Глава 19 — Глава 19

Время приложить ууусилия. Сложные в изготовлении колеса я отложил на потом. Первым делом нужно собрать каркас тележки. Колеса, по сути, расходный материал, поэтому их придется наклепать целую пачку про запас. С моим текущим уровнем навыка «Обработка» массовое производство дается со скрипом. Набросал простой чертеж, прикинул форму. Пока выпиливал брусья и доски по размерам, опыт рос как на дрожжах – эффект от пудинга работал вовсю. [Опыт обработки повысился.] [Поздравляем! Ваш навык обработки вырос!] [Опыт обработки повысился…] В любом деле быстрый прогресс разжигает азарт. Будь то учеба или спорт, когда чувствуешь, как прешь вперед, работа превращается в удовольствие. В играх то же самое: на первых уровнях входишь в раж и не замечаешь, как пролетает ночь, а когда прокачка замедляется, выдыхаешься уже через пару часов. В итоге все сводится не к эффективности фарма, а к тому, как долго ты сможешь не задолбаться. Хёнжин был не охотником, а ремесленником. С точки зрения стороннего наблюдателя, ремесло куда скучнее и утомительнее охоты, где результат виден после каждого убитого моба. Если бы не кайф от создания готовой вещи, Хёнжин и сам бы не знал, как долго протянет. С этой стороны допинг – отличный катализатор, не дающий свалиться в стагнацию. — Вот же… — Хёнжин разочарованно вздохнул. Он только вошел во вкус, орудуя пилой и рубанком, как бафф развеялся, и приток опыта мгновенно замедлился. К хорошему привыкаешь быстро: когда после бешеного темпа все начинает тянуться еле-еле, руки опускаются. В этом и минус допинга – стоит эффекту исчезнуть, как энтузиазм испаряется вместе с ним. Судя по солнцу за окном, дело шло к обеду. Хёнжин отряхнулся от опилок и стружки, решив перевести дух, и тут же услышал шаги и знакомый голос соседки-аджуммы. — Джин-сси, вы дома? — Да, здесь. Он вышел наружу. Соседка, как и утром, держала поднос, но теперь на нем высилась гора сэндвичей. Она смущенно прикусила язык и сощурилась, глядя на него с улыбкой. — Решила поэкспериментировать и, кажется, немного переборщила. Что же делать? — Выглядела она при этом чертовски мило. «Эта аджумма что, соблазнить меня пытается?» — Кхм. Ничего страшного. Я в том возрасте, когда сил нужно много. Аха-ха-ха… ха… — Ой. Попытка отшутиться вышла неловкой. Хёнжин закашлялся, пытаясь скрыть смущение, а женщина звонко рассмеялась. — Сам сказал и сам засмущался? Ну как так можно? — Ну… так вышло. Э-э… — В общем, забирайте. У меня уже руки затекли. — Ох, простите. Кажется, он начал терять инициативу. Так недолго и самому стать добычей этой хищной аджуммы. Забрав поднос, Хёнжин занес его в дом, а соседка протянула ему еще и кастрюльку. — Подумала, что всухомятку будет не очень, поэтому разогрела вчерашнее рагу из кролика. — Ого, спасибо большое. — При одном воспоминании о вчерашнем вкусе у него потекли слюнки. Плохо дело, у него уже выработался условный рефлекс. — Благодарю. Я все вымою и занесу. — Вы же заняты, не нужно заходить. Просто выставьте посуду сюда, я сама потом заберу. — Как-то неудобно. — Глупости. Я должна отрабатывать ваши деньги. Хи-хи. Проводив ее, Хёнжин принялся разбирать припасы. «Так, посмотрим… Их тут столько видов, что в одну ячейку инвентаря точно не влезут». Старания аджуммы были приятны, но для логистики это создавало проблемы. Сэндвичи делились на пять типов в зависимости от ветчины и соуса. Перепробовав все, Хёнжин выяснил, что лучший эффект дает вариант с ростбифом: он повышал и скорость, и шанс успеха сбора. Вкупе с рагу к концу трапезы Хёнжин обвешался сразу четырьмя баффами. — Фух… Наелся. Так, стоять! Некогда рассиживаться. У пищевых баффов есть еще один плюс – жаба душит тратить их время впустую, так что лениться не тянет. Хотя, может, это и минус. Хёнжин бережно завернул сэндвичи в чистые листья, сложил в инвентарь, вымыл посуду и выставил ее на полку у забора. Пора