Глава
132. Виедзи
первым вошёл в комнату. Плюх! Когда
он с громким шумом сел в кресло, стоящее
посередине, Шананет слегка покачала
головой. Всего
должно было присутствовать четыре
человека, но сегодня на собрании были
лишь Шананет и Виедзи. – Лорельс
сегодня не придёт? – тихо спросила
Шананет, сидевшая через кресло от брата. – Сейчас,
когда он плохо выглядит в глазах отца,
какой ему смысл сидеть здесь? – Это
делается не только для того, чтобы хорошо
выглядеть… Ха, неважно. Если ему это не
нравится, то с этим ничего нельзя
поделать. – Раз
Галлагер также не пришёл, почему
недовольство касается лишь Лорельса?
– когда разговор не продолжился, Виедзи
подлил в него масла. – Галлагер
отправился в Шэсай, чтобы позаботиться
об своём имении. Это определённо
отличается от пребывания в одном особняке
и отсутствия на собрании, Виедзи. – Если
у тебя есть своё имение, уезжай и живи
там. Не трать больше деньги Ромбарди.
Разве это неправильно? Это
случилось в тот момент, когда Виедзи
попытался повысить свой голос. – Деньги
Ромбарди тебя не касаются. – Отец. Виедзи
с широко раскрытыми глазами смотрел на
Рулака, вошедшего в кабинет. – Ты
покинул Ромбарди без уважительной
причины больше чем на год и отправился
в Ангенас. Мне не стоило принимать тебя
обратно? Виедзи
не ответил на слова отца, будучи в ужасе. С
недовольством посмотрев на сына, Рулак
начал совещание. Поскольку
сегодня можно было услышать мнение лишь
двух человек о больших и малых делах,
которые произошли в семье за неделю,
встреча прошла быстро. И
после короткого обсуждения Рулак сказал: – Вы
оба, возможно, слышали, что Фирентия
начала вести бизнес с семьёй Дэвон. В
тот же момент Виедзи недовольно заскрёб
ногтями по обивке кресла. – …Хочешь
что-нибудь сказать, Виедзи? – Какое
значение имеет моё мнение? Отцу ведь
всегда на него… Нет, вы великодушны к
этому ребёнку, поэтому снова закроете
на него глаза. – Я
великодушен. Да, возможно, – лёгкая
улыбка появилась на губах Рулака, когда
он заговорил о Фирентии. Нахмурившись,
Виедзи посмотрел на него, но отвёл взгляд
в сторону. – Виедзи,
твои слова верны. В этот раз я собираюсь
довериться и присмотреть за ней. «Довериться,» –
Виедзи мысленно застонал. «Отец,
возможно, ни на мгновение не доверял
мне. Но
что насчёт этой девки? Она
связалась с семьёй Дэвон, нижайшей из
вассальных семей. Так стоит ли мне
беспокоиться об этом?» –
подумав именно так, Виедзи невольно
высокомерно вскинул голову. Рулак,
который наблюдал за ним, тихо произнёс: – Поэтому
оставь Фирентию в покое. Вздрогнув
от шока, Виедзи поспешно стал избегать
взгляда отца. После
окончания встречи Виедзи и Шананет
покинули кабинет лорда. Хоть
они и были братом и сестрой, между ними
не было милых бесед. Слишком
много пошло не так, чтобы они могли вести
себя таким образом. Однако
в конце длинного коридора Виедзи
неожиданно позвал Шананет: – Что
ты сделаешь, если я не оставлю дочь
Галлагера в покое, сестра? – Если
ты не оставишь в покое? Собираешься
ослушаться приказа отца? – Но!
– сам того не осознавая, Виедзи повысил
голос, но, быстро посмотрев в другой
конец коридора, продолжил. – Она позорит
наше имя. Люди смеются надо мной! Ребёнок
Ромбарди, что, едва повзрослев, поверил
в силу семьи и позорит её! – …Что?
Ха-ха-ха! – широко округлив глаза, Шананет
вдруг расхохоталась. Не
понимая, из-за чего смеётся его сестра,
Виедзи просто смотрел на неё с пустым
выражением лица. –
Ха-ха,
Виедзи! Какие смешные вещи ты говоришь!
Беспокоишься о том, что станет с репутацией
семьи из-за ‘Ребёнка,
что, едва повзрослев, поверил в силу
Ромбарди и позорит её’?
