История 22: Алмаз (Часть 29)
Юноша шагнул к проходу, нерешительно потоптался на месте, рассматривая видимое с той стороны кладбище, а затем обернулся и робко спросил, поддавшись любопытству: – А что ты тут делаешь? Что это за жидкое серебро?..
– Опять за своё... Один вопрос – один ус, – предложил златоглазый.
Стиснув зубы, Ирбис поочерёдно вырвал у себя два росших рядом уса и зажал заболевшие место ладонью.
– Можешь выбросить. Плата принята. Хотя... Расценки нужно бы подкорректировать. Слишком уж ты легко себе усы рвать стал.
– С тебя два ответа! – потребовал мальчишка, – первый вопрос: что это за серебро в небе? Оно, наверное, больше, чем весь мой мир!
– Ты ведь не поймёшь, котик... – задумчиво протянул мужчина.
– Ты уже принял плату! – возмутился парень.
– Ладно... У тебя над головой то, к чему может привести развитие технологий...
– Это не ответ!
– Это одна из колоний наномашин, переработавших материю одиннадцати звёздных систем в себе подобных и теперь собираемая по всему близлежащему космосу для утилизации. Ну как, понятно?
– Нет... Можешь понятней объяснить?
– Хм... – мужчина перед Ирбисом сделал вид, будто задумался, – пожалуй, за маломальски понятное объяснение с тебя ещё один ус... Ах да, и при случае угостишь меня хорошей выпивкой.
– Угу. Ладно, – кивнул любопытный парнишка, желавший понять, что видит вокруг. Бросив два сжимаемых в руке уса, он выдернул ещё один, тихо ойкнув от боли.
Сейчас парнишка был не прочь потерпеть боль. Боль помогала отвлечься от дурных мыслей. Ненадолго забыть о горечи утраты, которая, впрочем, начала отступать после того, как бог пообещал помочь оживить умерших друзей. Или, по крайней мере, одного глупого друга и двух новых знакомых. Надежда была, а пустая болтовня хоть с кем-то и вопросы помогали успокоиться.
– Ну, знаешь... Был один мирок... – начал рассказ Самди, – его жители создали крохотные чудесные машинки. Эти машинки могли строить, лечить болезни, создавать еду... Решили множество проблем. В том мире началась эра процветания! На десять лет... А потом в нескольких машинках произошел программный сбой: случайно стёрлось значение максимальной численности этих крохотных устройст, и основной задачей стало создание себе подобных в неограниченных количествах. Машинки переработали свой мир со всеми жителями, а так же соседние планеты и, распространяясь с космическим мусором, перекинулись на другие звёздные системы.
– Понял хоть что-то? Проще объяснить не могу.
– Угу... Примерно... Машинки уничтожили мир?
– Да.
– А что такое звёздные системы?
– Ещё один ус.
Тихо фыркнув, а затем и ойкнув от боли ради удовлетворения собственного любопытства, юноша вырвал уже четвертый усик.
– Звёздная система – это солнце. Иногда вокруг него вращается несколько миров. Мы их планетами называем. Зачастую на них нет жизни. Жизнь редка во вселенной.
– Понятно, а что ты тут делаешь? – кивнул молодой странник.
– Кое с кем убираем этот бардак: собираем по округе и уничтожаем те машинки. Восстанавливаем уничтоженные планеты.
– А зачем?..
– Метод с вырыванием усов определённо больше не работает... Нужно что-то новенькое выбрать. "Прибираемся" ради замедления энтропии. И не спрашивай, что это!
– Значит, внизу и правда другой мир? – отойдя от всё ещё открытого портала, мальчишка подошёл к краю красной скалы, парящей в воздухе на невероятной высоте, где внизу, с поверхности жёлтой планеты в небо к золотой сфере тянулись огромные облака, – что с ним происходит?..
– Гравитация огромной массы собранных вверху машинок медленно разрывает планету. Балуюсь я так. Послание создателям этой серебряной заразы оставляю. Их тоже восстановят.
– Ты мир уничтожаешь ради забавы?..
– Я же его и восстановил! Могу немножечко и поломать...
– Зачем?!
– Послание оставить! Создателей наномашин тоже восстановят вместе с их миром и объяснят, как они себя уничтожили. У них язык основан на колебаниях... В общем, глядя в будущем сюда, они увидят, как с определённой периодичностью с планеты поднимаются и опускаются облака. Для них это будет значить примерно: "Идиоты-самоубийцы". Представляешь? Это как если ты посмотришь на небо и увидишь огромную надпись из звёзд! Вселенная говорит с тобой.
– Не понимаю... – буркнул мальчишка, отходя от края красной скалы, – ты как будто пишешь гадости на заборе. Вот...
– Именно! Ты ещё не знаешь, что им местные звёзды промерцали!