в горы. — Так, что там за задание… «Снабжение припасами.» — Поступил запрос на снабжение от братьев, выполняющих миссию. — Необходимый ресурс: березовая кора. — Количество: 30 штук. — Ограничение по рангу: Младший апостол. — Награда: 3 медные монеты Ванта, 2 очка вклада фракции. «Внимание: объем большой. Желательно, чтобы кора была одинаковой толщины». — Береста, значит? Отлично. Мне она и самому пригодится. — Березовая кора – лучший розжиг. Она вспыхивает даже мокрой, незаменимая вещь в непогоду. К тому же она обладает антисептическими свойствами: в нее можно заворачивать еду, на ней можно писать или обматывать рукояти инструментов. Захватив топор, кинжал и мотыгу для трав, Хёнжин закинул за спину плетеную корзину и двинулся в лес. Добравшись до безлюдного места, он надел Украшение из носа чуткой гончей, чтобы проверить обстановку, и тут же учуял странный запах. — Это еще что? — Резкий, металлический аромат. Запах крови. Хёнжин мгновенно выхватил кинжал и замер. Сосредоточившись, он понял: запах слабый, несвежий. Значит, пролилась она не сейчас. Но на всякий случай он осторожно двинулся на источник вони. — Здесь. — На стволе березы виднелись едва заметные капли. Кровь уже потемнела и превратилась в бурые пятна. Однако «Гончая» подсказала, что это не единственный след. — Следы ног. — Землю пытались разровнять, скрывая отпечатки, но тот, кто здесь шел, нес что-то тяжелое, поэтому следы впечатались глубоко. Странно только, что размер стопы был довольно маленьким. Пройдя по следу, он наткнулся на свежезакопанную яму. Немного поколебавшись, Хёнжин решил копать. Он уже догадывался, что найдет, но должен был убедиться. Как и ожидалось, из земли показался труп. Что характерно, одежда и снаряжение были не тронуты. — Уф… — Его передернуло, но не от ужаса, а от вони. Самое странное было в том, что вид разлагающегося тела не вызвал у него шока. — Определенно… со мной что-то не так. — Никаких эмоций. Видимо, после безголового рыцаря и перерезанных горничных в замке его психика окончательно адаптировалась. Или это мир так на него повлиял? Он вспомнил записи в книжке Пьяницы. Там говорилось, что страх – это воплощение вины и ужаса перед грехом, а смерть – кратчайший путь к избавлению от этого страха. Раньше это казалось бредом, но теперь смысл начал проясняться. По крайней мере, он понял, как работает влияние божества на Исполнителя Клейма. Похоже, Хёнжин не чувствовал ужаса, потому что получил иммунитет к смерти и сопутствующим ей эмоциям. В описании Клейма ведь четко сказано: «Твердость духа», «Непреклонная воля», «Сопротивление ментальным атакам». — Хм? Погоди. Но трупы в замке я видел еще до завершения квеста на смену класса. — Видимо, подготовка началась еще во время переноса в этот мир. Да и странно было бы, если бы Святой Страха и Смерти падал в обморок при виде покойника. Чтобы служить такому богу, нужно иметь стальные нервы. — Вопрос в другом… откуда здесь взялся этот труп? — Рыться в гнилом теле с обостренным обонянием было той еще пыткой. Не страшно, но тошно до дурноты. Переборов себя, он обыскал покойника и нашел кинжал с гравировкой. — … Сам нож был обычным, но символ на рукояти… Хёнжин взглянул на Клеймо Страха и Смерти на своей руке. Гравировки были идентичны. — Неужели… «брат»? Называть незнакомца братом было непривычно, но если это тоже Исполнитель Клейма, дело дрянь. Значит, рука, оборвавшая его жизнь, может дотянуться и до Хёнжина. В голове сразу всплыла история с убийством невесты принца. Если семья той дворянки решила отомстить Исполнителям, за ними может идти настоящая охота. Хёнжин закопал тело, вернул месту прежний вид и, тщательно заметая следы, покинул поляну. Он еще раз проверил окрестности через «Гончую», – хвоста не было. — Нужно быть осторожнее. — Клеймо на руке видел только другой Исполнитель, но на всякий случай его стоило чем-нибудь прикрыть.