Глава 5 — Глава 10.3: Визит

— Я обещал, что приду, поэтому я здесь, — я кивнул Наруко, затем посмотрел на другую девушку. — Я не знал, что ты знакома с Сацуки. Лицо Наруко слегка помрачнело, но, бросив взгляд на Учиху, она кивнула: — А, наши мамы — подруги. Я чувствовал, что должен был знать это, как будто где-то читал, но сейчас это было не более как праздное любопытство. — Так что... с днем рождения, — я сунул руку в глубокий карман почти новых штанов, которые нашел на распродаже, и вытащил деревянную коробочку в несколько квадратных дюймов. Глаза Наруко загорелись при виде спирали Узу, которую я выжег на крышке коробки, и она потянулась к подарку. — О-о-о, что это, что это?.. — твердила она, нетерпеливо раскрывая коробку и вопросительно щурясь. — А... это часы? Я ухмыльнулся разочарованию в ее голосе, когда она потянула устройство за цепочку. На другом конце были карманные часы размером с ладонь взрослого человека. Обе их стороны были абсолютно прозрачны, закрытые первыми рабочими кусочками алюминиевого стекла, которые мне удалось изготовить в свободное время. По крайней мере, я нашел применение доходам от проданных мечей, потому что алюминиевая пудра стоила недешево. — Вау, круто... Тут все видно... — пробормотала Наруко, наблюдая, как старательно тикают крошечные шестеренки и стрелки. — Как изящно. — Стрелки на часах светятся в темноте, — сообщил я ей. Я раскрошил кое-какие из любопытных местных пород, чтобы нагреть с купленными чернилами. Я немного беспокоился за результат, но ниндзя, по-видимому, любили использовать термореактивные чернила. Однако найти оранжевые чернила было непросто. — Так что ты можешь брать их на задания, если понадобится. Наруко слегка надулась: — Да, но они сделаны из стекла. Я покачал головой: — Не из обычного стекла. Я сделал специальное стекло. Уверен, оно выдержит кунай. — Хм, — произнесла, подходя ближе, Сацуки, рассматривая безделушку с интересом и оттенком ревности. Она быстро взглянула на меня и снова многозначительно посмотрела на часы. Я закатил глаза, но тут Кушина и явно наказанный Обито вышли из коридора и перешли на большой балкон, где была организована вечеринка. Наруко мгновенно оживилась и, конечно, убежала, чтобы показать матери свой подарок. Тем временем я вздохнул и кивнул. — На твой день рождения? Она посмотрела в сторону, не желая встречаться со мной взглядом, ее щеки порозовели, но она чуть заметно кивнула и буркнула: — Пожалуйста. Вот и все. Казалось, мы никогда не ссорились. * * * — Так это ты Котаро, мальчик, который учил мою дочь фехтованию, — заявила темноглазая Микото Учиха, оглядывая меня с легкой улыбкой, в то время как ее дочь отошла в сторону. — Да, госпожа, — кивнул я, превратив это движение в легкий поклон. После минутного наблюдения Микото кивнула. — Ты тихий, совсем как Сацуки. Я понимаю, почему с тобой она смогла поладить лучше, чем с некоторыми детьми в своем классе, — она склонила голову набок. — А учитывая, что ты заслужил одобрение моего сына, ты, должно быть, довольно искусный фехтовальщик — для гражданского. — Я отвечу. Чтобы Итачи разрешил ему ошиваться рядом с Сацуки-тян, парень должен быть чем-то особенным, — вмешался Обито, хотя предупреждающий взгляд Кушины метнулся через стол с едой. — Ты гражданский? — слегка нахмурившись, спросила девушка рядом со мной. Я кивнул, откусывая кусок, чтобы не отвечать вслух. Брови Якумо Курамы поползли вверх, болезненная девушка выглядела ошеломленной: — О, прошу прощения, я не подумала, что гражданское лицо захочет дружить с Наруко, учитывая... Как это получилось? Живая