– Ну, что поделать. Они потеряли рыцаря божественного меча, так что теперь за каждую ниточку хватаются.
– !
Вслед за шокированной реакцией Фран на слова Меи, инстинктивно обмолвились и Софи с Ягильером.
– Потеряли рыцаря божественного меча… А? Неужели он умер?
– Это действительно правда?
Адол мёртв? Но я ведь точно помню, как он покидал поле боя сравнительно невредимым…
– Я и не говорила, что он умер.
– Да? А прозвучало туманно.
Вот уж действительно!
– Ну так, что всё-таки значит «потеряли»?
– Он куда-то исчез. Возможно, сбежал с концами. Квина недавно сама разведала. Вряд ли она ошибается.
– А что с божественным мечом?
– Похоже, он ушёл без него. Забери он его с собой — его бы точно до
края земли преследовали. Адол с виду такой послушный, но видимо, на душе
у него творилось много чего. – Вот как. Адол… — Фран пробормотала с задумчивым лицом. Отношение Фран к Адолу было весьма противоречивым. С одной стороны,
любить его было особо не за что, однако он всё-таки был её достойным
боевым товарищем. Вероятно, он знал про план порабощения Софи, но едва ли был
сколь-нибудь в нём замешан. И дело тут не в его личностных качествах, а в
том, что в силу своего титула и обязательств он не мог принимать
участие в такого рода подковёрных играх. Его имя как рыцаря божественного меча, однако, вполне могла использовать разведка Ширада для достижения личных целей. – Учитывая, что Ширадцы уже пытались утянуть меня к себе силой… – Подхалимством они не брезгуют. Неизвестно, какое наказание может
ждать офицеров и чиновников, реши они вернуться на родину без рыцаря
божественного меча. Вот и хотят скостить наказание, завербовав хотя бы
несколько других достойных бойцов. У страны должна быть замена рыцарю божественного меча. Но, похоже,
пока никто на их уговоры не ведётся. Ситуация дошла до того, что они
обратились к Фран с Софи. Интерес в Софи теперь, когда стало известно её обладание божественным мечом, особенно очевиден. Похоже, уговоры было весьма и весьма интенсивными. Её даже заставляли подчиниться, ссылаясь на бывший уговор с Главным лекарем. – Лучше уж сгинуть на этом континенте, чем отправиться к ним! – А что вы думаете о моей родине? – Э? — Софи взглянула на Ягильера, широко распахнув глаза от такого неожиданного предложения. Видимо, она не ожидала, что кто-то ещё осмелится приставать к ней, пока она в столь дурном расположении духа. Более того, эти слова встрепенули даже Мею. – Слушай, а моя страна ведь тоже ничего! Всем владельцам
божественного меча тёплый приём обеспечен! Да и переселенцев из Нокты
примем, не вопрос! – А! Некрасиво действуете, госпожа Мея! Моя страна ничем не хуже! – Эээмм?.. – Не волнуйтесь, жульничеством вроде этих тёмных контрактов мы
занимаемся! И помыслить о таком не можем! Как слуга государства, я
просто не могу так взять и преминуть возможностью пригласить к себе
новообъявившегося владельца божественного меча. – И я также. К тому же, можно с уверенностью сказать, что оба варианта лучше, чем отправляться в Ширад. – Аха! Всё уж лучше Ширада! В общем, Ягильер с Меей пригласили Софи к себе, раз идти ей больше
некуда. Вдобавок открывают двери и жителям Нокты, дабы у них не
оставалось одного лишь незавидного выбора переехать в Ширад на рабских
правах. – Однако, ты ведь из знатной семьи, не так ли, Софи? Твой приёмный
отец был не только музыкантом, но и аристократом, насколько я слышала.
Может, и его не следует сбрасывать со счетов? – Н, на счёт этого… Мея явно знала кое-что о прошлом Софи, но далеко не всё. Только так она могла затронуть столь болезненную тему. Взглянув на выражение лица Софи, она тут же поняла, что совершила ошибку. – Эм, вероятно, я чего-то не так поняла? Точно! Наверное, речь шла там о ком-то другом… — Она поспешила исправиться. Однако Софи, словно преодолев травматический флешбек, помотала головой, успокаивая Мею. – Ты права. Я не могу больше делать вид, что приёмного отца не существовало… История, которую она рассказала вслед, была идентична той, которую мы
уже слышали. Это была история любви и ненависти, история о сложных и
противоречивых чувствах к приёмному отцу. Как и раньше, эта история рисовала картину тяжёлого детства. Фран
много натерпелась в жизни, но и Софи пришлось пережить немалую долю
своих несчастий. Мея тоже лишилась дара речи. Ягильер, в свою очередь, глубоко задумался. – Вы упомянули, что вашего приёмного отца звали Робер Салас? – Неужели вы его знаете?! – Да. На континенте Капул это имя весьма известно. Оказалось, что королевство Сегилсер находится в северной части этого
континента. Этот континент находился на противоположной стороне от
Гордисии относительно Джилбарда, где располагается королевство Кранзер. Софи оказалась родом именно оттуда. – Как глава рыцарского ордена, я довольно наслышан об этом инциденте.