Ты? – Ты
хочешь сказать, что это я поверил в силу
семьи и позорю её? – поняв, почему
смеялась Шананет, Виедзи заскрипел
зубами. Но
Шананет продолжала счастливо улыбаться,
вытирая слёзы с уголков глаз: – Благодарю
тебя, я давно так не смеялась. И, Виедзи,
Тия имеет права использовать силу и
возможности семьи. Ты ничего не можешь
с этим поделать. Из-за
беззаботных слов Шананет Виедзи мгновенно
завёлся: – Сестра,
почему тебя это не беспокоит?! Разве ты
не знаешь, что она пользуется авторитетом
своих ближайших родственников?! Эта
мелкая девчонка! – Ты
боишься, что этот ребёнок станет твоим
конкурентом в борьбе за место следующего
лорда рода? – Я
боюсь? Кого мне бояться? Ха! Конкурент!
Здесь нельзя сказать даже о десятитысячном
шансе. Чтобы эта полукровка, не знающая
своего места, стала моим конкурентом! – Ха-а…
– Шананет посмотрела на своего брата
и со вздохом покачала головой. – Виедзи,
я дам тебе искренний совет. Не думай о
том, чтобы остановить этого ребёнка.
Просто сосредоточься на том, что делаешь
ты сам. Только тогда у тебя будет хоть
какой-то шанс. Сказав
это, Шананет развернулась и ушла первой. Смотря
в спину сестры, уходящей по коридору,
Виедзи вздохнул и сплюнул: – Притворюсь,
что остался один. Развернувшись,
он также ушёл. Путь
до дома Виедзи занял много времени,
однако его гнев ничуть не утих. Едва
он открыл двери и вошёл, как Сераль, его
жена, с улыбкой поприветствовала его: – Вернулся,
милый? Женщина
разбирала письма, поскольку в её руке
были фирменные бланки и фиолетовый
конверт. Сераль,
как и всегда, зорко читала чувства
Виедзи. – Что-то
случилось снаружи? – спросив это, женщина
мягко потянула мужа на диван в гостиной. – Ха-а,
так и есть, – Виедзи тут же начал
признаваться во всех неприятных моментах,
с которыми он столкнулся некоторое
время назад. Сераль
слушала мужа, не перебивая его ни словом. – Серьёзно,
отец тоже странный. Сейчас, когда я стал
старше, разве мои суждения остаются
такими же, как раньше? Мало того, что он
признал это ничтожество полноправным
членом семьи, так ещё и продолжает делать
мне выговоры из-за неё. – Вот
как. Всё ясно. До меня доходили слухи об
этом бизнесе доставки. – До-доставки? – Да.
Семья Дэвон. Их единственная работа
ведь перевозить вещи. Поскольку это
подобная семья, логично, что они
отреагировали на фантазии Фирентии. – Галлагер
также продолжает ставить нас в неловкое
положение, ведя дела с простолюдинами,
– нахмурился Виедзи. Он
продолжал игнорировать тот факт, что
Галлагер стал одним из самых богатых
людей на континенте за короткий период
времени, продавая готовую одежду. – Похоже,
люди действительно будут говорить о
Ромбарди какое-то время, – Сераль
печально вздохнула. И протянула Виедзи
письмо, которое отложила при его
появлении. – Императрица-мать прислала
письмо. Хочешь прочитать, милый? Виедзи
покорно принял письмо и прочитал его. В
нём после краткого приветствия говорилось,
что план развития запада будет ускорен
в несколько раз. – В
конце концов, это императрица-мать!
Какой напор! – В
императорской семье также хаос из-за
второго принца, который не осознаёт
своего места. Создаётся впечатление,
что они стараются поторопиться и принять
решение как можно скорее. – Правильно.
Лучше срезать почки до того, как прозвучат
любые странные слова. Виедзи,
который снова и снова вскидывал палец,
повторяя: ‘Как
и ожидалось от императрицы-матери’,
не выказывал никаких признаков того,
что он продолжает думать. Сераль,
скривившись от глупости мужа, заговорила
тихим голосом, улыбаясь так же красиво,
как и обычно, скрывая своё раздражение: – Поэтому,
милый, у меня есть хорошая идея. – Хорошая
идея? – Вероятно,
одних работников Ангенас будет
недостаточно, чтобы провести такую
стройку в спешке. Поэтому как насчёт
того, чтобы тебе присоединиться к ним? – М-мне?
– Виедзи удивлённо округлил глаза. – Да.
