Тоска тоской, но один этап был завершён, и пора было переходить к следующему.
Чжан Цинцюань продолжил:
— Собрат по Дао, я передам вам некоторые священные тексты нашей школы Чжэнъи. В частности — «Восемь Великих Божественных Заклинаний», «Канон Чистоты и Покоя» и «Канон Северного Ковша» и другие.
— Начиная с завтрашнего дня, прошу вас вставать пораньше и присоединяться к нам для утренней службы.
О да! Это было просто превосходно.
Те самые «Восемь Великих Божественных Заклинаний».
С тех пор как наш главный герой освоил «Золотое Сияние», он неустанно мечтал о семи остальных.
Просто в мире «Изгоя» ему и так выпало немало удачи, а потом ещё и Небесный Наставник собрался спускаться с горы, чтобы наводить порядок, так что времени было в обрез.
В двух последующих мирах получить подобные знания было и вовсе невозможно.
Про Азерот и говорить нечего — там китайского языка попросту не существовало.
А в мире «Другого мира», хоть и можно было найти тексты канонов в интернете, какой в этом толк, если ты не знаешь правильных методов циркуляции энергии? Простое чтение вслух не сработает.
Поэтому со временем Се Сюань оставил эти бесплодные попытки и сосредоточился на оттачивании того, что уже имел.
В результате… он умудрился превратить «Золотое Сияние», по сути своей божественное заклинание защиты, в атакующую технику.
В конце концов, если твоя защита пробита на максимум, почему бы не идти в лобовую атаку?
Физические данные тоже получили неслабое усиление, так что не было причин не лезть на рожон.
Даже Тайцзицюань, который должен был сочетать в себе твёрдость и мягкость, в его исполнении превратился в смертоносное искусство боя для поля брани.
Что до «Ладонной молнии», которая задумывалась как техника для средней дистанции, то она и вовсе стала «Громовым Кулаком»…
И вот… на следующее утро.
Чжан Цинцюань и Чжан Чэнъань, наблюдая за тренировкой Се Сюаня, чувствовали, как у них подёргиваются брови.
Добротный Тайцзицюань в его исполнении сочился убийственной аурой. Техника Грома утратила свою лёгкость и стала простым усилением для кулаков.
Что до «Золотого Сияния»… что ж, это всё-таки защитное заклинание, так что выглядело оно более-менее нормально. Вот только степень его материализации произвела на двух даосов глубочайшее впечатление.
А уж всякие мелочи, вроде способности создавать из света золотые нити для связывания, были лишь деталями. У человека очевидно был такой уровень контроля, что придираться к подобному никто бы не посмел.
Хотя вчера они уже слышали от Мастера Кау некоторые подробности об этом Се Сюане, увидеть всё своими глазами было для двух даосов настоящим потрясением.
Насчёт Тайцзи они решили промолчать. В конце концов, это не техника их школы. Пусть делает что хочет.
Два даоса тихо переговорили между собой, уточняя детали.
Чжан Цинцюань всё понял. Этот парень — случай крайнего «перекоса» в специализации.
Вероятно, жизненные обстоятельства у него были куда сложнее и опаснее, что и заставило его пойти нетрадиционным путём, используя имеющиеся способности на пределе.
Подобный вариант они обсуждали ещё до прибытия. Базовое обучение ему определённо было необходимо. Что до остального — нужно было смотреть по ситуации.
И сейчас было очевидно, что собрату Се Сюаню нужно подтянуть не только «теорию», но и добавить занятий по «практике». Хотя бы ознакомить его с базовыми техниками рукопашного боя и комплексами с оружием.
Нельзя же вечно полагаться на эту мутировавшую версию Тайцзи…
Так и был определён распорядок дня Се Сюаня.
Утренняя и вечерняя службы, само собой, оставались.
До обеда — разбор священных текстов и практика совершенствования, перемежающаяся занятиями музыкой, каллиграфией и тому подобным.
Музыка была нужна для ритуалов — как минимум, чувство ритма и слух необходимы, ведь Колокольчик Трёх Чистых не станет эффективным от простого беспорядочного потряхивания.
А каллиграфия… это обязательное условие для начертания талисманов.
Хотя Се Сюань и раньше неплохо копировал талисманы Мастера Кау, он именно что «копировал». Он рисовал их, а не писал плавно и уверенно.
