— Доброе утро, Алисия.
Сзади меня обняли большие руки. До меня донёсся сладкий и приятный запах.
Интересно, он разучился нормально здороваться? До недавнего времени приветствия были вполне обычными… И кстати, это нормально, что Принц целой страны купает злодейку в объятиях? Так меня накажут за соблазнение Принца.
— Как сладко.
— Объятия с самого утра?
Генри и Гиллес застыли в изумлении… Правда, не пойму на кого они смотрят, на меня или на Дюка.
— Доброе утро, Дюк. Пожалуйста, отпусти меня.
Одной рукой я слегка надавила на тело Дюка. Как хорошая злодейка, я не могу позволить ему так с собой обращаться.
Однако у него сильное тело. Стройное, но твёрдое, это идеальное телосложение.
— Раньше она краснела от этого, но теперь, похоже, привыкла, – дерзко заметил Дюк, слегка приподняв край рта.
…Может быть, это объятие было лишь для того, чтобы насладиться моей реакцией?
— Да, я к этому привыкла. Думаю, меня это больше не будет беспокоить… Но меня могут побеспокоить другие люди, кроме Дюка, – сказала я, приподнимая уголок рта.
Последними словами я наверняка заработала неплохие очки злодейства.
— Эй…
— Алисия, только не тогда, когда у тебя такой довольный вид.
Дюк смотрел на меня, словно видел насквозь.
…Вот же ж. Мои слова должны были быть оскорбительными.
Но я злодейка, я не могу болтать слишком много.
— Самообладание Дюка заслуживает уважения, – сказал Генри, глядя на Дюка с лёгким беспокойством.
Дюк не обратил на него внимания, продолжая смотреть на меня.
Ох, в его взгляде боль. На мгновение показалось, что у него скорее обиженное лицо, чем злое.
Это моя вина… Но я злодейка. Для злодейки естественно плеваться ядом.
— Эй~, урок вот-вот начнётся~… Что случилось?
Кертис подошёл к нам и, увидев Дюка, удивился.
Непривычно видеть, как Дюк смотрит на меня с таким выражением…
— Ничего. Пойдём, – ответил Дюк напряжённым тоном, повернувшись ко мне спиной и быстро уходя прочь.
Похоже, я и правда разозлила его… Если бы я не решила стать злодейкой, я бы немедленно извинилась, увидев такое выражение Дюка. Я тупо смотрела ему в спину, размышляя об этом.
— Что случилось?
— Не спрашивай меня.
— Ты должен знать, Генри, ведь ты был на месте преступления.
— …Много чего.
— И как это понимать?
До моих ушей донеслись тихие голоса Кертиса и Генри.
Похоже, они последовали за Дюком.
— Я ужасно мерзкая злодейка…
Гиллес отреагировал на мои слова редкой кривой ухмылкой.
— Скорее просто «ужасная», чем «мерзкая злодейка».
— …Не правда.
— Если бы ты была в противоположном положении, разве тебе бы не стало противно от этих слов?
Если бы я любила Дюка, любила его всё время в течение нескольких лет и выражала свою привязанность, меня бы расстроило подобное…
— Это было бы отвратительно, – сказала я то, что думаю. — Не хотела бы, чтобы Дюк такое говорил. Интересно, бросит ли он меня.
— Что? Сильно сомневаюсь. Скорее Алисия бросит Дюка.
— Похоже, все мои очки злодейства аннулированы сказанными ранее словами.
— Послушай меня! – Гиллес внезапно повысил голос.
Я посмотрела на него расширенными глазами. Гиллес слегка вздохнул, а затем серьёзно на меня посмотрел:
— Алисия, ты ведь любишь Дюка, не так ли?
Мне потребовалось некоторое время, чтобы осознать смысл этих слов.
Обновлено: 12.01.2026