Эта встреча окончательно превратилась в решающую битву между старой гвардией и новыми силами компании.
Под прицелом десятков глаз лицо Ма Юйтена оставалось бесстрастным. Он не злился и не пытался оправдываться.
Молодой человек просто ждал, пока Ван Дэфа закончит свой крик и в конференц-зале снова воцарится тишина. Лишь тогда он заговорил – неторопливо и спокойно, задав вопрос, который на первый взгляд не имел к делу никакого отношения.
一 Ван, вы когда-нибудь считали, каков запас наличности у «Фэйчи»? 一 Ма Юйтен пристально посмотрел на оппонента. 一 Сколько у них каналов финансирования? Каков коэффициент задолженности в их годовом отчете?
Ван Дэфа опешил. Он явно не ожидал подобного захода.
一 К чему ты это спрашиваешь? 一 огрызнулся он. 一 Сейчас время для таких разговоров?
一 А что насчет нас самих? 一 Ма Юйтен продолжал давить. 一 Как долго наш денежный поток позволит нам продавать батареи в убыток? Три месяца? Полгода? Вы предлагаете поставить на кон само существование завода, гадая, сколько патронов осталось на складе у противника.
Ма Юйтен сделал шаг вперед и встал у изголовья стола.
一 И это, вице-директор Ван, тот самый план, который вы вымучили ценой невероятных усилий?
Ван Дэфа густо покраснел. Его грудь тяжело вздымалась, но он не мог вымолвить ни слова. Откуда ему было знать карты противника? Он знал лишь одно: его собственные силы на исходе.
В конференц-зале повисла мертвая тишина. Казалось, невидимая рука перехватила горло каждому присутствующему.
Ма Юйтен больше не смотрел на него. Он развернулся и размеренным шагом направился к огромной белой доске в начале зала. Его шаги были тихими, но в этой звонкой тишине каждый звук бил по натянутым нервам руководителей.
Он взял черный маркер. Щелчок колпачка заставил всех затаить дыхание.
一 Вице-директор Ван прав, 一 Ма Юйтен повернулся к ним, спокойно изучая лица, на которых читались то изумление, то гнев, то полная растерянность.
Ван Дэфа замер, остальные топы переглянулись. «Неужели он сдается?» – пронеслось в их головах.
一 На поле боя никель-кадмиевых батарей, 一 продолжил Ма Юйтен, и его следующие слова заставили только что воспрянувшего Вана похолодеть, 一 мы уже проиграли.
Проиграли? Вот так просто признать поражение?
一 Однако, 一 Ма Юйтен резко сменил тон. Маркер с глухим стуком коснулся доски. 一 Задумывались ли вы, почему «Фэйчи», будучи лидером отрасли, идет на такое унижение? Зачем им эта демпинговая война, где они сами несут огромные потери?
Он не стал ждать ответа и быстро набросал на доске несколько тезисов.
一 Первое: экологические конвенции. 一 Его почерк был четким и властным. 一 В Евросоюзе уже обсуждают запрет на использование кадмия в гражданской продукции. В будущем никель-кадмиевая батарея столкнется там с жесткими ограничениями.
一 Второе: стоимость сырья. Мировые цены на никель с начала года выросли на пятнадцать процентов. Наши затраты на закупку растут, прибыль падает. У «Фэйчи» же есть долгосрочные контракты с фиксированной ценой.
一 Третье, и самое важное. 一 Ма Юйтен с силой обвел кругом два слова. 一 Эффект памяти.
一 Этот врожденный технологический дефект определяет судьбу технологии: она никогда не станет сердцем высококлассной электроники. Когда гаджеты потребуют большей автономности и удобства зарядки, никель-кадмиевая батарея пойдет под нож первой.
Лица инженеров и технологов в зале изменились. Они знали об этих проблемах, но повседневная рутина, планы производства и продаж замылили им глаз. Никто еще не выставлял правду в столь обнаженном и системном виде.
Оказалось, завод давно стоит на краю пропасти, пока они до хрипоты спорят о выгоде в один жалкий шаг.
