Глава 32 — Глава 32

Глава 32 «Какой ещё босс». «И всё же, вы — глава нашей гильдии „Хинари“». Одна из трёх великих гильдий Южной Кореи, «Хинари». В отличие от «Мосанпа» Со Чангёна, которая ценит честь и достижения, или «Муриммэн» И Чжунвона, делающей упор на патриотизм и служение, «Хинари» была квинтэссенцией современного индивидуализма. У них не было особой цели, они даже не собирались регулярно. Обязательств, которые можно было бы так назвать, почти не существовало. Единственным правилом была обязательная помощь друг другу, только если жизнь одного из них оказывалась под угрозой. Кроме этого, у этого сборища не было никаких целей. Из-за этого возникали сомнения, можно ли вообще называть это гильдией, но, так или иначе, это была элитная гильдия, состоящая только из сильных, и её престиж был высок. При этом глава такой свободолюбивой гильдии, Чин Бёльрим, довольно серьёзно относилась к зачистке врат, так что и репутация у них была неплохой. В общем, этот мужчина, охотник S-ранга по имени У Джуюн, был ветераном той же гильдии «Хинари», что и Чин Бёльрим. «Зачем меч вытащил?» «Я всё-таки охотник, так что если нагрянет что-то вроде монстра, я должен хотя бы сделать вид, что защищаюсь». У Джуюн тут же вложил меч обратно в ножны. «Почему бы не попробовать? Монстр мог бы и ответить». «Мне не нравится, когда больно». Мужчина лукаво улыбнулся и отошёл в сторону. Нет, он не просто отошёл, а вообще спустился по лестнице. Даже не попрощавшись. Чин Бёльрим раздражённо взъерошила волосы. «Ха, чёрт. Весь запал пропал». Чин Бёльрим, которая собиралась в пылу гнева встретиться с главой Ассоциации Сон Минчолем и вцепиться ему в глотку, вздохнула. «Он специально показался на глаза?» Чтобы я прекратила буянить? Зная его изворотливый характер, он был вполне на такое способен. БАМ! Не желая успокаиваться, Чин Бёльрим тут же выбила ногой дверь в кабинет главы и ворвалась внутрь. «Сон Минчоль». Она вошла решительно, но что-то мешало обзору. «Так это был ты». Первым, кого встретила Чин Бёльрим, был не Сон Минчоль. «Со Чангён?» Это был всего лишь Со Чангён, который неторопливо попивал кофе. Хотя за ним стоял и Сон Минчоль с его скользкой физиономией. «Что ты здесь делаешь?» — спросила Чин Бёльрим у Со Чангёна. «Это я должен тебя спросить. Окна все выбила, охотников избила». «Не твоё дело. Ты что, такое в первый раз видишь?» «Зная твой характер, ты бы не стала делать это без причины, но знай меру». Со Чангён встал. И тут же прошёл мимо Чин Бёльрим. «Просто уходишь?» «Я свои дела закончил. Меня ждут». Со Чангён тоже стремительно удалился. Значит, остался… «Охотник Чин Бёльрим, рад нашей давней встрече. Почему вы так разгневаны?» …только Сон Минчоль, который расслабленно сидел за столом, заваленным документами. «Сон Минчоль». «Не Сон Минчоль, а „хренов ублюдок“». Так он слышал, что я кричала. И, чёрт возьми, затаил обиду. Мужчина под сорок вёл себя по-детски. «Хотя я и кричала, чтобы он услышал». Смеешь со мной в гляделки играть? Чин Бёльрим с силой захлопнула дверь и дерзко встала перед ним. Долгих разговоров не потребуется. «Где наследство моей сестры?» «Если вы о сестре, то говорите о госпоже Ёнмён». Сон Минчоль скривил губы в усмешке. «Оно всё у меня». А? Так просто признался? Такого в моих расчётах не было. «Так я же не успею его избить». Пока Чин Бёльрим на мгновение замолчала, Сон Минчоль продолжил: «Оно было передано на имя Ассоциации, и все налоги были уплачены. То есть, это абсолютно законные деньги Ассоциации». «Это кто так решил? Было обещание, данное предыдущему главе». «А почему я должен следовать этому обещанию?» «Что?» «Конечно, устный договор — тоже договор, и, учитывая положение госпожи Ёнмён и ваше, нет гарантии, что мы выиграем в суде, но…» Даже если и выиграем, нас, скорее всего, общество просто похоронит. «…до тех пор, пока не будет подан иск, у нас нет оснований для выплаты. Давайте выяснять отношения в суде. Правда, в таком случае, ребёнку госпожи Ёнмён придётся выступить лично». «…» Чин Бёльрим сжала кулаки. Она ожидала, что Сон Минчоль не отдаст деньги просто так. Но чтобы прибегнуть к такому шантажу… Это спор о наследстве бывшего охотника SS-ранга. Все СМИ и вся страна будут следить за этим, обсуждать и перемывать косточки. Если так случится, личные данные Ки Ёнхвы разлетятся по всему миру. Усилия Ёнмён, пытавшейся защитить свою семью, пойдут