– Это глупо...
– Котик... Мне приходится прибирать бардак на краю вселенной за какими-то идиотами, уничтожившими самих себя, соседние звёздные системы и отправившие эту заразу распространяться по галактике. Ты хоть представляешь, какого вылавливать крохотные машинки размерами многократно меньше пылинки, которые почти два миллиона лет разносило по космосу? Я замучился строить модели их разлёта... А найти нужно все наномашины, иначе они так и продолжат перерабатывать в себя всё, до чего доберутся. Писать "гадости на заборе" – моя отдушина от нудной, скучной, монотонной работы. На твои вопросы ответил?
– Угу...
– Тогда топай отсюда! У меня и без тебя уйма дел с этим мусором.
– Ладно... Спасибо, что на этот раз отозвался, – поблагодарил Ирбис, направившись к прямоугольному проходу в свой мир. Но перед самым его носом портал неожиданно исчез, а позади Самди вдруг заинтересованно спросил: – Постой, постой! А почему я "Утка надутая"?
– Ч-что?.. – обернувшись, растерянно переспросил парнишка. Тут же в воздухе перед ним возникли четыре колонки полупрозрачного текста, озаглавленные: "Вопросы", "Попрошайничество", "Оскорбления" и "Пустая болтовня". В них содержались все высказывания и мысли Ирбиса о Самди за последний месяц с соответствующими датами.
Несколько строк в третьей колонке вспыхнули красным, выделяя слова "Утка надутая".
По началу зверолюд опешил, а поняв, что перед ним, виновато пискнул: – Извини... Я не хо...
– Успокойся, – весело отмахнулся от извинений мужчина, – не злюсь. Понимаешь ли, я коллекционирую уникальные оскорбления в свой адрес, и это что-то новенькое! Какое-то детское ругательство... Даже милое немного. Мне всего лишь интересно, как оно появилось. Расскажи честно. Не хочу копаться у тебя в голове, ища ответ. И без того дел хватает...
– Эм... Прости... – вновь виновато извинился юноша, не ожидавший, что игнорировавший обращения бог узнает о всей той ругани, что лилась в его адрес после событий в Великом лесу.
– Объясняй. Не нервничай. Наказывать не стану.
– Эм... Ну... Ты себя самодовольно у эльфов вёл... Мне потом это утку напомнило. Вот... – невнятно промямлил зверолюд, отведя взгляд в сторону.
– Мда... – протянул мужчина, – ругаться тебе нужно научиться нормально... Ладненько! Буду считать это праздничным подарком от тебя. Хм. Надо ведь отдариться в ответ. Вот, держи, – подойдя к парнишке, златоглазый протянул возникшую у него в руке квадратную бумажную карточку размерами с ладонь.
– Что это? – настороженно спросил Ирбис.
– Подарок.
– За что?.. О каком празднике говорил?
– А ты не знаешь, что у вас сегодня за день?
– Плохой день... – буркнул юноша.
– Ну да... Некромант со своим бесполезным символизмом праздник тебе подпортил. Сегодня ведь новый год наступил! Для него это "Ночь смерти и рождения"... В общем, бери и вали восвояси. И так отвлёк меня.
***
Не став слушать возражений, бог сунул в руки мальчишке квадратную карточку, и в следующий миг обстановка вокруг резко изменилась. Парнишка вновь стоял посреди разорённого кладбища на краю ужасного кратера, а с серого утреннего неба так и продолжали лениво падать снежинки, медленно накрывая округу белым покрывалом.
Взглянув на подарок, путник увидел невероятно реалистичный портрет улыбающейся Тиль, подносящей к чуть приоткрытому рту румяный пирожок. Юноша даже несколько раз ткнул в него пальцем, думая, будто это какой-то маленький портал. Но нет. Он держал просто твёрдый кусок бумаги.
По щекам молодого странника вновь потекли слёзы, спеша замёрзнуть на зимнем морозе и украсить мех белой изморозью. Он не знал, от горя ли о судьбе друзей льются слезы, или от радости из-за возможности хоть так вновь увидеть любимую. Горечь потери вновь подступила, но с ней пришла и надежда на исправление трагедии. Быстро собрав разбросанные вещи обратно в дорожный мешок, из чужой поклажи мальчишка прихватил меч Эрика и поскорее ушёл из злополучного места.
Вернувшись за забытым спальником, зверолюд закопал оружие друга под той же елью, решив, когда всё закончится, рассказать полукровке, где их найти. Вновь выйдя на дорогу, парень двинулся в путь, обзаведясь новой целью, но не забывая и о старой.
Наступил новый год, но для Ирбиса всё оставалось по-старому. Его путешествие продолжалось.
(Вместо эпилога: Канцлер Ги – Романс Олафа Кальдмеера.)
Обновлено: 11.02.2026