В тот день Сун Яо привёл домой секретарь сельского отделения партии. В раннем детстве он часто болел, и бабушка Сун строго-настрого запретила ему участвовать в каких-либо рискованных мероприятиях. Очевидно, это также включало и тыканье осиного гнезда. Отослав секретаря сельского отделения, бабушка Сун немедленно состроила тигриное лицо и наказала его, поставив в угол.
П/п: Лицо тигра – мрачное и свирепое.
Когда его наказали, он всё равно крикнул, будучи неубеждённым: «Это были не осы, а медоносные пчёлы, я не ворошил осиное гнездо!»
После того как он это прокричал, он всё ещё мысленно пошёл искать подтверждения у 005: **[005, это же было пчелиное гнездо, верно?]**
005 не мог и предположить, что, только узнав состав мёда, Хозяин сразу же отправится протыкать пчелиное гнездо.
Но, столкнувшись с вопросом Хозяина, он всё ещё очень профессионально ответил: **[Да, Хозяин, пчелиное]**
Получив заверение 005, Сун Яо почувствовал себя более уверенно: «Бабушка должна была меня выслушать. Как она могла даже не дать мне шанса объясниться?»
Отец Сун, который стоял рядом с ним, видя, что тот всё не унимался, сказал: «Твоей бабушке наплевать, были ли это медоносные пчёлы или ослиные, ты всё равно будешь наказан, как только начнёшь в них тыкать».
Сун Яо подумал о темпераменте своей бабушки и почувствовал, что тот был прав, поэтому ему оставалось только повесить голову и отказаться от своей защиты.
Он посмотрел на отца, стоявшего рядом с ним: «Папа, а тебя бабушка за что наказала?»
Отец Сун вперил взгляд в потолок: «Да ничего такого. Я увидел на дороге осиное гнездо, вот и потыкал его, и в результате твоя бабушка наткнулась на меня, когда я как раз его ковырял».
По мере развития разговора он становился всё более оживлённым: «Я говорил ей, что с детства ковырялся в осиных гнёздах, и всё было нормально, но она не стала слушать. Это совпадение, ах, что я уже стоял здесь, когда тебя привели».
Сун Яо: «…»
Теперь он наконец-то понял, почему бабушка потащила его к стене и заставила стоять там в качестве наказания, даже не выслушав объяснений, как только услышала, что он разворошил осиное гнездо.
Поскольку в этом оказался замешан его собственный отец, Сун Яо понял, что объясняться стало бесполезно. Он честно простоял с опущенной головой, пока бабушка Сун готовила еду. Когда пришло время ставить её на стол, она сердито сказала отцу и сыну: «Идите ужинать».
Белое нежное лицо Сун Яо тут же расплылось в широкой улыбке. Он подбежал к обеденному столу, одарив бабушку Сун льстивой улыбкой: «Бабушка, ты больше не злишься?»
Бабушка Сун ответила с тигриным лицом: «Злюсь! Сколько раз я тебе говорила, что ты маленький и у тебя нежная кожа. Осы ядовиты, и тебе хватит и одного укуса. Как там звали парнишку из деревни Люе, Ван Ху, кажется, разве он не попал в больницу из-за того, что разворошил осиное гнездо и его ужалила оса? Тоже захотел в больницу?»
Сун Яо быстро покачал головой.
Обычно, когда дети в их деревне болели, они просто обращались к старому доктору. С Сун Яо же было по-другому. Он был единственным ребёнком в семье Сун, и с рождения был слабым. Даже сейчас он выглядел слишком белым, и его кожа не была такой же крепкой, как у других детей. Поэтому каждый раз, когда он болел и у него поднималась температура, семья отвозила его на лечение в больницу.
По сравнению с лекарственной медициной старого доктора, в больнице больше полагались на инъекции. Сун Яо часто кололи, и он много плакал. Больница определённо являлась первым местом в его сердце, куда он не хотел бы попадать.