Если быть точным, ты воспользуешься
силами Ромбарди и поучаствуешь в развитии
дела Ангенас. – Касаемо
строительства… Мне придётся использовать
непосредственно свои права, – Виедзи
не хватало смелости. Хоть
это и было «прямое право», которое могло
в своё время превысить власть вассальной
семьи или ответственного за бизнес
лица, когда член Ромбарди терпел неудачу,
за этим следовали большие последствия. – Что
не так? Даже такой ребёнок, как Фирентия,
пользуется своими правами. – Н-но
это… – И
Ангенас. Императрица-мать – та, кто
напрямую продвигает этот проект. Есть
хотя бы вероятность того, что он потерпит
неудачу? – Сераль ловко уговаривала
Виедзи. – Это твой шанс, милый. Подумай
об этом. Насколько по-другому будут
смотреть на тебя жители Ромбарди, если
ты добьёшься успеха в таком большом
проекте, как строительство поместий
Ангенас? Виедзи
задумался, а Сераль терпеливо ждала. Потому
что она уже знала, что ответит её муж
спустя некоторое время. Прошло
несколько минут. И
Виедзи сказал то, что и ожидала Сераль: – Тогда
ты можешь написать письмо императрице-матери? ***** Выпив
немного чая, Крени сказал, что у него
есть дело, и ушёл. Так
в комнате Фирентии остались лишь она и
Ферес. – Вообще-то
я пришёл, чтобы отдать тебе это, – сказал
Ферес, вытаскивая маленькую коробочку. И
она тут же была открыта перед девушкой. – Бриллиант? Непросто
бриллиант. – Ещё
одна работа, которую ты сделал сам?! Это
был бриллиант, огранённый в форме
цыплёнка. – Почему...
Почему цыплёнок? «Из
такого дорогого бриллианта?» – Я
начал вырезать, и в этот момент как раз
мимо прошли несколько цыплят. Они были
милыми. – Т-так
цыплёнок… Услышав
причину, Фирентия смотрела на бриллиант,
огранённый в форме цыплёнка, в некоторой
растерянности. – Твои
навыки стали лучше. Круглый
детализированный цыплёнок был довольно
милым. – Спасибо,
– Ферес улыбнулся, разглаживая складку
между бровей, поскольку ему нравились
комплименты Тии. – Кстати…
Ты снова вырезал аурой? – Да.
Бриллианты довольно твёрдые. Мне пришлось
использовать концентрированную ауру. «Не
следует использовать ауру для такого. Если
я покажу это дедушке Кройли, как он
отреагирует?» –
подумала Фирентия и положила бриллиантового
цыплёнка обратно в шкатулку. А
затем, поднявшись, Тия обратилась к
Фересу: – Пойдём
со мной ненадолго. И
отвела его к комнате напротив её спальни. – Хочешь
заглянуть внутрь? – открыв дверь,
спросила девушка. – А…
– заглянув в комнату, Ферес некоторое
время молчал. «Правильно.
Тебе нечего сказать?» Фирентия
потрепала Фереса по плечу и мягко
сказала: – Это
все подарки и письма, которые ты, Ферес,
присылал мне, пока был в академии. Видишь? – …Да. – Деревянные
куклы и драгоценности, которые ты вырезал
и отправлял. Эта большая коробка –
письма. Здесь книги и тот большой плюшевый
медведь, которого ты сделал сам. Ты
хорошо шьёшь. Комната
уже была заставлена полностью. Больше
не было места для подарков. – Поэтому
тебе не нужно больше… – Спасибо. – Что? – Спасибо,
Тия. За то, что хранишь их. «Простой
факт, что я сохранила все подарки, которые
ты присылал мне, делает тебя таким
счастливым?» – Н-нет
же, – недоумённо отозвалась девушка. –
Это я должна говорить спасибо. Ты тот,
кто присылал мне подарки. – Правильно.