一 Поэтому снижение цен «Фэйчи» – это не попытка нас перетерпеть. 一 Вывод Ма Юйтена ударил по ним, словно тяжелый молот, сокрушая последние иллюзии. 一 Они проводят зачистку! Пока рынок не начал сокращаться, они используют капитал, чтобы выкинуть нас и подобных нам из игры, а затем в одиночку доесть остатки пирога.
Он обвел взглядом присутствующих. Каждое слово чеканилось с идеальной ясностью.
一 Мое решение: мы не будем участвовать в этой гонке. Более того, мы добровольно отказываемся от этого направления!
Зал взорвался. Это была настоящая бомба.
一 Безумие! Ты окончательно сошел с ума!
一 Отказаться? Что будут есть тысячи рабочих на заводе? Ветер в поле?
一 Это дело всей жизни старого директора, а ты хочешь его просто выкинуть?!
Гул голосов, ругань и грохот ладоней по столу едва не сорвали крышу здания. Ван Дэфа дрожал от ярости. Он ткнул пальцем в сторону Ма Юйтена, его голос сорвался на фальцет.
一 Ты… ты просто прожигатель наследства! Недоумок!
Давление у вице-директора явно зашкаливало, в глазах начало темнеть. Ли Цян, сидевший в углу, чувствовал, как холодеют руки. Он понимал правоту Ма Юйтена, но масштаб решения пугал. Это не реформа, это самоубийство.
Ма Юйтен игнорировал шум. На его лице не отразилось ни тени сомнения. Он просто повернулся к доске и в самом центре размашисто, с нажимом написал три иероглифа.
«Литиевая батарея».
Гул мгновенно стих, словно кто-то нажал кнопку беззвучного режима.
一 Вот, 一 Ма Юйтен указал маркером на надпись, 一 наш единственный шанс на будущее.
Он начал раскладывать факты по полочкам.
一 Плотность энергии литиевой батареи в три раза выше, чем у никель-кадмиевой. Это значит, что при тех же габаритах устройство проработает в три раза дольше.
一 Вес – в два раза меньше при той же емкости, а то и легче.
一 Отсутствие эффекта памяти. Заряжайте когда угодно и сколько угодно.
一 Саморазряд минимален: меньше пяти процентов потери заряда за месяц простоя.
一 И экология. Никаких токсичных тяжелых металлов. Полное соответствие западным стандартам.
С каждым новым пунктом тишина в зале становилась всё более гнетущей. Здесь сидели тертые калачи отрасли, и они понимали: это не просто улучшение. Это качественный скачок. Новый вид, который попросту раздавит старый в ходе эволюции.
一 Будущая электроника станет меньше и тоньше. Требования к питанию будут только расти. И только эта технология сможет их удовлетворить.
Голос Ма Юйтена был негромким, но в нем звучала железная уверенность. Все были подавлены масштабностью картины.
Наконец Гао Сян, технический директор компании, поправил очки и заговорил сухим, надтреснутым голосом.
一 Гендиректор Ма… Теоретически всё звучит прекрасно. Но… мы не сможем этого сделать.
В будущем литиевые батареи станут обыденностью – от зубных щеток до электромобилей. Но в конце девяностых это был венец технологий, доступный лишь нескольким гигантам в Японии.
Слова инженера привели всех в чувство. Обещать – не значит сделать. Гао Сян горько усмехнулся.
一 Не буду скрывать, наш отдел два года вел предварительные исследования литий-ионных технологий. Мы потратили немало средств. Но мы так и не смогли решить проблему стабильности электролита. Образцы никуда не годятся. Сейчас только японцы могут производить их серийно.
Ван Дэфа тут же ухватился за это как за спасительную соломинку.
一 Слышали?! Даже главный инженер говорит, что это невозможно! К чему твои красивые сказки? Ты просто ставишь на кон будущее завода ради фантазий!
Скепсис в зале снова начал поднимать голову. Но Ма Юйтен даже не взглянул на Вана. Он смотрел на Гао Сяна – признанного авторитета.
一 Инженер Гао, 一 произнес он фразу, заставившую того вздрогнуть. 一 Причина, по которой вы не смогли добиться стабильности электролита, в том, что вы сосредоточились исключительно на пропорциях растворителя. Вы ошиблись с самого начала.
Обновлено: 20.02.2026