Но и отказываться от мёда он тоже не хотел.
В «Составе мёда» говорилось, что мёд – очень хорошая вещь. Он не только мог увлажнять лёгкие, но и восполнять запасы организма. Короче говоря, его было полезно есть.
Конечно, важнейшей причиной было то, что он имел приятный вкус и, по слухам, был даже вкуснее, чем сахарная вода.
П/п: «Сахарная вода» – своего рода десерт кантонской кухни, в основном состоящий из сахара и воды. Иногда добавляют и другие ингредиенты, такие как красная фасоль, семена лотоса, лилии и т.д. У неё густой вкус, иногда для усиления вкуса добавляют эссенцию.
Сахарная вода
А он в жизни не встречал ничего вкуснее сахарной воды.
Сун Яо взял бабушку за руку и стал вести себя кокетливо: «Оно действительно было не осиным, а пчелиным. В нём был мёд. А он сладкий, слаще сахара».
Бабушка Сун не впечатлилась: «Я никогда не слышала, чтобы у нас здесь был мёд. Кто тебе сказал эту чушь?»
Сун Яо: «Я прочитал об этом в их кабинете, когда дядя Шунь брал меня с собой в округ на собрание».
Бабушка Сун замолчала.
Дядя Шунь, упомянутый Сун Яо, был секретарём сельского отделения партии.
Как и в прошлый раз, когда при приезде в деревню учительницы секретарь сельского отделения партии позвал его на встречу с жителями, будучи симпатичным деревенским мальчиком, с тех пор как Сун Яо исполнилось четыре года, секретарь сельского отделения партии начал таскать его с собой на каждое собрание, которое проводилось в округе.
Поскольку он был не только хорош собой, но и умён, когда Сун Яо впервые случайно отправился в округ, он выступил перед чиновниками округа со стихотворением, продемонстрировав отличную память, и их деревне одобрили заявку на открытие школы.
Хотя Сун Яо и считал, что это не имело к нему никакого отношения. Они пришли утром, а заявление пришло днём. Ранее секретарь сельского отделения партии сам говорил, что процесс рассмотрения заявок занимал несколько дней, поэтому было очевидно, что несколько дней назад она и была одобрена.
Но секретарь сельского отделения партии был твёрдо убеждён, что это была удача, принесённая Сун Яо.
Поэтому с тех пор он приводил Сун Яо на каждую встречу.
Чиновники, которые не участвовали в собраниях, находили Сун Яо милым и в шутливой манере учили его читать, пока проходили встречи. В результате он сразу же всему научился, и постепенно это переросло в ситуацию, когда он бродил по зданию управления округа в поисках книг для чтения, пока все проводили свои собрания.
Он хорошо выглядел и говорил вежливо и воспитанно, и очень нравился сотрудникам, которые там работали. Если те не были заняты, то были готовы научить его тем вещам, которые он не понимал. В течение нескольких лет секретарь сельского отделения партии был не столь известен в правительстве округа, как Сун Яо.
Поначалу старая семья Сун не воспринимала это всерьёз, просто относясь к этому, как к поездкам ребёнка в округ поиграть. В любом случае, каждый раз, когда Сун Яо возвращался из округа, он был очень счастлив. До прошлого года, когда он самостоятельно изобрёл инсектицид.
На самом деле, это было легко и сказать, и сделать, используя в качестве материалов местные горные растения. Пока он с ними возился, семья думала, что он просто играет, но когда он закончил, оказалось, что тот действительно отпугивал насекомых.
Поначалу дедушка и бабушка Сун всё ещё относились к этому скептически, опасаясь, что инсектицид окажется ядовитым. После того как овощи были приготовлены, они не решились их есть сами и не хотели кормить ими кур (если бы куры потравились, это бы стало большой потерей). Вместо этого они попросили отца Сун поймать птицу и скормить овощи ей. Убедившись, что птица была жива и здорова и спустя несколько дней после той кормёжки, вся семья стала счастлива, как на Новый год.