Но всё же. Думаю, я тоже должен поблагодарить
тебя, – глаза Фереса, оглядывающего
комнату, сияли возбуждением. – Мне
действительно было приятно отправлять
подарки Тие. – …Почему? – Это
значит, что теперь я могу дарить тебе
что-то, – Ферес слабо улыбнулся, смотря
на Тию из-под своих длинных ресниц. Это
улыбающееся лицо почему-то наложилось
на фигуру юного Фереса, находившегося
во дворце. . . . –
Пожалуйста,
не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо»,
в зависимости от того, где читаете наш
перевод. –
132. Виедзи
первым вошёл в комнату. Плюх! Когда
он с громким шумом сел в кресло, стоящее
посередине, Шананет слегка покачала
головой. Всего
должно было присутствовать четыре
человека, но сегодня на собрании были
лишь Шананет и Виедзи. – Лорельс
сегодня не придёт? – тихо спросила
Шананет, сидевшая через кресло от брата. – Сейчас,
когда он плохо выглядит в глазах отца,
какой ему смысл сидеть здесь? – Это
делается не только для того, чтобы хорошо
выглядеть… Ха, неважно. Если ему это не
нравится, то с этим ничего нельзя
поделать. – Раз
Галлагер также не пришёл, почему
недовольство касается лишь Лорельса?
– когда разговор не продолжился, Виедзи
подлил в него масла. – Галлагер
отправился в Шэсай, чтобы позаботиться
об своём имении. Это определённо
отличается от пребывания в одном особняке
и отсутствия на собрании, Виедзи. – Если
у тебя есть своё имение, уезжай и живи
там. Не трать больше деньги Ромбарди.
Разве это неправильно? Это
случилось в тот момент, когда Виедзи
попытался повысить свой голос. – Деньги
Ромбарди тебя не касаются. – Отец. Виедзи
с широко раскрытыми глазами смотрел на
Рулака, вошедшего в кабинет. – Ты
покинул Ромбарди без уважительной
причины больше чем на год и отправился
в Ангенас. Мне не стоило принимать тебя
обратно? Виедзи
не ответил на слова отца, будучи в ужасе. С
недовольством посмотрев на сына, Рулак
начал совещание. Поскольку
сегодня можно было услышать мнение лишь
двух человек о больших и малых делах,
которые произошли в семье за неделю,
встреча прошла быстро. И
после короткого обсуждения Рулак сказал: – Вы
оба, возможно, слышали, что Фирентия
начала вести бизнес с семьёй Дэвон. В
тот же момент Виедзи недовольно заскрёб
ногтями по обивке кресла. – …Хочешь
что-нибудь сказать, Виедзи? – Какое
значение имеет моё мнение? Отцу ведь
всегда на него… Нет, вы великодушны к
этому ребёнку, поэтому снова закроете
на него глаза. – Я
великодушен. Да, возможно, – лёгкая
улыбка появилась на губах Рулака, когда
он заговорил о Фирентии. Нахмурившись,
Виедзи посмотрел на него, но отвёл взгляд
в сторону. – Виедзи,
твои слова верны. В этот раз я собираюсь
довериться и присмотреть за ней. «Довериться,» –
Виедзи мысленно застонал. «Отец,
возможно, ни на мгновение не доверял
мне. Но
что насчёт этой девки? Она
связалась с семьёй Дэвон, нижайшей из
вассальных семей. Так стоит ли мне
беспокоиться об этом?» –
подумав именно так, Виедзи невольно
высокомерно вскинул голову. Рулак,
который наблюдал за ним, тихо произнёс: – Поэтому
оставь Фирентию в покое. Вздрогнув
от шока, Виедзи поспешно стал избегать
взгляда отца. После
окончания встречи Виедзи и Шананет
покинули кабинет лорда. Хоть
они и были братом и сестрой, между ними
не было милых бесед. Слишком
много пошло не так, чтобы они могли вести
себя таким образом. Однако
в конце длинного коридора Виедзи
неожиданно позвал Шананет: – Что
ты сделаешь, если я не оставлю дочь
Галлагера в покое, сестра? – Если
ты не оставишь в покое? Собираешься
ослушаться приказа отца? – Но!
– сам того не осознавая, Виедзи повысил
голос, но, быстро посмотрев в другой
конец коридора, продолжил. – Она позорит
наше имя. Люди смеются надо мной! Ребёнок
Ромбарди, что, едва повзрослев, поверил
в силу семьи и позорит её! – …Что?
Ха-ха-ха! – широко округлив глаза, Шананет
вдруг расхохоталась. Не
понимая, из-за чего смеётся его сестра,
Виедзи просто смотрел на неё с пустым
выражением лица. –
Ха-ха,
Виедзи! Какие смешные вещи ты говоришь!
Беспокоишься о том, что станет с репутацией
семьи из-за ‘Ребёнка,
что, едва повзрослев, поверил в силу
Ромбарди и позорит её’?