Мастер Кау, конечно, это заметил: Се Сюань совершенно не привык к кисти.
Ещё бы, и в современной жизни, и за десятилетия в других мирах он пользовался только твёрдыми пишущими инструментами.
А талантом он обделён, и у него нет никаких родственников или друзей, по щелчку пальцев дарующих базовые навыки…
Всё достигалось лишь за счёт контроля над руками, выработанного годами тренировок с оружием.
После обеда начинались занятия по боевым искусствам.
С рукопашным боем всё было в порядке, в основном он изучал ритуальные «Шаги Юя», так как в ближнем бою у Се Сюаня был богатейший опыт.
А вот с оружием… тут оба даоса впали в ступор. Откуда у него такое чувство, будто он владеет всеми восемнадцатью видами оружия?
Се Сюань лишь молча улыбался.
Шутки шутками, а два года тренировок во Флоренции не прошли даром. Ещё были долгие годы в ШРУ в мире Азерота.
Если говорить без ложной скромности, во владении разнообразным оружием он мало кому уступит.
Единственная проблема заключалась в том, что его манера использования оружия была слишком прямолинейной. Никаких красивых приёмов и комплексов. Лишь твёрдая база и простые рубящие, колющие и режущие удары.
Чжан Цинцюань почувствовал головную боль.
Только что утверждённый план по боевой подготовке снова требовал корректировки. Базовые тренировки ему были совершенно не нужны, требовалось обучение именно техникам и приёмам.
Но вот тут… возникала некоторая неловкость. Хотя практика их школы Чжэнъи и склонялась к «динамике», основной упор делался на ритуалы с талисманами.
Они, конечно, знали кое-какие приёмы рукопашного боя, но это были обычные техники самообороны. И уж тем более это не шло ни в какое сравнение с такими боевыми искусствами, как Тайцзицюань или меч школы Удан. Ведь это прославили даосы из Удана…
Неудивительно, что этот собрат Се Сюань додумался совместить «Ладонную молнию» с Тайцзи. Похоже, ему действительно отчаянно не хватало атакующих техник.
Жаль только, что они, даосы, в этом вопросе мало чем могли помочь.
И это ещё школа Чжэнъи. Попадись ему даосы из школы Цюаньчжэнь, на помощь и вовсе можно было бы не рассчитывать.
Для них «движение ради покоя» — это всего лишь оздоровительная гимнастика, чтобы задница меньше затекала во время многочасовых медитаций.
А вот у Чжэнъи всё иначе: их «покой в движении» — это железная концентрация и чистота разума в самый разгар сложнейшего ритуала.
Старый даос Цинцюань не стал ничего скрывать и честно изложил ситуацию Се Сюаню. Тот на мгновение замер.
Ничего себе. А он-то лелеял мечту стать великим мастером, искусно владеющим длинным мечом. Это же так эффектно.
Он ведь когда-то видел видео, где один даос так виртуозно крутил меч, что глаз не оторвать. Вот и запала ему эта мысль в душу…
Кто бы мог подумать, столько миров позади, а он до сих пор не выучил ни одного приёма и по-прежнему покоряет мир с помощью одного Тайцзи.
Не то чтобы Тайцзи был не крут, но проблема в том… что он-то лучше всех знал, во что превратился его Тайцзи.
Из изящного и плавного он стал яростным и сокрушительным… Даже во время обычных тренировок в нём не было ни капли того умиротворения и покоя.
Сравни его с каноничным Тайцзи, и сразу станет ясно, насколько сильно его стиль перекосило…
— Даосский наставник… у нас и правда нет никаких техник меча, как в романах? — с последней надеждой спросил Се Сюань.
— Кхм… это… — старейшина Цинцюань был человеком в летах и с богатым опытом. В детстве он, конечно, читал книжки о воинах-ся, и тоже воображал себя таким же героем, взмывающим в небеса и использующим могущественные техники.
Даос Чэнъань тоже опустил голову, не говоря ни слова. Он совсем недавно вышел из того возраста и теперь ему было немного стыдно.
В конце концов… кто из нас не был немного не в себе в юности…
— Эм… это всё выдумки из романов, где им взяться, этим летающим героям и эффектным приёмам… — наконец вынес вердикт старейшина Цинцюань…
Обновлено: 20.02.2026