Том 24 Глава 217 — История 18: Судьба (Часть 13)

История 18: Судьба (Часть 13) Нужная комната оказалась заперта, зато у стены стояло вынесенное из зала складное тройное сидение. На нем и устроился мальчишка. Через двадцать минут подбежала Тиль. Крепко обняла его, спросила, все ли с ним в порядке, а получив утвердительный ответ, попросила подождать ещё немного и поспешила вернуться к работе. Вновь она объявилась почти через час, за который ждавший парнишка успел весь известись. – Ну, как ты, Ирбис? – спросила дочь трактирщика, усаживаясь рядом с ним. – Я в порядке. А ты как?.. – Вымоталась очень... Рада, что ты живой и целый. Повисла неловкая пауза. И юноша, и девушка не знали, что сказать друг другу. Первой вновь заговорила Тиль: – Видел старика? Вот ему я помогаю... Это мэтр... – Орладин, – закончил за неё не парень, – угу. Узнал его. Это он был в Грейденпорте. – А он тебя нет, – усмехнулась девчонка, – я специально спрашивала. Он проворчал что-то о том, что не запоминает "всяких наёмников", и велел не отвлекаться. Эх-хех... Прости... Не могла раньше уйти. Ты опять убежал?.. – Главное, что тебя дождался. И я не убегал! Я очень рад, что с тобою всё в порядке! Сегодня меня отпустили до полуночи. Вот... – Это хорошо... Где ты служишь то?.. – тихо, будто чего-то опасаясь, поинтересовалась Тиль. – На стене у южных ворот. Нас вчера туда отправили. – Тяжело у вас там?.. – Я цел... – уклончиво ответил парень, решивший не вдаваться в детали. – Неужели? А с руками что? Взяв юношу за левую ладонь, дочь трактирщика подняла ее к своему лицу, рассматривая опаленный мех и свежие ранки. – Это просто царапины! – ответил мальчишка и осторожно высвободил конечность из хватки подруги. – Ну да... Царапины... Ожоги есть? Их нужно обработать. – Нету. – Ирбис... Ты ведь с луком! Как до тебя то живой монстр добрался? – вдруг вскрикнула девушка. – Почему вдруг добрался?.. Я цел... – вопросом на вопрос ответил парнишка. – Такие ожоги тут у каждого второго. Думаешь, не знаю, откуда они берутся?! – возмутилась собеседница. – Это была птица размером с ворону. Их сложно сбивать... Я её добил, – промямлил опешивший юноша. – Зачем ты вообще в это ополчение пошёл?! – со злостью в голосе спросила Тиль. – Люблю тебя... Вот и пошёл. Защитить хотел, – честно ответил Ирбис. Слова дались ему легко, без малейшего усилия. Секунду спустя он с удивлением увидел, как девушка беззвучно открывает и закрывает рот. – Ну, ты и нашёл момент для признания... – наконец растерянно вымолвила она. – Но ты ведь итак это знала. Я думал, что ты знала... Даже златоглазый меня называл... – Прекрати... Глубоко вздохнув и шумно выдохнув, она уставилась в потолок, больше не говоря ни слова. – А что ты обо мне думаешь? Чувствуешь ко мне... – набравшись смелости, в лоб спросил парень. – Такта тебе не занимать. Да, Ирбис?.. – вздохнув, высказалась она. – Прости... Мне Ланс говорил, что не нужно навязываться... Но я хочу знать... Прости ещё раз... – Я не о том... Просто вот так вот прямо всё это говорить... – ненадолго прервавшись, потерев руками глаза, девушка помотала головой, вновь уставилась в потолок и заговорила: – Прости... Я сейчас... Ты тогда свалился, как снег на голову. Помог мне очень... А потом исчез на два месяца... Не писал... Вот сейчас опять объявился, – голос девушки становился всё тише и тише, пока из глаз не потекли слёзы, – но ты же сам знаешь, что вокруг твориться... Время просто ужасное! Даже папа... – Тиль мельком посмотрела на застывшего паренька и тут же отвела взгляд: – папа без руки остался... И я не знаю, что с тобой завтра будет... Ирбису хотелось спросить о трактирщике, но он попросту не нашёл в себе силы раскрыть рта, затаив дыхание, продолжая слушать ответ девушки. – Ты мне нравишься, Ирбис. Правда. Очень нравишься... Но я сейчас просто не в