Ты? – Ты
хочешь сказать, что это я поверил в силу
семьи и позорю её? – поняв, почему
смеялась Шананет, Виедзи заскрипел
зубами. Но
Шананет продолжала счастливо улыбаться,
вытирая слёзы с уголков глаз: – Благодарю
тебя, я давно так не смеялась. И, Виедзи,
Тия имеет права использовать силу и
возможности семьи. Ты ничего не можешь
с этим поделать. Из-за
беззаботных слов Шананет Виедзи мгновенно
завёлся: – Сестра,
почему тебя это не беспокоит?! Разве ты
не знаешь, что она пользуется авторитетом
своих ближайших родственников?! Эта
мелкая девчонка! – Ты
боишься, что этот ребёнок станет твоим
конкурентом в борьбе за место следующего
лорда рода? – Я
боюсь? Кого мне бояться? Ха! Конкурент!
Здесь нельзя сказать даже о десятитысячном
шансе. Чтобы эта полукровка, не знающая
своего места, стала моим конкурентом! – Ха-а…
– Шананет посмотрела на своего брата
и со вздохом покачала головой. – Виедзи,
я дам тебе искренний совет. Не думай о
том, чтобы остановить этого ребёнка.
Просто сосредоточься на том, что делаешь
ты сам. Только тогда у тебя будет хоть
какой-то шанс. Сказав
это, Шананет развернулась и ушла первой. Смотря
в спину сестры, уходящей по коридору,
Виедзи вздохнул и сплюнул: – Притворюсь,
что остался один. Развернувшись,
он также ушёл. Путь
до дома Виедзи занял много времени,
однако его гнев ничуть не утих. Едва
он открыл двери и вошёл, как Сераль, его
жена, с улыбкой поприветствовала его: – Вернулся,
милый? Женщина
разбирала письма, поскольку в её руке
были фирменные бланки и фиолетовый
конверт. Сераль,
как и всегда, зорко читала чувства
Виедзи. – Что-то
случилось снаружи? – спросив это, женщина
мягко потянула мужа на диван в гостиной. – Ха-а,
так и есть, – Виедзи тут же начал
признаваться во всех неприятных моментах,
с которыми он столкнулся некоторое
время назад. Сераль
слушала мужа, не перебивая его ни словом. – Серьёзно,
отец тоже странный. Сейчас, когда я стал
старше, разве мои суждения остаются
такими же, как раньше? Мало того, что он
признал это ничтожество полноправным
членом семьи, так ещё и продолжает делать
мне выговоры из-за неё. – Вот
как. Всё ясно. До меня доходили слухи об
этом бизнесе доставки. – До-доставки? – Да.
Семья Дэвон. Их единственная работа
ведь перевозить вещи. Поскольку это
подобная семья, логично, что они
отреагировали на фантазии Фирентии. – Галлагер
также продолжает ставить нас в неловкое
положение, ведя дела с простолюдинами,
– нахмурился Виедзи. Он
продолжал игнорировать тот факт, что
Галлагер стал одним из самых богатых
людей на континенте за короткий период
времени, продавая готовую одежду. – Похоже,
люди действительно будут говорить о
Ромбарди какое-то время, – Сераль
печально вздохнула. И протянула Виедзи
письмо, которое отложила при его
появлении. – Императрица-мать прислала
письмо. Хочешь прочитать, милый? Виедзи
покорно принял письмо и прочитал его. В
нём после краткого приветствия говорилось,
что план развития запада будет ускорен
в несколько раз. – В
конце концов, это императрица-мать!
Какой напор! – В
императорской семье также хаос из-за
второго принца, который не осознаёт
своего места. Создаётся впечатление,
что они стараются поторопиться и принять
решение как можно скорее. – Правильно.
Лучше срезать почки до того, как прозвучат
любые странные слова. Виедзи,
который снова и снова вскидывал палец,
повторяя: ‘Как
и ожидалось от императрицы-матери’,
не выказывал никаких признаков того,
что он продолжает думать. Сераль,
скривившись от глупости мужа, заговорила
тихим голосом, улыбаясь так же красиво,
как и обычно, скрывая своё раздражение: – Поэтому,
милый, у меня есть хорошая идея. – Хорошая
идея? – Вероятно,
одних работников Ангенас будет
недостаточно, чтобы провести такую
стройку в спешке. Поэтому как насчёт
того, чтобы тебе присоединиться к ним? – М-мне?
– Виедзи удивлённо округлил глаза. – Да.