Кушина, выжившие остатки Узумаки в Конохе, и все прочие изменения вокруг? Сарутоби никогда не приходилось прибегать к наивной попытке скрыть личность ребенка Кушины и Минато как джинчуурики. Или, может быть, он все равно не стал бы пытаться в этом мире, если бы все пошло по-другому. Тем не менее, поднимать эту тему все еще было немного неудобно. — Для меня это не имеет значения, — прямо заявил я. Якумо смотрела еще секунду, затем улыбнулась и кивнула. — Я рада. Ей трудно заводить друзей, хотя она и не признается в этом. …Чем, вероятно, и объясняется ее озорство при относительно счастливой семейной жизни, а также то, почему она никогда не пыталась зайти в магазин. Если подумать, Наруко появлялась только тогда, когда я бывал в относительно безлюдных районах города. Отчасти мне это не нравилось, но с другой стороны, я был благодарен. Мне совершенно ни к чему было усиленное внимание к себе еще и в магазине Сагары. Я кивнул девушке: — Буду иметь в виду. Она снова улыбнулась. — Хорошо, ты кажешься милым, даже если нравишься Сацуки, — я поднял бровь, и она слегка покраснела, покачав головой. — Ах... извини, просто... политика клана, — Якумо прочистила горло. — Итак! Э... Ты учишь Сацуки обращаться с мечом? — Более или менее, хотя на самом деле я просто показал им пару приемов, — я сделал паузу. — Сацуки и девушке по имени Тентен. Ее брови поползли вверх. — Я, кажется, знаю Тентен-тян, — ее лицо потеряло часть своего веселья. — Она... в моем классе, в академии. Я тренируюсь, чтобы стать ниндзя, но... Она помолчала, качая головой. Что-то зашевелилось в глубине моего сознания, предупреждение о чем-то важном... — Ты должна попросить помощи у Кота-куна, Якумо-тян, — вмешался Обито с другого конца стола, привлекая внимание к нашему небольшому разговору, и ухмыльнулся мне. В этот миг меня озарило, я ясно увидел, к чему он клонит этим разговором, и разглядел его милую маленькую ловушку. Все, что нужно, это отказаться помогать девушке или просто сказать, что это невозможно, и я вывернусь. С другой стороны... — Не думаю, что ученик гражданского кузнеца, даже если он знает толк в обращении с мечом, сможет помочь нашей дочери, Учиха-сан, — заявил, нахмурившись, глава клана Курама и повернулся ко мне. — Без обид, конечно, молодой человек. Просто мы уже консультировались с Хокаге по поводу джоунина, чтобы помочь ей, и даже Юхи-сан не смогла многого сделать. Якумо опустила глаза и стиснула кулаки. С другой стороны, мне достаточно было спокойно и сознательно игнорировать чью-то боль. — Логичное мнение, — кивнул Обито, взмахнув палочками. — Но я мельком глянул, что он показывает здесь Сацуки, и это впечатляющие вещи! Он ловко сложил палочки и щелкнул пальцами, как будто ему только что пришла в голову идея: — Эй, почему бы им двоим немного не покрасоваться? Просто небольшой показательный поединок, и ты поймешь, что я имею в виду. Мы с Кушиной свирепо пялились на оранжево-крапчатого Учиху, а Наруко казалась возбужденной: — О, звучит круто! Надери ей задницу, Кота! Энкай, сидевший рядом с сестрой, закатил глаза: — Как будто гражданский может побить кланового ниндзя. Наруко с ухмылкой повернулась к брату: — Хочешь поспорить?! У Коты есть несколько прелестных приемов! Он такой: вжух-шмяк! Хи-хи-хи! Брат и сестра перешли к добродушному спору, когда я открыл рот, чтобы... — Знаешь, Сацуки, было бы интересно посмотреть один из ваших поединков, — обронила Микото Учиха, по-видимому, не заметив тонкой игры разных людей за столом. Однако больше тревоги вызывал блеск в глазах Сацуки, когда она кивнула.