую конечность.
«Но чудо жизни… Его никак не могут опровергнуть даже поборники Светлоликих! Боги благоволят детям. Они говорят, мол у детей вся жизнь еще впереди, и неподдельно печалятся о детских смертях. Они Боги! Но они в силах исправить трагедии. И они исправляют, ведь камень возвращает к жизни детей, умерших не более года назад. Оживляют тех ферре, кто не прожил шестнадцати лет, и тех Первородных, чей возраст не перевалил за сто двадцать. Да-да-да… Первородные живут очень долго, а взрослеют медленно. Вот и сейчас скорбящие родители несут к камню не своевременно почивших, завёрнутых в ткани детей. Всем им будет дарован новая возможность прожить жизнь! Дорога в нашу глушь не близкая. Боги дали год. Истлевшие, начавшие разлагаться тела восстановятся. Ни следа смерти не останется! Хех. Такой милости удостоены лишь дети. Оно и правильно… Нечего нам, старикам, молодым мешать. Мы своё прожили. Пусть своим умом поживут и другие. Их просили… Мудрая Кьяра поведала к каким бедам может привести вечная жизнь и перенаселение. Далеко не все из нас, смертных, благочестивы и добры. Злодеев тоже хватает. Нести их злобу в вечность? Нет уж! Истинные Боги не судят нас по поступкам. В глазах Богов мы все равны, хоть добрые, хоть злые. У всех есть свобода воли. Все отживут свой срок и умрут. Чуда жизни достойны лишь дети».
Взгляд старого ферре переместился на песчаное побережье, где теперь стоял небольшой, но всё ещё разрастающийся городок. Добротные деревянные дома перемежались с каменными постройками, достигавшими трёх этажей в высоту. На окраинах шло строительство новых жилищ. Поодаль на участках, расчищенных от леса, появились поля.
«Много же воды утекло за эти годы! Во времена моей юности никто и помыслить не мог, что крохотная рыбацкая деревушка превратиться в настоящий город! Спасибо Богам! У нас почитают всех двенадцать, но особым почётом, несомненно, пользуется мудрая Кьяра. Воистину, она – покровительница нашего города! В каждом доме найдётся статуэтка, изображающая Мудрейшую. Именно она благоволит нам более остальных! Да-да-да… А ведь всё началось с моих жемчужин! Ещё в первый День Пришествия Мудрейшая на застолье поинтересовалась, от чего мы рискуем жизнями, выходя в море и ныряем ко дну в поисках устриц и жемчуга, а не выращиваем их сами, подобно скоту. Ей тогда пытались объяснить, будто жемчуг – дар моря. Его нельзя выращивать. Какими мы тогда были глупцами! Мудрая Кьяра объяснила, научила нас выращивать жемчуг! Это оказалось слишком просто. Всего-то нужно выбрать место у берега под устричную ферму и оставить там собранные в море устрицы. Тоже мне, тайна "даров моря"… Аккуратно помещаешь в живую устрицу крохотную песчинку и ждёшь два-три года, пока она обрастёт перламутром. Теперь торговля жемчугом – наш основной доход. Даже свои ювелиры появились, делающие прекрасные украшения! Хех… Эта "Тайна" – тайна создания жемчуга и по сей день хранится исключительно в семьях изначальных жителей деревни. Сколько раз "Тайну" пытались украсть?.. Не сосчитать! В дома вламывались, искали записи. Пытались работников похищать. Так и не узнали. Какие записи?! Нечего записывать! Ерундовое ведь дело. До сих пор никто секрета не раскрыл. Даже пытки терпели. Это дар Богов только для нас. Пришлые спрашивали у Богов. Им не отвечали. Мои внуки тоже унаследовали семейное дело. Голодать они точно будут. Лишь бы не зазнались!»
– Ай! Ну что ты, Чаалла. Больно ведь…
«Села на плечо моя любимица. Налеталась? Сколько же даров дали нам Боги. Ничего взамен не прося… Та же рудная жила. Мудрая Кьяра указала, где её найти. В двух днях пути отсюда. Руда там дрянная, что уж говорить. Но Мудрейшая научила её правильно плавить. Получая хорошее железо! Ведь строящийся город без железа не может. Многому учит. Благодаря Мудрейшей созданы обители хранителей мудрости. Теперь в них учатся наши дети. Посещать два года по утрам – это обязательно, а затем к родителям. Мудрая Кьяра помогла составить… "Программы обучения". До сих пор плохо понимаю, что это такое. Но хранители мудрости не могут нарадоваться. Говорят, будто это упорядоченные знания! Грамота, математика, знания об окружающем мире. Всё это стало доступно и понятно нам, убогим. Лет пятнадцать назад сделали утренние уроки обязательными для всех детей. Вот бы мне так… Да уж. Меня, безграмотного дурака, учиться заставляли едва ли не силой. Говорили, мол, Избранник Богов не может оставаться неучем! Первые поселившиеся здесь Первородные и учили».
Амаз обернулся к паломникам, выискивая взглядом в толпе среди собравшихся редких эльфов.
«Да уж–да уж–да уж! Слухи о чудесах исцеления и жизни быстро разошлись по округе. Сначала за исцелением приходили только ферре. Затем появились первые Первородные… Их тоже терзали неизлечимые хвори и увечья. Они тоже теряли детей… Светлоликие безмолвствуют. Светлоликие никогда и ничем не помогают. Магия Первородных не всегда в силах побороть болезнь и уж тем более вернуть жизнь! Никому так и не сказал о том, что услышал от истинных Богов при первой встрече. Светлоликих нет. Мы сами придумали себе тех богов… Эту тайну унесу с собой в могилу. Последователи Светлоликих и без того объявили нас еретиками… Все приходят, прослышав о чудесах. Старая вера перестает иметь значение, когда чудеса творятся на глазах, и Боги редко, но ходят среди нас. Точно знаю – в других деревнях и городах ставят такие же камни, но чудес не происходит. Чудесной силой наделено только моё дурацкое надгробие. Да и Боги в других местах не появляются… Не хотят открывать себя миру. И это печально… Чудеса… Вера… Что значит вера в безмолвных Светлоликих для матери, потерявшей дитя? Первородные тоже чувствуют, как и мы! Узрев истинные чудеса, некоторые оставались у нас... С ферре! Мы ведь просто рабы для Первородных! Да. Теперь-то знаю, как устроен мир. Научили, рассказали… Но здесь Первородные живут бок о бок с моим народом! Всё благодаря Богам. Боги относятся ко всем разумным, как к равным. Не брезгуют ни ферре, ни Первородными. Наравне говорят со всеми. И это правильно! Мы учимся у них. Даже лорд одного из соседних городов поддерживает нас, остужая пыл сородичей. Подумать только, Первородный владыка города защищает ферре! Оно и не удивительно. Сорок шесть лет назад его жена разродилась мертворождённой дочерью… Дети у Первородных редки. Потерять первенца – великая трагедия! Они пришли к камню. Сегодня девочки здесь нет. Она приезжала в прошлом году. Растёт здоровой. Все одарённые второй жизнью отличаются хорошим здоровьем».
Обновлено: 11.02.2026