Если быть точным, ты воспользуешься
силами Ромбарди и поучаствуешь в развитии
дела Ангенас. – Касаемо
строительства… Мне придётся использовать
непосредственно свои права, – Виедзи
не хватало смелости. Хоть
это и было «прямое право», которое могло
в своё время превысить власть вассальной
семьи или ответственного за бизнес
лица, когда член Ромбарди терпел неудачу,
за этим следовали большие последствия. – Что
не так? Даже такой ребёнок, как Фирентия,
пользуется своими правами. – Н-но
это… – И
Ангенас. Императрица-мать – та, кто
напрямую продвигает этот проект. Есть
хотя бы вероятность того, что он потерпит
неудачу? – Сераль ловко уговаривала
Виедзи. – Это твой шанс, милый. Подумай
об этом. Насколько по-другому будут
смотреть на тебя жители Ромбарди, если
ты добьёшься успеха в таком большом
проекте, как строительство поместий
Ангенас? Виедзи
задумался, а Сераль терпеливо ждала. Потому
что она уже знала, что ответит её муж
спустя некоторое время. Прошло
несколько минут. И
Виедзи сказал то, что и ожидала Сераль: – Тогда
ты можешь написать письмо императрице-матери? ***** Выпив
немного чая, Крени сказал, что у него
есть дело, и ушёл. Так
в комнате Фирентии остались лишь она и
Ферес. – Вообще-то
я пришёл, чтобы отдать тебе это, – сказал
Ферес, вытаскивая маленькую коробочку. И
она тут же была открыта перед девушкой. – Бриллиант? Непросто
бриллиант. – Ещё
одна работа, которую ты сделал сам?! Это
был бриллиант, огранённый в форме
цыплёнка. – Почему...
Почему цыплёнок? «Из
такого дорогого бриллианта?» – Я
начал вырезать, и в этот момент как раз
мимо прошли несколько цыплят. Они были
милыми. – Т-так
цыплёнок… Услышав
причину, Фирентия смотрела на бриллиант,
огранённый в форме цыплёнка, в некоторой
растерянности. – Твои
навыки стали лучше. Круглый
детализированный цыплёнок был довольно
милым. – Спасибо,
– Ферес улыбнулся, разглаживая складку
между бровей, поскольку ему нравились
комплименты Тии. – Кстати…
Ты снова вырезал аурой? – Да.
Бриллианты довольно твёрдые. Мне пришлось
использовать концентрированную ауру. «Не
следует использовать ауру для такого. Если
я покажу это дедушке Кройли, как он
отреагирует?» –
подумала Фирентия и положила бриллиантового
цыплёнка обратно в шкатулку. А
затем, поднявшись, Тия обратилась к
Фересу: – Пойдём
со мной ненадолго. И
отвела его к комнате напротив её спальни. – Хочешь
заглянуть внутрь? – открыв дверь,
спросила девушка. – А…
– заглянув в комнату, Ферес некоторое
время молчал. «Правильно.
Тебе нечего сказать?» Фирентия
потрепала Фереса по плечу и мягко
сказала: – Это
все подарки и письма, которые ты, Ферес,
присылал мне, пока был в академии. Видишь? – …Да. – Деревянные
куклы и драгоценности, которые ты вырезал
и отправлял. Эта большая коробка –
письма. Здесь книги и тот большой плюшевый
медведь, которого ты сделал сам. Ты
хорошо шьёшь. Комната
уже была заставлена полностью. Больше
не было места для подарков. – Поэтому
тебе не нужно больше… – Спасибо. – Что? – Спасибо,
Тия. За то, что хранишь их. «Простой
факт, что я сохранила все подарки, которые
ты присылал мне, делает тебя таким
счастливым?» – Н-нет
же, – недоумённо отозвалась девушка. –
Это я должна говорить спасибо. Ты тот,
кто присылал мне подарки. – Правильно.
Но всё же. Думаю, я тоже должен поблагодарить
тебя, – глаза Фереса, оглядывающего
комнату, сияли возбуждением. – Мне
действительно было приятно отправлять
подарки Тие. – …Почему? – Это
значит, что теперь я могу дарить тебе
что-то, – Ферес слабо улыбнулся, смотря
на Тию из-под своих длинных ресниц. Это
улыбающееся лицо почему-то наложилось
на фигуру юного Фереса, находившегося
во дворце. . . . –
Пожалуйста,
не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо»,
в зависимости от того, где читаете наш
перевод. –
Обновлено: 12.01.2026