Однако многие детали настолько не сходятся с тем, что я слышал, что
теперь я нахожусь в недоумении. – Что вы имеете в виду? – «Инцидент виконта Саласа» преподносился, как эпизод в усмирении разбойничей банды. – Словно они сами переубивали друг друга? – Да. С точки зрения Софи, её приёмный отец, возглавляя отряд наёмников, приказал атаковать её родную деревню и убить её семью. В истории, рассказанной Ягильером, однако, виконт Салас возглавлял
отряд тяжело провинившихся рабов, дабы освободить деревню, захваченную
разбойничей бандой. Бой был ожесточённым, с множеством погибших с обеих
сторон, включая и виконта. – Так эта история рассказана у меня на родине. – Как же так… Это же… Но… Софи растерянно глядела на Ягильера, не в силах сформировать ни
единого предложения. Она не знала, как реагировать на то, что величайшая
трагедия в её жизни словно бы и не происходила. – По взаимному соглашению между государствами наши люди проводили
независимое расследование. Они не нашли ничего доказывающего, что
произошло что-то иное. – Тогда что с моей родной деревней? Что с моим отцом, с матерью, с
сестрой? Я разбойничий ребёнок? Или же всё здесь ложь? Что вообще
правда? – Я прошу прощения. Не желал приводить вас в расстройство. Однако,
пускай Салас известен нам как абсолютно помешанный на музыке
эксцентричный персонаж, ни о единой его злодейской черте мы не слышали.
Быть может, это всё было лишь представление, чтобы заставить вас
испытать сильные эмоции? – И, и я… Я убила его… Софи проглотила слова, и присела, уже плохо держась на ногах от столь
неожиданных вестей. Она продолжала бормотать что-то про себя с пустым
выражением лица. – Софи, ты в порядке? – Фран… – Софи. Разве не остался ли твой приёмный отец доволен? – Что… Что ты… ? – Ему оставалось жить недолго, и он погиб, слыша твою прекрасную музыку. Может, это была его заветная мечта. – Как так!.. Как же так… Слова Софи становились всё слабее, встреченные аргументом Меи.
Вероятно, на каком-то уровне она была убеждена, что так всё и было. И
чудной характер виконта Саласа являлся тому дополнительным
подтверждением. – Прежде всего надо понять, насколько это всё соответствует действительности. – Я всецело предлагаю свою помощь и поддержку. – Спасибо. – Выходит, всё к лучшему. – Э? – Это ведь значит, что твои отец и мать могут быть всё ещё живы. – …! Верно! А ведь верно… В устах Фран, потерявшей обоих родителей, эти слова обладали
особенным весом. Софи метнула на неё удивлённый взгляд, после чего
задумчиво кивнула.
края земли преследовали. Адол с виду такой послушный, но видимо, на душе
у него творилось много чего. – Вот как. Адол… — Фран пробормотала с задумчивым лицом. Отношение Фран к Адолу было весьма противоречивым. С одной стороны,
любить его было особо не за что, однако он всё-таки был её достойным
боевым товарищем. Вероятно, он знал про план порабощения Софи, но едва ли был
сколь-нибудь в нём замешан. И дело тут не в его личностных качествах, а в
том, что в силу своего титула и обязательств он не мог принимать
участие в такого рода подковёрных играх. Его имя как рыцаря божественного меча, однако, вполне могла использовать разведка Ширада для достижения личных целей. – Учитывая, что Ширадцы уже пытались утянуть меня к себе силой… – Подхалимством они не брезгуют. Неизвестно, какое наказание может
ждать офицеров и чиновников, реши они вернуться на родину без рыцаря
божественного меча. Вот и хотят скостить наказание, завербовав хотя бы
несколько других достойных бойцов. У страны должна быть замена рыцарю божественного меча. Но, похоже,
пока никто на их уговоры не ведётся. Ситуация дошла до того, что они
обратились к Фран с Софи. Интерес в Софи теперь, когда стало известно её обладание божественным мечом, особенно очевиден. Похоже, уговоры было весьма и весьма интенсивными. Её даже заставляли подчиниться, ссылаясь на бывший уговор с Главным лекарем. – Лучше уж сгинуть на этом континенте, чем отправиться к ним! – А что вы думаете о моей родине? – Э? — Софи взглянула на Ягильера, широко распахнув глаза от такого неожиданного предложения. Видимо, она не ожидала, что кто-то ещё осмелится приставать к ней, пока она в столь дурном расположении духа. Более того, эти слова встрепенули даже Мею. – Слушай, а моя страна ведь тоже ничего! Всем владельцам
божественного меча тёплый приём обеспечен! Да и переселенцев из Нокты
примем, не вопрос! – А! Некрасиво действуете, госпожа Мея! Моя страна ничем не хуже! – Эээмм?.. – Не волнуйтесь, жульничеством вроде этих тёмных контрактов мы
занимаемся! И помыслить о таком не можем! Как слуга государства, я
просто не могу так взять и преминуть возможностью пригласить к себе
новообъявившегося владельца божественного меча. – И я также. К тому же, можно с уверенностью сказать, что оба варианта лучше, чем отправляться в Ширад. – Аха! Всё уж лучше Ширада! В общем, Ягильер с Меей пригласили Софи к себе, раз идти ей больше
некуда. Вдобавок открывают двери и жителям Нокты, дабы у них не
оставалось одного лишь незавидного выбора переехать в Ширад на рабских
правах. – Однако, ты ведь из знатной семьи, не так ли, Софи? Твой приёмный
отец был не только музыкантом, но и аристократом, насколько я слышала.
