– Ваша внучка, – отвечает Питер, на что Мэй и Грейс удивленно оборачиваются в его сторону.
– Вот это да! – воскликнула Грейс, поворачивая голову и снова глядя на спящее лицо Лили.
– Тише, ты разбудишь Лили, – ЭмДжей тихим тоном наставляла свою мать.
– Вот это да, – на этот раз прошептала Грейс. – Она так похожа на маленькую тебя.
– Это Лили? – довольно громко спросила Мэй.
– Ш-ш-ш! – снова шикнула ЭмДжей.
– То есть... это и вправду Лили? – в недоумении прошептала Мэй. – Как вы это сделали?
– Питер украл мою ДНК и соединил её со своей, – ЭмДжей ответила так резко, словно обвиняла Питера в каком-то ужасном преступлении.
– Сколько раз я должен извиниться? – спросил Питер, поскольку они уже говорили об этом. – Это ведь не так страшно...
– Ты украл мою ДНК и вырастил из неё ребенка. Это очень даже страшно... – ЭмДжей опровергает его утверждения.
– Значит, ты предпочла бы, чтоб Лили навсегда осталась машиной? – спросил Питер с ноткой раздражения в голосе.
– Конечно нет! – восклицает Эм-Джей.
– Ш-ш-ш! – и Мэй, и Грейс с огромным удовольствием отвечают на шиканье ЭмДжей.
– Конечно нет... – повторила ЭмДжей гораздо более тихим тоном. – Но я хочу знать, когда ты собираешься использовать мою ДНК для чего-то столь важного.
– Хорошо, я обещаю, что в следующий раз предупрежу тебя, когда буду использовать твою ДНК, – Питер говорит в отчаянии.
– Вот видишь, ничего ведь трудного, – говорит ЭмДжей, закатывая глаза.
– Мы только что стали свидетелями их ссоры? – спрашивает Мэй у Грейс.
– Кажется да, – Грейс отвечает с забавной ухмылкой.
– Я бы назвал это скорее спором, нежели ссорой, – говорит Питер, когда их с ЭмДжей враждебное настроение постепенно исчезает.
– Да, если бы мы поссорились, то мы бы разрушили не один район, – ЭмДжей кивает.
– Как скажешь, – Мэй безразлично пожимает плечами. – Такие ссоры и споры на самом деле полезны для отношений. Если бы вы вообще не ссорились или делали бы это на постоянной основе, возникла бы серьезная проблема. Как и всё в жизни, вы должны найти баланс. Просто убедитесь, что вы не ложитесь спать со злобой друг на друга. Потому что вы просто проснетесь в том же состоянии и начнете ссориться вновь и вновь.
– Этому ты научилась у дяди Бена? – с любопытством спрашивает Питер.
– Нет, из одной дорамы... – Мэй решительно кивает.
"Эта женщина смотрит слишком много корейской романтики..." – все в комнате подумали об этом одновременно.
– Ну что, раз вы двое закончили "спорить", может, разбудим принцессу? – спросила Грейс, которая хотела познакомиться со своей внучкой.
– Можно и так, а можно переночевать и удивить её утром плотным завтраком, – предлагает Питер, после чего они с ЭмДжей объясняют, как их дочь отреагировала на пиццу и колу.
...
После минутного раздумья все решили не тревожить сон принцессы.
Грейс будет спать в гостевой комнате, а утром они с Мэй приготовят грандиозный завтрак для её королевского высочества.
Поскольку Питер не хотел оставлять Лили в гостиной, он перенес её в другую гостевую, расположенную прямо напротив его комнаты.
Конечно же, он переделал кровать в этой комнате в такую же, как у принцессы, и вернул диван в гостиную.
– Надо будет украсить её комнату, – прокомментировала ЭмДжей, пока они с Питером обнимались в постели.
Комната, где сейчас спит Лили, станет её настоящей спальней, но сейчас она в общем пуста.
– Я могу пойти и заняться всем сейчас, если хочешь, – предложил Питер, поскольку для него не составит труда наколдовать какую-нибудь мебель и украшения.
– Нет, украсить её комнату будет весело для Лили. Давай не будем отнимать у нее эту возможность, – ЭмДжей качает головой, и Питер с пониманием кивает.
Как раз когда ЭмДжей собиралась заснуть, Питер заговорил.
– Прости, что украл твою кровь... – сказал Питер в последний раз, следуя совету тетушки по примирению.
– И ты меня прости, я немного погорячилась. Ты использовал её для чего-то хорошего, так что не стоило мне так бурно реагировать... – ЭмДжей отвечает собственным извинением, зарываясь головой в грудь Питера.
– Я люблю тебя.
– Я тоже тебя люблю.
–––––––––––––––
– Подъём! – крикнул кто-то, и за голосом последовал металлический звон.
– ?! – Питер и ЭмДжей взяли по подушке и обернули их вокруг головы, закрыв чувствительные уши.
– Что у них там происходит? – сонно спросила ЭмДжей, так как подушка не заглушала пронзительных звуков.
– Наверное, бабушки развращают наше невинное дитя... – сказал Питер, поднимая голову и видя Лили в дверях, что стучала кастрюлей о сковородку с ухмылкой на милом личике.