С изготовленным Сун Яо инсектицидом им больше не нужно было после насыщенного рабочего дня ещё и ходить на поля ловить насекомых. Раз уж их собственный ребёнок произвёл такую полезную вещь, они, естественно, захотели узнать, откуда тот узнал этот метод.
Сун Яо же сказал, что увидел это в книге, которую читал в правительстве округа.
С тех пор каждый раз, когда он отправлялся в управление округа, бабушка Сун оттаскивала его в сторону, убеждая хорошо там учиться.
Именно этот инцидент положил в деревне Дашу начало сильной атмосферы стремления к знаниям.
Они все были из одной деревни. И, к примеру, если можно было взять несколько растений и приготовить инсектицид, что увеличило бы урожайность, то семья Сун, естественно, захотела бы этим со всеми поделиться. Разумеется, эта услуга должна была быть запомнена, и в сочетании с отцом Сун, который всегда любил прихвастнуть, когда это произошло, тот едва не превознёс своего сына до небес.
В результате вся деревня знала, что Сун Яо из семьи Сун уже умел читать и писать, а также самостоятельно делал инсектицид из прочитанных книг, что увеличило урожай зерновых во всей деревне. Как это могло стать возможным? Да, потому что у него были знания, ах!
До того как жители деревни узнали, что в книгах содержится золотой дом, они сперва узнали, что в книгах был инсектицид.
П/п: Известное китайское выражение «В книгах есть золотой дом» означает, что посредством чтения можно обрести богатство и славу. Из поэмы «Стихи, побуждающие к обучению» Чжао Хэна, императора Чжэньцзуна династии Сун.
Благодаря чтению книг, учёбе, а затем и собственноручному изготовлению инсектицидов, Сун Яо в деревне стал признанным учёным. Когда он гулял по деревне, у него в руках всегда оказывалось что-то съестное – арахис или лепёшки, или какие-нибудь дикие фрукты, собранные в горах, что сделало его деревенским ребёнком, которому меньше всего не хватало закусок.
Каждый раз, когда они с секретарём сельского отделения партии ездили на собрание в округ, ему приходилось выделять некоторое время, чтобы почитать книги и попытаться найти какие-нибудь способы увеличения урожайности. Конечно же, успеха не было.
Теперь, когда Сун Яо объявил, что о мёде в этом гнезде было написано в книге правительства округа, бабушка Сун начала этому верить, хотя и всё ещё колебалась: «Пишут ли такое в книгах?»
Она раньше ездила за покупками в окружной центр и видела продающийся там мёд, но цена была очень уж высокой. Один кэтти стоил два юаня, которых семье хватало на шесть-семь дней.
П/п: Катти/ кэтти/ кетти/ катто – традиционная единица массы в Китае и странах Юго-Восточной Азии, в разных странах её размер составляет от 600 до 632,5 грамма. В КНР в настоящее время стандартизирован в 500 г. По происхождению был равен 1/100 пикуля — последний определялся как «то, что взрослый мужчина способен унести на плечах», и соответственно этому стандарты в разных странах Азии различались.
На февраль 2025 года 2 ¥ = 0,28 $ = 24,08 ₽. Но помните, что время романа – конец 1980-х, и стоимость денег тогда была другой.
Если бы можно было получить его, не тратя денег… Бабушка Сун была немного соблазнена.
Сун Яо чувствовал себя очень виноватым, когда тихо произнёс: «Столько людей пишут книги, в них можно найти что угодно».
Бабушка Сун на мгновение задумалась: «Правильно, метод создания инсектицида ты тоже видел в книге».
Сун Яо почувствовал себя ещё более виноватым.
Поскольку этот метод вообще не был замечен в правительстве округа, а изучил он его в Системе Обучения.
Просто он болел, когда впервые получил Систему Обучения. И каждый раз, когда он рассказывал своей семье о 005, они настаивали, что у него был жар, и бежали в больницу с ним на спине.
