— Проклятье! Этот сопляк… Как он посмел отвергнуть моё предложение?!
В кабинете Торговой гильдии Аустер её глава, Гвейз Аустер, в ярости грохнул кулаком по столу. На его лбу вздулись вены – признак крайнего бешенства.
— Я предложил вернуть деньги! Я сулил ему гору золота, непомерную для жреца в такой глухомани, а этот выскочка воротит нос! Неужели ему так приглянулось тело этой девчонки?!
Всего два месяца назад этот человек собственноручно сбыл дочь Храму как ненужный хлам. Но теперь он отчаянно пытался получить её назад.
Весь город гудел о Рейне. О прекрасном ангеле в рясе, о десятилетнем чуде, владеющем магией исцеления. Гвейз поначалу не верил, но, подослав шпионов, убедился: это была его «бесполезная» дочь, изменившаяся до неузнаваемости.
Чутьё торговца вопило: сейчас Рейну можно продать за баснословную цену. Речь шла уже не о содержанке для местного богача – за такую девицу какой-нибудь столичный герцог отвалит столько золота, что хватит на покупку целого замка.
— Какая ошибка… Какая роковая ошибка! Кто же знал, что она так расцветет?!
— Г-господин председатель, что прикажете делать? — Робко спросил помощник. — Может, надавим на Храм и заберем её силой?
Гвейз, который в любой другой ситуации так бы и поступил, лишь мрачно покачал головой.
— Не выйдет. Этот щенок связан с Домом маркиза Барна. Прямое давление выйдет нам боком.
Краэль Барн, приютивший девчонку, принадлежал к одной из самых влиятельных семей столицы. Было неясно, насколько сильна поддержка его родных, но открытый конфликт мог привести к перекрытию торговых путей и краху гильдии.
— Значит… мы отступимся?
— Глупец! Это курица, несущая золотые яйца. Я обязан вернуть её любой ценой.
Гвейз сцепил пальцы в замок, погрузившись в раздумья. Жрец явно понимал ценность Рейны – именно поэтому он не соблазнился на золото.
«Неужели он метит на моё место и сам хочет выгодно её сбыть? Или планирует сделать её приёмной дочерью Барнов и выдать за принца? А может, он просто хочет оставить её себе для утех?»
Мысль о бескорыстной доброте даже не посетила его голову. Для Гвейза люди были существами, движимыми исключительно похотью и жадностью. Он не верил в сострадание.
Тем более он не верил служителям церкви. Для него все они были лицемерами, которые под маской святош набивали карманы, прикрываясь именем богов. Он был убеждён, что Краэль Барн – один из них.
— Ничего не поделаешь… Придется спустить на них моих «крыс».
«Крысами» Гвейз называл своих наёмников для грязных дел. Они устраняли конкурентов, надзирали за плантациями запретных трав, похищали девиц для борделей – словом, не гнушались никакой черной работы.
— В-вы уверены? Если это вскроется…
— Значит, нужно сделать так, чтобы не вскрылось. Способов предостаточно.
Даже если «крысы» выкрадут Рейну, держать её в гильдии или поместье нельзя. Но если вывезти её за пределы города и запереть в надежном убежище, никто не докажет его причастность. Когда шум утихнет, её можно будет продать под другим именем.
«Можно даже стереть ей память зельями. Или подкупить кого-то из аристократов выше Барнов…»
— Сначала нужно заполучить девчонку. Действуйте быстро, пока Барны не пронюхали о наших планах и не вставили палки в колёса.
— Будет исполнено. Передам распоряжение «крысам».
Помощник почтительно поклонился и вышел. Гвейз был уверен: очень скоро Рейна снова окажется в его власти.
— Кхе-кхе… Не знаю, что с тобой стряслось, доченька, но от отцовской руки тебе не уйти.
В конце концов, она была лишь инструментом. А инструмент всегда возвращается к хозяину, если тот того пожелает. У вещей не бывает ни воли, ни свободы.
Пожалуйста, не забудьте поставить «Спасибо»! Ваша активность помогает делать работы лучше, ускоряет выход новых глав и поднимает настроение переводчику!
Обновлено: 10.07.2026