Может, и его не следует сбрасывать со счетов? – Н, на счёт этого… Мея явно знала кое-что о прошлом Софи, но далеко не всё. Только так она могла затронуть столь болезненную тему. Взглянув на выражение лица Софи, она тут же поняла, что совершила ошибку. – Эм, вероятно, я чего-то не так поняла? Точно! Наверное, речь шла там о ком-то другом… — Она поспешила исправиться. Однако Софи, словно преодолев травматический флешбек, помотала головой, успокаивая Мею. – Ты права. Я не могу больше делать вид, что приёмного отца не существовало… История, которую она рассказала вслед, была идентична той, которую мы
уже слышали. Это была история любви и ненависти, история о сложных и
противоречивых чувствах к приёмному отцу. Как и раньше, эта история рисовала картину тяжёлого детства. Фран
много натерпелась в жизни, но и Софи пришлось пережить немалую долю
своих несчастий. Мея тоже лишилась дара речи. Ягильер, в свою очередь, глубоко задумался. – Вы упомянули, что вашего приёмного отца звали Робер Салас? – Неужели вы его знаете?! – Да. На континенте Капул это имя весьма известно. Оказалось, что королевство Сегилсер находится в северной части этого
континента. Этот континент находился на противоположной стороне от
Гордисии относительно Джилбарда, где располагается королевство Кранзер. Софи оказалась родом именно оттуда. – Как глава рыцарского ордена, я довольно наслышан об этом инциденте.
Однако многие детали настолько не сходятся с тем, что я слышал, что
теперь я нахожусь в недоумении. – Что вы имеете в виду? – «Инцидент виконта Саласа» преподносился, как эпизод в усмирении разбойничей банды. – Словно они сами переубивали друг друга? – Да. С точки зрения Софи, её приёмный отец, возглавляя отряд наёмников, приказал атаковать её родную деревню и убить её семью. В истории, рассказанной Ягильером, однако, виконт Салас возглавлял
отряд тяжело провинившихся рабов, дабы освободить деревню, захваченную
разбойничей бандой. Бой был ожесточённым, с множеством погибших с обеих
сторон, включая и виконта. – Так эта история рассказана у меня на родине. – Как же так… Это же… Но… Софи растерянно глядела на Ягильера, не в силах сформировать ни
единого предложения. Она не знала, как реагировать на то, что величайшая
трагедия в её жизни словно бы и не происходила. – По взаимному соглашению между государствами наши люди проводили
независимое расследование. Они не нашли ничего доказывающего, что
произошло что-то иное. – Тогда что с моей родной деревней? Что с моим отцом, с матерью, с
сестрой? Я разбойничий ребёнок? Или же всё здесь ложь? Что вообще
правда? – Я прошу прощения. Не желал приводить вас в расстройство. Однако,
пускай Салас известен нам как абсолютно помешанный на музыке
эксцентричный персонаж, ни о единой его злодейской черте мы не слышали.
Быть может, это всё было лишь представление, чтобы заставить вас
испытать сильные эмоции? – И, и я… Я убила его… Софи проглотила слова, и присела, уже плохо держась на ногах от столь
неожиданных вестей. Она продолжала бормотать что-то про себя с пустым
выражением лица. – Софи, ты в порядке? – Фран… – Софи. Разве не остался ли твой приёмный отец доволен? – Что… Что ты… ? – Ему оставалось жить недолго, и он погиб, слыша твою прекрасную музыку. Может, это была его заветная мечта. – Как так!.. Как же так… Слова Софи становились всё слабее, встреченные аргументом Меи.
Вероятно, на каком-то уровне она была убеждена, что так всё и было. И
чудной характер виконта Саласа являлся тому дополнительным
подтверждением. – Прежде всего надо понять, насколько это всё соответствует действительности. – Я всецело предлагаю свою помощь и поддержку. – Спасибо. – Выходит, всё к лучшему. – Э? – Это ведь значит, что твои отец и мать могут быть всё ещё живы. – …! Верно! А ведь верно… В устах Фран, потерявшей обоих родителей, эти слова обладали
особенным весом. Софи метнула на неё удивлённый взгляд, после чего
задумчиво кивнула.
Обновлено: 12.01.2026