прахом. «Но, если вы откажетесь от претензий, мы сможем вечно защищать этого ребёнка. Как вам? Неплохое предложение, не так ли?» «Верные слова». «Не так ли?» «Верные слова, за которые можно и отхватить по полной». Одновременно со словами Чин Бёльрим перевернула стол и, схватив Сон Минчоля за плечи, впечатала его в стену. — Кха! — из уст Сон Минчоля вырвался крик. Его хрупкие плечи обычного человека не выдержали силы Чин Бёльрим. «Ты меня за дуру держишь?» «…Я вызову полицию. Тогда и вам не поздоровится», — сказал Сон Минчоль, стараясь выглядеть спокойным, хотя и встретился с её яростным взглядом. «Полицию?» Но её таким блефом было не взять. «Вызывай». Чин Бёльрим достала телефон и поднесла его к лицу Сон Минчоля. «…» «Давай посмотрим, что быстрее: закон или твоя отлетевшая голова. Не будешь?» «Как бы то ни было, вы же не убьёте человека из-за такого…» «Думаешь, не смогу?» «…» «Тогда проверь на себе». Чин Бёльрим занесла кулак и уже была готова нанести удар. «Нельзя». Её кулак остановился в сантиметре от носа Сон Минчоля. Мельком взглянув на руку, схватившую её за плечо, Чин Бёльрим повернула голову и посмотрела назад. «Так делать нельзя». Это был Чхве Гююль. «Если собираешься нести нудную чушь, уходи. Я должна довести это до конца». Хоть Чин Бёльрим и говорила свирепо, Чхве Гююль, который, видимо, долго бежал и тяжело дышал, не отпускал её руку. Вместо этого он бросил на пол портфель, который держал в другой руке. «Прочтите». «Что это?» «Посмотрите и узнаете». Посмотрев на него мгновение, Чин Бёльрим отпустила Сон Минчоля. Пока тот бессильно сползал по стене, Чин Бёльрим начала перелистывать документы. Чем дальше она читала, тем хуже всё становилось. Многочисленные свидетельства незаконных приказов в ходе расследований, в которых участвовала Ассоциация охотников. А также… несколько подозрений и доказательств, касающихся грязной личной жизни Сон Минчоля. «Когда… нет. Как ты всё это собрал?» — спросила Чин Бёльрим, уже успокоившись, и показала документы Сон Минчолю. «Я всегда активно сотрудничал в расследованиях под руководством Ассоциации». Даже если дело не касалось его напрямую, он знал, где и как можно достать нужные материалы. К тому же, у него был один очень хороший информатор, хоть это и секрет. «И что вы этим хотите сказать?» — продолжил Сон Минчоль, мучительно прокашлявшись несколько раз. «Даже если вы это опубликуете, результат будет тот же. Инициатива в вопросе ребёнка госпожи Ёнмён — у меня». Он говорил так, будто шантажируй они его или нет, преимущество всё равно на его стороне. «А меня это должно волновать?» Но на Чхве Гююля это не действовало. «Что?..» Сон Минчоль впервые выглядел ошарашенным. «Я лишь хочу, чтобы вы сдержали обещание». «…» «Мне нужно лишь, чтобы наследство вернулось к законному владельцу». Казалось бы, Чин Бёльрим могла бы вмешаться, но она просто молча слушала. Потому что. «Это ложь». Сердцебиение говорило правду. «Так что, что станет с этим ребёнком, меня не касается. Государство потом о нём позаботится». И это ложь. «Я, в отличие от некоторых, не путаю личное с общественным». И это тоже ложь. «Что это такое?» Страшно. Чин Бёльрим впервые почувствовала такое по отношению к Чхве Гююлю. Как он врёт, даже в лице не меняясь. Ему бы в актёры. «…Тогда, полагаю, у вас не будет претензий, если я подниму вопрос об этом акте насилия. Ведь это не связано с личными чувствами». Сон Минчоль попытался немного сопротивляться, но… «Поднимайте. Если мы начнём разбираться в обстоятельствах дела, меня в итоге вызовут в качестве свидетеля, и мне придётся рассказать всё, что здесь произошло». «…» «Меня это не волнует, так что если хотите — пожалуйста». Чхве Гююль не уступал ни в одном слове. Обычно в такой блеф Чхве Гююля можно было бы не поверить, но его репутация настолько принципиального человека, почти зануды, что даже Сон Минчоль не решался действовать опрометчиво. Потому что казалось, что этот человек может говорить серьёзно. Так прошло немного времени… [Сестра Бёльрим: Ёнхва… дела пошли не очень хорошо] Ёнхва получила шокирующее сообщение. [Сестра Бёльрим: Похоже, сестра Ёнмён очень много жертвовала] [Сестра Бёльрим: ок] Ок? Ёнхва протёрла глаза и снова посмотрела на экран. [Сестра Бёльрим: Осталось всего лишь несколько сотен ок ㅠㅠ] (п/п: «ок» — 100 млн вон) А-а-ах. Простая обывательница Ки Ёнхва в ужасе едва не выронила телефон.