Тем временем Мэй и Грейс стоят позади нее со своими кухонными принадлежностями, производя как можно больше шума.
– Уф... – ЭмДжей не выдержала, тут же приподнялась и выпустила несколько паутин в сторону шумной компании.
Прежде чем кто-либо успел отреагировать, каждая паутина прилипла к кастрюлям и сковородкам, и одним сильным рывком ЭмДжей вырвала их все из рук.
*Звяк...*
Когда кастрюли и сковородки грохнулись на пол в углу комнаты, и ЭмДжей, и Питер вздохнули с облегчением и упали обратно на подушки.
– Это так круто! – воскликнула Лили, запрыгивая на кровать и ныряя сверху на маму. – Можно я тоже так сделаю?
– Мы поговорим об этом в другой раз, – сказал Питер, вставая с кровати и глядя в сторону двух вдохновителей. – Что за... грандиозное пробуждение?
– Завтрак подан, – Грейс говорит так, словно она дворецкий.
– Почему вы не разбудили нас раньше? – спрашивает Питер, проходя мимо бабушек и направляясь вниз к еде.
В конце концов, Лили вчера съела почти всю пиццу.
– Эй! Подожди меня! – воскликнула Лили, отрываясь от ЭмДжей и бросаясь догонять Питера.
...
Сидя вокруг обеденного стола, заставленного всевозможными блюдами для завтрака, Лили с волнением пробовала всё по очереди, пока остальные ели медленно и наслаждались её реакцией.
От блинчиков и вафель до яиц и бекона - все это приготовили Мэй и Грейс.
– Фто этшо? (Что это?) – спросила Лили с полным ртом.
– Бекон, – говорит Питер, съедая один ломтик. – Лучшее блюдо на завтрак в мире.
Лили только кивает, набивая лицо все большим количеством бекона.
"Возможно, скоро нам придется начать более строгую диету..." – подумал Питер, беспокоясь о том, что Лили растолстеет. "А вдруг у нее высокий метаболизм, как у меня?"
Казалось, что у нее бездонный желудок. Вчера вечером она съела четыре больших куска пиццы, а сейчас уже накладывала себе вторую порцию еды.
Как только впечатление от реакции Лили и её обжорства утихло, Мэй задала дельный вопрос.
– Когда Лили начнет ходить в школу? – она спросила то, о чем Питер не подумал.
– О! Я хочу в школу! – Лили практически спрыгнула со стула от восторга. – Ким Пять-с-плюсом ходит в старшую школу. Я хочу быть похожей на нее!
– Учебный год почти закончился, так что после лета ты пойдешь в первый класс средней школы, – объясняет ЭмДжей.
– Правда, сейчас у нее нет никаких документов, – говорит Питер, так как он еще не оформил ее личность.
Для правительства Соединенных Штатов Лили вполне может показаться призраком. У нее нет ни свидетельства о рождении, ни каких-либо документов, удостоверяющих личность.
По крайней мере, сейчас.
– Получается, я не могу ходить в школу? – настроение Лили сразу же упало с веселого на разочарованно-грустное.
– Нет, это просто значит, что я должен заранее решить некоторые вопросы, – пояснил Питер, и настроение Лили переключилось, словно выключатель.
– Ура! – воскликнула она, снова начиная радостно кушать.
– Ты хочешь сделать ее своей дочерью на бумаге? – спросила Мэй, так как знала, что это всё усложнит.
– Я что-нибудь придумаю... – пробормотал Питер, пытаясь обдумать наилучший сценарий.
...
Единственный вариант, к которому возвращался Питер, - это усыновление, но оно невозможно из-за его статуса несовершеннолетнего.
– Мэй? – внезапной обращается к ней Питер.
– Да? – отвечает она.
– Ты сможешь подписать бумаги об эмансипации*? – спрашивает Питер, и на лице Мэй появляется хмурое выражение.
**Эмансипа́ция — отказ от социальных зависимостей, например детей от родителей.*
В штате Нью-Йорк эмансипация ребенка означает, что он больше не живет с родителями и сам себя обеспечивает.
Другими словами, эмансипированный ребенок считается взрослым в глазах правительства.
Питеру оставалось чуть больше года до 18 лет - совершеннолетия, признанного правительством, поэтому эмансипация сейчас не ухудшит его жизнь.
(Примечание автора: Питеру почти 17 лет, к слову. Ему исполнится 17 через пару месяцев, а 18 - в конце выпускного класса старшей школы).
– Ты уверен? – Мэй звучала с легкой неохотой.
В конце концов, она фактически отказывается от родительских прав, а это совсем другое, чем просто позволить Питеру расти самостоятельно.
– Да, это единственный способ "удочерить" Лили, – Питер объясняет свой план.
Естественно, никто не позволит 16-летнему подростку усыновить ребенка, но, к счастью, Питер может легко использовать магию, чтобы обойти все эти препятствия.
– Ладно, раз уж ты так настроен...
–––––––––––––––––––––––
**График выкладки глав теперь будет более организованным. В 12 часов ночи по МСК**
Обновлено: 08.04.2026