Мужчину средних лет увёл официант, а арену привели в порядок перед третьим боем. В зале стояла тишина, за исключением редких вздохов и покашливаний.
Су Хан же поняла, что для всех ситуация крайне деликатная. Да, некоторым игрокам повезло не оказаться напротив свирепых волков, но никто не застрахован от этого в будущем. От одной мысли по спине пробегали мурашки, и появлялось чувство отторжения. Огня подливали и сотрудники казино, ведущие себя приветливо и услужливо со зрителями, но грубо и свирепо с теми, кто проиграл.
Всех разделили на две фракции по щелчку пальцев. Одни оказались в роли счастливчиков, которым не надо ни о чём беспокоиться, а другие были обречены влачить жалкое существование, надеясь на то, что смогут дожить до завтра.
Но и счастливчики не были застрахованы от проигрыша.
Су Хан подумала о том, что количество бойцов уже слишком велико. Рано или поздно это могло привести к восстанию… Или чему-то похуже. Вероятностей множество.
Вскоре вернулся мужчина в чёрном и объявил:
— Мы начинаем третий бой.
Справа вновь оказался серый волк, а по левую сторону вывели женщину лет сорока.
— Ещё двух волков, а, и, кстати, вколите ей мышечный релаксант, – осклабился толстый мужчина. – У этой воровки руки нечисты, она почти украла все мои фишки!
Судя по всему, ему было всё равно на её плачевное положение. Всё, о чём он мог думать, это почти украденное из его карманов состояние. Поэтому, когда к нему подошёл официант, толстяк тут же положил на поднос тридцать фишек.
Мужчина в чёрном щёлкнул пальцами, и женщине в ногу вкололи миорелаксант. А через мгновение к рингу вывели ещё двоих волков.
Убедившись, что больше никто не хочет ничего приобрести, распорядитель махнул рукой, и зверей выпустили на ринг.
Правая нога женщины потеряла всякую мобильность, и она не могла быстро передвигаться. А волки были особенно яростны. Один - сразу вцепился в правую ногу, другой - нацелился на шею, а третий - сомкнул пасть на правой руке. Женщина отчаянно размахивала ржавым ножом, но могла единовременно отбиваться только от одного хищника. Неудивительно, что очень скоро она пропала во вспышке белого света.
Мужчина в чёрном повернулся в сторону зала и улыбнулся:
— На сегодня развлекательная программа окончена, прошу всех следовать за мной.
Игроки, запинаясь, пошли к выходу, храня шокированное молчание.
***
После возвращения на первый этаж распорядитель пересчитал людей, убедился, что их количество верно, и удалился. Игрокам же вновь позволили свободно передвигаться по казино.
Почти мгновенно вокруг Вэй Дуна возникла толпа.
— Что там происходило? Расскажи!
— Ты сражался каждый день? С кем? С монстрами? А с какими?
— Вас не кормили и не давали лечить раны. Так почему вы не устроили восстание?
— Вам не давали средства ежедневной гигиены. Так как ты до сих пор жив?
И только Вэй Дун собрался ответить, как Цзянь Чхэн выступил вперёд:
— Прошу прощения, он только-только выбрался из тех ужасных условий и очень устал. Если у вас есть вопросы, зададите их завтра. Сейчас мы вынуждены уйти.
После чего он увёл своего товарища.
Люди, желавшие получить ответы, недовольно забормотали.
— Наверняка он сейчас укажет ему, что стоит говорить, а что нет!
В это же время Чжун Жуй подошёл к Су Хан и тихо произнёс:
— Давай поговорим.
— Хорошо, – кивнула она.
Они вместе вернулись в её комнату. Однако, закрыв дверь и оказавшись в безопасности, ещё долгое время провели в молчании, каждый погружённый в свои мысли: представляли, как начать разговор.
Первым всё же решился Чжун Жуй:
— Я просчитался. Если бы понял правила с самого начала, то объединился бы с другими игроками и убил сотрудников казино. К сожалению, сейчас так действовать уже поздно. Нас поделили на две группы, и мы никак не сможем объединить усилия. Так что теперь важно грамотно выбрать сторону.
