Глава 11 — Глава 10. Данго и решения

Глава 10. Данго и решения Аромат сладкой глазури, свежей муки и поджаренного соевого соуса лениво растекался по помещению. «Данго-я» к вечеру заметно пустела — редкие голоса посетителей звучали мягко, без лишней суеты. Свет ламп отражался в лакированных столах, создавая уют, от которого веяло покоем. Анко сидела у низкого стола, вытянув ноги и постукивая пальцем по краю блюда. Напротив неё — Саске, спокойный как каменная статуя, будто его мысли всё ещё оставались где-то на тренировочной площадке. «Ну вот зачем я во всё это влезла…?» — устало подумала Анко, глядя на него краем глаза. Она прикусила губу и вернулась мыслями к тому, что происходило сегодня. _____________________________________________________________ *8 часов назад* После спарринга, когда пыль улеглась, а дыхание стало ровнее, она всё-таки спросила: — Хорошо, Учиха. Я поняла, откуда у тебя эти техники. Но как именно они работают? Как ты их вообще придумал? Это не те вещи, которые появляются просто так. Саске чуть повернул голову, словно обдумывая, как лучше объяснить. Говорил он, как обычно, спокойно: — Дымовая завеса родилась случайно. Когда отец учил меня технике Огненного Шара… иногда вместо пламени у меня получался дым. Много дыма. Сгусток. Он опустил взгляд, будто снова видя перед собой те тренировки. — Тогда это считалось ошибкой. Но… меня заинтересовало. Если дым может скапливаться… может, им можно управлять. Сделать технику, которая скрывает обзор. Я изучал, как ведёт себя чакра, если не разжигать её полностью. И постепенно понял, как стабилизировать дым, чтобы он держался плотным Также я начал чувствовать все и всех кто находиться в этом дыму. Анко слушала, не моргая. Техника тумана… Он не знает о ней. Но это почти то же самое. Почти один в один. Откуда у него такая интуиция? Саске продолжил: — Мне нравится создавать собственные техники. Всегда нравилось. Я просто… чувствую, как их можно собрать. Как будто… складываю части конструкции. Он говорил не хвастаясь, без тени гордости. Скорее — как человек, объясняющий, как работает механизм часов. Анко втянула воздух. Любит создавать техники? В шестнадцать? Сам? Богини, да что с этим ребёнком не так?.. — А водный сюрикен? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Он кивнул: — Там проще. Это манипуляция водой при помощи сжатой чакры. Мама пыталась разработать технику, которая создаёт компактное водное лезвие… но оно разваливалось. Я изменил структуру чакры так, чтобы вода уплотнялась внутри формы сюрикена. Тогда техника стала стабильной. — Одной рукой? — уточнила Анко. — Да. Это удобно. И если использовать обе руки… можно создать два сразу. Анко сглотнула. Одноручные печати. Одновременно. Запас чакры — большой, только через семь часов тренировок просел (они кончно не сильно задействовали чакру на тренировках но все же). Его запас почти достигает уровня чакры среднего джонина. Сюрикен из воды, которого даже в архивах нет. Да ещё и сам додумался до техники из аналогии тумана… не зная о нём. Она ощутила в груди тянущее чувство — смесь восхищения и настороженности. Это был не просто талантливый мальчик. Это был гений, которого судьба подкидывает лишь раз в поколение. И гений, который может пойти… куда угодно. Она вспомнила другого гения. Слишком хорошо вспомнила. Холодного, блестящего, опасного. Оро‌чи‌ма‌ру. После разговора они продолжили тренировки. Анко начала с контроля чакры: классика — хождение по дереву. — Тебе нужно научиться фиксировать чакру в стопах, но в нужном количестве, — объяснила она. — Перебор — и отскочишь. Недобор — свалишься. Саске кивнул, поднялся на дерево — и свалился через пару шагов. Анко ухмыльнулась. Но вторая попытка — дольше. Третья — ещё выше. А затем… всего за несколько минут он уже был почти в трёх четвертях высоты. Она смотрела на него, прищурившись. — Неплохо, — сказала она, скрывая потрясение. — Очень неплохо. — Я ориентируюсь через сюрикен, — ответил Саске. — Пока держу в пальцах одноручную печать… чакра лучше чувствуется. Она чуть не подавилась воздухом. Он даже ошибки использует как инструмент. Сколько времени тратят на это упражнение… а он уже почти наверху… Спарринги продолжились так же интенсивно. Саске быстро учился предугадывать атаки. Уклонялся. Анализировал. Применял техники лишь в подходящие моменты — умно, экономно, сдержанно. Использовал дым, чтобы сбить ритм боя. Водный сюрикен — чтобы вынудить Анко менять позицию. Подмену — точно в секунду её удара. Она была вынуждена усиливать удары. Гораздо сильнее, чем собиралась в обычном тренировочном бою. Но, несмотря на это, в какой-то момент поймала себя на том, что улыбается. Он был чертовски интересным учеником. Они тренировались семь или восемь часов подряд. И когда наконец решили сделать перерыв и зайти в «Данго-я», было уже далеко за вечер. _____________________________________________________________ Теперь Анко сидела напротив него, наблюдая, как свеча на их столе медленно тает. Ну вот зачем я в это вписалась? Придётся теперь таскаться с этим гением до самого выпуска. Проверять, следить, тренировать, чтобы