состоянии думать о будущем и о всей этой... Вдруг Тиль встрепенулась, быстро вытерла со щёчек слёзы и посмотрела прямо в глаза парня: – Вот что, Ирбис. У нас ведь уже есть одно обещание. Помнишь? – Угу. Осмотреть второй этаж той крепости... – осторожно ответил мальчишка, не понимая, к чему клонит его любимая. – Давай ещё одно дадим? – Какое?.. – Завершить этот разговор, когда всё это закончится? Когда мы живыми выберемся из города, тогда и скажу... Хорошо? – Но я ведь тебе нравлюсь?.. – уточнил юноша. Девушка мягко улыбнулась и легонько потрепала его волосы. – Нравишься... Но ты пообещай выжить. Вот смотри. Я обещаю тебе, Ирбис, что выживу в этом городе и когда все закончится, дам тебе ответ, – под конец, усмехнувшись, она добавила: – уверяю, тебе понравится... – Обещаю! – во весь голос выкрикнул зверолюд. Но кроме собеседницы его никто не услышал. Вокруг без того хватало стонов и криков раненых. – Мы теперь обязательно должны выжить, – подвела итог Тиль. – Угу! А что с Мерриком?.. Прости за вопрос... – Не извиняйся... Жить будет. Таким его не пронять! – дочь трактирщика старалась говорить бодро, но предательские слёзы вновь выступили в уголках её глаз, – ему руку разгрызли, правую. Сегодня утром услышала его ругань... Пошла на крик, а он тут у нас в театре... Ему уже забинтовывали... Ирбису хотелось обнять вновь заплакавшую, сидевшую рядом девушку и он дал себе волю. Парнишка положил ладонь на плечо подрагивающей любимой и прижал к себе. Свободной рукой коснулся её длинных волос и начал осторожно гладить. Тиль не сопротивлялась, уткнувшись ему в плечо и тихо рыдая. Сколько они так просидели, юноша не знал. Ему было плевать на время. Он прижимал к себе ту, которую любил, и отпускать не хотел. Но всё хорошее когда-нибудь заканчивается. В конце концов, девушка взяла себя в руки, подняла голову, вновь вытерла слезы с лица, натянуто улыбнулась и высвободилась из объятий. – Пойдем... С папой повидаешься. Он хоть прямо этого в жизни не скажет, но он тоже за тебя беспокоится... – Угу. Пойдём... Тиль провела парнишку лабиринтом ширм и коек, в котором, как оказалось, она прекрасно ориентировалась. Меррик обнаружился лежащим на одной из кроватей, тихо беседующим с соседом. Как и говорила девушка, половины правой руки у мужчины больше не было. От локтя и до плеча оставшуюся культю покрывали окровавленные бинты. – Пап... Смотри, кто пришёл тебя навестить... – позвала его девушка. – Кто?.. – обернувшийся зверолюд взглянул в лицо юноше, стоявшему рядом с его дочерью, и широко улыбнулся. – А... Ирбис. Цел? Как погляжу. – Угу. – Молодец! – гаркнул трактирщик, – похоже, что ты оказался прав. – Вы о чём? – непонимающе уточнил парень. – О том, что у тебя больше шансов уцелеть. К дочке прибежал? – Угу... Как вы? – Сам видишь. Не в полном, но порядке. Жить буду. Завтра уже отпустят. – Пап, тебе ещё нельзя уходить! – Думаешь, я тут штаны протирать останусь?! – Да! Я попрошу тебя привязать, если понадобится! Скажу, что ты буйный! – возмутилась девушка. – Вот такая у меня дочь, – усмехаясь, заявил мужчина соседям, из которых в сознании был всего один, – Ирбис, ты где сейчас стоишь? – Эм... На стене у южных ворот. – Понятно. Я стоял на восточной... Вы там как, держитесь? – Угу... – Сколько в десятке от изначального осталось?.. – Восемь. – Понятно. У нас половина полегла. – Нет... У нас один. Другой ранен сильно. Он, наверное, сейчас где-то тут. Вот. – Это хорошо. Говорят, что армия Империи во главе с Героем уже на подходе. Так что вы там главное, держитесь! – Угу. Я тоже об этом слышал... – Ты, значит, дочку мою навещаешь. Ну и идите. Нечего тут крутиться возле меня. Мне отдыхать нужно. Идите... Тиль подошла к кровати, нагнувшись, обняла отца, а затем взяла парнишку за руку и повела обратно к закрытой комнате, у которой они ранее сидели.