После нескольких таких случаев Сун Яо усвоил урок. Осознав, что другие не могли понять 005, он уставился на шприц в руке доктора и решил больше никогда не упоминать о том, что у него в голове была Система Обучения.
Сун Яо подумал о сладости мёда, упомянутой в учебном курсе, и жадно сглотнул: «Бабуль, разве ты не говорила в прошлый раз, что купишь мне сахар для питья? Если бы у нас был этот мёд, то им можно было бы заменить сахар, и нам бы не пришлось тратить на него деньги».
Бабушка Сун же размышляла: в раннем детстве Сун Яо недоедал. Она услышала от других народное средство, говорили, что детям полезно давать пить сахарную воду, поэтому круглый год для питья Сун Яо готовилась сахарная вода. Неизвестно, правда ли помогало народное средство или это было что-то другое, но, как бы то ни было, с каждым годом Сун Яо становился всё более розовощёким.
Если мёд действительно мог заменить сахар, и ещё оставалось бы немного денег заместо его покупки, то, конечно, это было бы лучше всего, да и мёд за два юаня за кэтти – определённо должен был быть хорош. Возможно, выпив его, можно было бы ещё сильнее укрепить организм Яо-эра.
Пока она об этом думала, дедушка Сун рядом с ней, который ещё не произнёс ни слова, сказал: «Можно просто принести его и посмотреть».
Дедушка Сун обычно молчал, и его речь зачастую была краткой, но когда он принимал решение, бабушка Сун, как правило, соглашалась. Как только он открывал рот, вопрос считался решённым.
Сун Яо обрадовался. Он не боялся быть ужаленным и обернулся в поисках своего шеста.
Отец Сун тоже был рад: «Если мёд действительно такой же, как сахар, то нашей семье больше не придётся покупать сахар».
Дедушка Сун посмотрел на счастливых отца и сына и холодно произнёс: «Яо-эр, не ходи, пусть идёт твой отец».
Сун Яо, которому не терпелось пойти попробовать: «…»
Прежде чем отец Сун успел разволноваться, дедушка Сун медленно добавил: «А ты не бери с собой семейную корзину, иди просто вот так».
Выражение лица отца Сун сразу же изменилось.
Если не взять корзину и не надеть её на голову, когда тыкаешь в гнездо насекомых, то всё лицо будет изжалено, если вовремя не убежать, спасая свою жизнь.
У него был большой опыт в этой области, в конце концов, в детстве его часто жалили из-за того, что он бегал слишком медленно.
И отец, и сын разом поникли.
Но, глядя на дедушку Сун, который медленно ел, они оба не осмеливались возразить. В семье слово дедушки Сун всё ещё было самым эффективным.
Дедушка Сун продолжил: «Яо-эр, можешь пойти, но следуй за ним. Только иди и смотри, ничего не делай».
Сун Яо хотел было сказать, что тоже хотел бы потыкать палкой, но, глядя на лицо своего деда, не осмелился и пискнуть.
Дедушка Сун снова взглянул на своего сына: «Приглядывай за ним. Если его ужалят, я не буду его бить, я побью тебя».
Отец Сун согласился с печальным выражением лица, догадываясь, что на этот раз отец хотел, чтобы его ужалили на глазах у Сун Яо, чтобы тот осознал последствия тыканья гнёзд насекомых.
Воспитывая ребёнка, просто воспитывай ребёнка. Не было необходимости приносить его в жертву.
Однако отец Сун осмелился только подумать об этих словах в своём сердце, не смея их произнести вслух.
С горечью на лице он поднял глаза и встретился взглядом с Сун Яо.
Сун Яо тоже смотрел на него с горечью на лице.
И отец, и сын: ты смотришь на меня – я смотрю на тебя.
Отец Сунь: Хорошо быть ребёнком, просто жди, когда тебя накормят.
