Глава 22: «Немного подразнить – не велика беда»
После полудня осеннее солнце светило мягко и ласково, даря ощущение уюта.
Цинь Шу велела вынести кресло-качалку на веранду и, удобно устроившись, решила немного вздремнуть.
Заметив, что хозяйка задремала, Синь И, воспользовавшись моментом, оттянула Синь Лянь в сторону. Ей не терпелось узнать, о чем госпожа просила спросить Синь Лянь еще до обеда.
Видя такое нетерпение, Синь Лянь скрывать не стала и подробно пересказала утренний разговор с хозяйкой, касавшийся чувств Императора.
Выслушав все до конца, Синь И пристально посмотрела на подругу:
— Это хорошо. По правде говоря, то, что Император готов ради госпожи на такие шаги, кажется мне вполне естественным. Наша госпожа достойна лучшего мужчины в этом мире.
Девушки одновременно перевели взгляд на спящую хозяйку. Ее красота и изящество были уникальны, но это лишь внешняя оболочка. Медицина, боевые искусства, деловая хватка… Госпожа преуспела во всем. Она словно бездонная сокровищница. Если небесный мир существует, то госпожа, несомненно, фея, спустившаяся с девятого неба.
— Разумеется, — подтвердила Синь Лянь. — Даже нарисованные небожительницы не сравнятся с нашей госпожой.
Однако тут же добавила наставительным тоном:
— Но эти разговоры только между нами. На людях – ни слова.
— Я могила, лишнего не сболтну, — серьезно кивнула Синь И. — Я понимаю: госпожа только вошла во дворец. И пусть сердце Императора принадлежит ей, Имперский город – это не Южный край, а дворец – не резиденция герцога Динго.
Они переглянулись, прекрасно понимая друг друга без лишних слов.
— Кстати, — сменила тему Синь Лянь. — Госпожа поручила мне одно дело, нужно все организовать. Так что заботы о ней пока полностью на тебе.
Синь И лишних вопросов задавать не стала:
— Хорошо, иди спокойно, я справлюсь.
Едва Синь Лянь ушла, Синь И вернулась к хозяйке и тихо встала рядом, готовая исполнить любое приказание, как только та проснется.
Вскоре спустились сумерки.
После ужина Цинь Шу немного прогулялась по внутреннему двору, чтобы еда улеглась. Надо признать, жизнь во дворце была скучна до невозможности. Недолго думая, она вернулась в спальню.
Едва переступив порог, она увидела ожидающую ее Синь Лянь.
Та сразу шагнула навстречу:
— Госпожа, я забрала то, что вы велели.
Цинь Шу опустилась в кресло из желтого палисандра, приняла из рук служанки изящную деревянную шкатулку и открыла ее. Внутри, слева и справа, аккуратно лежали два маленьких фарфоровых флакона – синий и белый.
Синь И, разумеется, узнала содержимое и недоуменно спросила:
— Госпожа, зачем вы вдруг велели принести это во дворец?
— Завтра к утру все станет ясно. — Цинь Шу захлопнула шкатулку и вернула ее Синь Лянь. — Спрячь пока.
— Слушаюсь.
Стоявшая рядом Синь И предложила:
— Госпожа, уже поздно. Позвольте помочь вам переодеться и подготовиться ко сну.
Едва прозвучали эти слова, как порыв свежего ветра ворвался в открытое окно, заставив пламя свечей в покоях затрепетать.
Синь Лянь и Синь И мгновенно напряглись, но, увидев абсолютное спокойствие на лице хозяйки, тут же расслабились.
Разглядев гостя, они поспешно поклонились:
— Приветствуем Императора.
Цинь Шу наблюдала, как человек, влезший в окно, шаг за шагом приближается к ней. Она поднялась, сделала легкий реверанс со словами «Ваше Величество», а затем выпрямилась и с легкой улыбкой заметила:
— Если люди узнают о подобном поведении Императора, боюсь, пересудов не оберешься.
Сюаньюань Чэ взмахнул рукой, отпуская служанок.
Синь Лянь и Синь И, не смея возражать, почтительно удалились за двери.
В спальне остались только двое.
Сюаньюань Чэ остановился перед девушкой:
— Это касается только нас с тобой, посторонние не узнают.
Губы Цинь Шу тронула усмешка:
— Император глубокой ночью проникает в покои наложницы, и никто снаружи этого не замечает. Интересно, а если бы это был кто-то другой? Смог бы он так же входить и выходить из дворца, словно в безлюдное место?
— Ни одно дуновение ветра во дворце не ускользнет от патрулей Имперской гвардии, — возразил Сюаньюань Чэ. — К тому же, помимо гвардейцев, есть еще глаза в тени. Любого, кто осмелится нарушить границы дворца, ждет неминуемая смерть.
Услышав это, Цинь Шу ухватилась за мысль:
— Значит, Император в курсе всего, что происходит во дворце?
Сюаньюань Чэ мягко улыбнулся:
— Да, я знаю все, что должен знать. Например, мне известно, что именно произошло той ночью с красавицей Вэй, чье лицо было обезображено и которую императрица сослала в Холодный дворец.
Он коснулся ладонью щеки Цинь Шу и тепло произнес:
— Я здесь, во дворце. Можешь быть спокойна.
Цинь Шу встретилась с ним взглядом. Хоть она и действовала скрытно в деле с красавицей Вэй, Сюаньюань Чэ все же заметил следы. Столь быстрая развязка объяснялась не только желанием императрицы избавиться от проблемы, но и тем, что Сюаньюань Чэ помог скрыть истину.
Заметив, что она смотрит ему прямо в глаза, Сюаньюань Чэ убрал руку от ее лица и сменил тему:
— Это мелочи, не бери в голову. Я пришел по другому делу.
Цинь Шу заметила, как он отдернул руку, которой только что гладил ее щеку. В этом движении сквозила неловкость. Было очевидно, что он хочет быть ближе, но его смущение выдавало его с головой.
Она моргнула, почувствовав игривое настроение, и нарочно подалась к нему:
— И по какому же важному делу Император пришел к Вашей наложнице?
Сюаньюань Чэ почувствовал, как она приблизилась – почти прижалась к его груди. В памяти всплыло утреннее объятие, и он невольно сглотнул. Собрав волю в кулак, он произнес:
— Ты… говорила, что тебе интересны тайны Дворца Шэнъян. Я пришел отвести тебя туда.
— Ах, вот оно что, — Цинь Шу подняла голову, глядя на него снизу вверх, и с лукавством спросила:
— Император сегодня не вызывал Вашу наложницу для ночных утех. Ночь глубока, как же вы поведете меня во Дворец Шэнъян?
— Мы можем…
Цинь Шу слабо кашлянула, перебив его на полуслове:
— Ваша наложница всегда была слаба здоровьем. Неужели Император хочет, чтобы я скакала по крышам наравне с ним?
Они стояли так близко, что стоило ей чуть качнуться вперед, и она упала бы в его объятия. Раз уж нужно попытаться принять его – хе-хе, почему бы немного не подразнить? Это ведь тоже способ сближения. Она положила ладонь на грудь Сюаньюань Чэ, приняла свой обычный нежный и беззащитный вид и умоляюще посмотрела на него.
Обновлено: 18.02.2026