— По-моему, неважно, что мы выберем. В любом случае история плохо закончится, – пробормотала Су Хан, плеснув себе в лицо холодной водой. – Некоторые игроки выиграли свои фишки у казино, а некоторые - у игроков. Все друг друга ненавидят, так что установить перемирие почти невозможно. Да и в день выплаты долгов был большой переполох. Некоторым не хватало всего пары тысяч, чтобы избежать наказания, но им никто не занял. А на богачей нападали. Поводов для ненависти слишком много.
— Поэтому я и сказал, что объединить усилия невозможно, – пожал плечами Чжун Жуй. – Нам остаётся только выбрать сторону.
Девушка нахмурилась и медленно начала:
— Многие откажутся участвовать в восстании. А те, кто сейчас находится внизу, заняты боями с хищниками и противостоянием с сотрудниками казино.
— Иногда мне хочется выиграть у всех оставшихся участников их фишки, чтобы все оказались в одинаковой ситуации и не осталось выбора, кроме бунта, – вздохнул Чжун Жуй.
В комнате повисла неуютная тишина, которую вновь прервал парень:
— А что ты про всё это думаешь?
— Я хочу сохранить статус-кво и продолжить делать ставки. Выживут ли те игроки или нет, зависит только от них самих, – решительно выдала девушка.
И хоть звучала она уверенно, но её обуревали сомнения. Она чувствовала жалость к попавшим в трудную ситуацию игрокам. Однако, с рациональной точки зрения, безопасней было остаться здесь, наверху, нежели отправляться в непредсказуемую среду подпольных боёв.
Так что Су Хан решила, что не будет ставить палки в собственные колёса, пытаясь спасти всех. В конце концов, это игра, в которой каждый сам за себя.
Кроме того все начинали в относительно одинаковых условиях. И первые игроки выбыли лишь на третий день. Те, кто не смог выбраться из долгов или попытался сжульничать, сами обрекли себя на эту участь.
— Что ж, ожидаемо… – пробормотал Чжун Жуй.
— А у тебя есть идеи получше? – удивилась девушка, и, не дожидаясь ответа, подчеркнула: – Восстание подпольных бойцов возможно только в теории. Ты не знаешь, сможешь ли подбить их на активные действия. Это слишком рискованно.
Парень посерьёзнел и выпрямил спину.
— Я выяснил, что среди неигровых персонажей есть официанты, дилеры, охрана и другие работники. Всего около пятисот человек, но только двести из них могут сражаться – это охранники. Сейчас силы игроков разделены почти поровну, но в будущем количество подпольных бойцов увеличится, как и их общая сила. Следовательно, восстание не так уж и невозможно, – его глаза блеснули задорным огоньком. – Предпочитаю подсуетиться с обеих сторон.
— Только не говори, что хочешь попасть в число подпольных бойцов…
— Именно так.
Су Хан хлопнула себя по лбу. Ему что, жить надоело?
— Но прежде… Я дам тебе фишек на пять миллионов. Если исключённые игроки окажутся сильными и сплочёнными, я организую восстание. Если же они ничего из себя не представляют, то ты меня выкупишь.
Девушка была настолько поражена, что даже не сразу поняла задумку.
— Мы уже давно играем вместе. Я тебе доверяю, – пожал плечами Чжун Жуй.
— Доверие тут ни при чём. У тебя же есть императорский нефрит. Даже если я тебя не спасу, ты сам сможешь это сделать.
— Не смогу. Вэй Дун же сказал, что из инвентаря можно взять только три предмета. Да и какой в этом смысл – сотрудники увидят, что я взял с собой нефрит, скажут, чтобы сразу выкупил себя и не тратил их время.
Су Хан поражённо замолчала – вышло неловко.
К счастью, после небольшой паузы, Чжун Жуй добавил:
— Я планирую провернуть всё на десятый день. Так, даже если что-то случится, то я не проиграю уровень, а всего лишь не получу дополнительные награды.
Девушка облегчённо выдохнула. Она правда боялась, что парень собрался лезть в самое пекло прямо сейчас, не давая ей права выбора. Всё же она привыкла играть одна, так что доверие и надежда были только лишним грузом на её плечах.
Но Чжун Жуй продолжил рассуждать о доверии (или любви, если быть предельно честными):
— Я оценю обстановку среди бойцов, а ты останешься наверху. Так мы будем знать всё, что происходит на уровне. Рад, что играю с тобой и могу доверить тебе своё спасение.
Доверить… Су Хан физически почувствовала, как груз обязательств начал давить на плечи.
Обновлено: 02.02.2026