Сун Яо: Хорошо быть взрослым, можно открыто и спокойно ковыряться в гнёздах насекомых.
Какое-то время они оба демонстрировали тоску, полную зависти друг к другу.
Дедушка Сун же неторопливо ел кашу, размышляя о том, что в этом году семья накопила всего 95 юаней. Хотя на отложенные деньги и можно было продержаться целый год, его сын был ненадёжен, а младший ребёнок ещё мал. Лучше было бы сэкономить побольше денег.
П/п: На февраль 2025 года 95 ¥ = 13,3 $ = 1.143,8 ₽.
Если это действительно окажется мёд, то пусть сын съездит в окружной центр и попробует его продать. Разве в последнее время в стране не призывают к тому, чтобы каждый набрался смелости и занялся бизнесом? После продажи появятся деньги на покупку сухого молока. С сухим молоком ребёнок сможет поправить своё здоровье. Если здоровье хорошее, то и с мозгами всё будет в порядке. А с хорошими мозгами можно поступить и в университет. Да, кстати, насчёт поступления в университет: в деревне появилась новая учительница, и Яо-эр должен у неё учиться. Говоря об этом, не знаю, ела ли уже Учитель Хэ. Может послать ей немного яиц, чтобы установить более близкие отношения?…
*
Неподалеку от школы Хэ Цзюньвэнь, не знавшая, сколько родителей о ней говорили, только что подготовила план урока и, убрав его, посмотрела на свет, горящий в соседних домах.
Перед уходом секретарь сельского отделения партии специально ей сказал, что вокруг школы жило несколько семей, и если она закричит, её услышат и придут на помощь. Нужно сказать, это дало Хэ Цзюньвэнь сильное чувство безопасности.
Посмотрев на неоконченное письмо на столе, она взяла его и продолжила писать.
“Хотя дети в этой деревне немного непослушны, на взрослых по-прежнему можно положиться…”
Думая так, она что-то уловила краем глаза. Подсознательно подняв голову, Хэ Цзюньвэнь увидела, что Сун Яо, которого недавно увели, снова шёл мимо окна, но на этот раз без шеста в руках. Заметив её взгляд, на лице другого сразу же появилась милая улыбка, и он вежливо поприветствовал её.
«Здравствуй, Учитель».
Хэ Цзюньвэнь ещё не отреагировала, как к сыну сзади подошёл отец Сун с поднятым шестом и, увидев её, тоже с энтузиазмом поздоровался: «Здравствуй, учитель Сяо Хэ, а».
Отец с сыном непринуждённо побрели дальше.
Хэ Цзюньвэнь: «…»
Ей всё время казалось, что шест в руке отца Сун выглядел знакомо, уж больно он походил на тот, который был у Сун Яо перед тем, как тот пошёл тыкать осиное гнездо.
Она что-то неправильно увидела?
После нескольких секунд тишины Хэ Цзюньвэнь открыла дверь и высунула голову наружу.
«А-а-а-а-а-а-а-а-а! ! ! !»
Она вздрогнула от леденящего вопля и внимательно присмотрелась. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как отец Сун отбросил шест и выбежал на открытое пространство. Позади него на земле лежало гнездо насекомых, а в воздухе за ним гналась небольшая масса из чёрных точек.
Хэ Цзюньвэнь: «…»
Это что… пчёлы?？
Она наблюдала, как отец Сун бежал так быстро, как только мог, крича на бегу: «А-а-а, Яо-эр, зайди пока в дом, а! И присмотри за гнездом, которое я проткнул, папа скоро вернётся, а-а-а-а-а-а! !»
И бесследно исчез.
Хэ Цзюньвэнь: «…»
Она молча вернулась за стол, пересмотрела и дополнила письмо, добавив слово «частично» во фразу «на взрослых по-прежнему можно положиться».
Пожалуйста, не забывайте ставить лайки и «Спасибо». Переводчику очень приятно. <(＿ ＿)>
Обновлено: 14.01.2026