не свернул куда не туда… Иначе ведь точно свернёт. Такой талант сам по себе — это бомба замедленного действия. Она выдохнула. «Зря… Зря я во всё это влезла.» Но стоило ей подумать это, как Саске немного повернул голову и спокойно произнёс: — Анко-сан… Можно задать вопрос? — Что ещё? — она уже потянулась к данго, собираясь сделать вид, что её в жизни ничто не выбивает из колеи. Саске посмотрел на свой палец, где блестело тонкое серебристое кольцо, и сказал: — Вы сегодня несколько раз смотрели на это. Хотел спросить… у вас какие-то вопросы? Анко фыркнула: — Думаю, что ты не похож на человека, который вообще носит украшения. Для парня, который ходит с лицом будто его высекли из гранита, это кольцо выглядит… подозрительно милым. Она ожидала, что он отшутится или проигнорирует, но Саске опустил взгляд и сказал удивительно спокойно: — Это кольцо принадлежало моей матери. Анко замерла с данго у рта. Он продолжил, всё таким же ровным голосом — но слишком тихим, слишком аккуратным, словно выбирая каждое слово: — После… — он сделал короткую паузу, — после того, что случилось с семьёй, я долго не трогал их вещи. Никаких. Старался… не вспоминать. Не смотреть. Просто… идти вперёд. Становиться сильнее. Чтобы боль не догнала. Анко опустила руку, так и не взяв сладость. — И только со временем, — продолжил он, — когда всё… не прошло, но стало чуть тише… я смог открыть их вещи. Нашёл кольцо. Это семейная реликвия со стороны матери. Её кольцо. До этого — кольцо моей бабушки. И оно должно было перейти ко мне… но только тогда, когда я стану генином. Анко удивлённо нахмурилась. — А ты надел его сейчас, потому что?.. — Потому что вчера я завершил технику, которую когда-то пыталась создать моя мама, — спокойно ответил Саске. — Доделал то, что она не успела. И решил… что имею право носить кольцо. Как напоминание о ней. Анко выдохнула, уже откровенно потрясённая. — То есть… ты вчера закончил водный сюрикен? И сегодня им уже так ловко орудуешь? Саске кивнул: — Он получился не сразу. Но когда структура чакры сложилась… дальше было просто. Анко зажмурилась. Просто. Для него — просто. Конечно. Он немного помолчал, а затем тихо, очень тихо добавил: — Вы спрашивали… зачем я его ношу. Для чего мне это. Анко открыла глаза. — Да. Зачем? Саске поднял взгляд. В этот момент он будто стал старше — на годы. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах мелькнуло что-то тяжёлое. — Для того, чтобы напомнить себе, зачем я живу. И что должен сделать. Я стану сильнее. Достаточно сильным, чтобы однажды… убить одного человека. И возродить клан Учиха. Анко не дёрнулась. Не ахнула. Она просто смотрела на него долгим, внимательным взглядом. — Месть приносит боль, Саске, — сказала она тихо, без угроз, без лекций. — Даже если она кажется правильной. — закончила Анко. Саске слегка улыбнулся — но это была не его обычная спокойная улыбка. Она была выученная. Холодная. Тонкая, как лезвие. — Возможно. — Он наклонил голову, и на секунду его взгляд стал… другим. Не театрально-сильным. Не бесстрастным. А по-настоящему раненым. Сломанным в глубине, куда никто не заглядывает. И в эту секунду Анко почти физически почувствовала это — словно в груди что-то кольнуло. «Боже… этот ребёнок…» Она не знала, что Саске сделал это намеренно. Что в этот миг он чуть усилил действие кольца — ровно настолько, чтобы его ранимость выглядела настоящей. Чтобы человек увидел в нём не только силу — но и боль, которую захочет… защитить. Эффект длился секунду. Но был точным. Через мгновение Саске снова стал обычным спокойным Саске. Он встал. — Спасибо за сегодняшний день, Анко-сан. Завтра к шести. Анко смотрела ему вслед, пока он уходил в вечерный воздух Конохи. И лишь когда его фигура окончательно скрылась за углом, она выдохнула, прикрыв лицо ладонью: «…Зря я, конечно, в это вписалась. Теперь мне придётся не только тренировать его. Мне придётся… оберегать его. И следить, чтобы он не свернул туда, куда шёл другой гений, которого я слишком хорошо помню.» Она подняла голову и устало усмехнулась: «Ну что ж… Похоже, я застряла с тобой надолго, Учиха.» ——————————————————————— Ах да… Саске. Ах да… манипулятор. Всем привет! Как вам глава? Надеюсь, она смогла вас зацепить. В этой главе я хотел показать ход мыслей Саске. То, как он поясняет свои техники. Он не может просто сказать: «я их придумал». Ему нужно объяснять, как он к этому пришёл, почему это работает и откуда вообще взялись такие решения. Для Саске сейчас крайне важно выглядеть логичным и убедительным, а не просто гением с потолка. Во-вторых, я хотел показать его взаимодействие с Анко. Здесь уже видны первые шаги к сближению. Не резкие и не лобовые, а аккуратные, продуманные, такие, которые выглядят естественно. И самое главное — я хотел показать, как Саске использует свой новообретённый актёрский талант и хитрость Куро с кольцом, усиливающим харизму. Всё это он применяет осознанно: чтобы влиять, направлять, манипулировать и постепенно привязывать Анко к себе. Не силой, а словами, образом и эмоциями. Ну… прекрасно, наверное. Надеюсь, вам это понравилось. Ещё прочтёмся.