Глава 20 — Глава 20. Незваные гости

Глава 20. Незваные гости Спустя некоторое время. Офис клана Нисикияма. — Вы что, совсем дегенераты?! — взревел Нисикияма Хэйта, швырнув тяжелое пресс-папье прямо в лицо Бандо. — Нахрена вы притащили сюда постороннюю девку?! Бандо, увернувшись от снаряда, попытался оправдаться: — Босс, это девушка Кирю Кадзумы! Эффект будет тот же самый, он никуда не денется... В этот момент Микако, которая уже пришла в себя, замычала сквозь кляп. Несмотря на страх, девчонка оказалась не робкого десятка: — Ммм-мм-ммм! (Я не его девушка!) — Заткнись, сука! — рявкнул на нее один из рядовых бойцов, щелкнув языком с характерным бандитским акцентом. Нисикияма с силой грохнул кулаком по столу, испепеляя шестерку взглядом. — Когда босс говорит, не сметь перебивать! — тут же сориентировался Бандо, отвесив подчиненному затрещину. — Но она первая начала мычать... — обиженно пробормотал боец, потирая затылок. — Хватит! — оборвал их Нисикияма. — Мало того, что вы облажались и схватили не ту, так вы еще и наследили как последние дилетанты! Одного из наших повязали копы, а вы умудрились посеять рацию! Вы хоть представляете, каких трудов стоило выбить из американцев эту списанную армейскую дрянь?! Ота, съежившийся в углу, не смел даже пикнуть. Это он в панике швырнул рацию в лицо Микако, а когда нагрянула полиция, в суматохе забыл ее подобрать. Тяжело вздохнув, Нисикияма перевел взгляд на пленницу: — Что она там пыталась сказать? Вытащите кляп, пусть говорит. Стоявший рядом боец растерялся: — А если она орать начнет? — Так вмажь ей, чтобы не орала, дебил! — взбесился Бандо. — Понял! — радостно кивнул боец и тут же отвесил Микако звонкую пощечину. — Я тебе приказывал бить ее прямо сейчас, кретин?! — Бандо отвесил шестерке две оплеухи подряд, разбив ему губу в кровь. После этого он лично вытащил грязную тряпку изо рта Микако. Освободившись от кляпа, девочка тут же выпалила: — Я не девушка Кирю Кадзумы! Вы схватили совершенно постороннего человека! — Врать вздумала?! — зарычал Бандо. — Если ты не его девка, какого черта ты перлась к нему домой?! — Меня классный руководитель попросил проведать его! Он сегодня в школу не пришел! Несмотря на завязанные глаза и распухшую от удара щеку, Микако держалась на удивление стойко. Возможно, тот факт, что она не видела лиц обступивших ее головорезов, помогал ей сохранять самообладание. А может, она просто блефовала. — Ты утверждаешь, что вы не пара. Но наши люди несколько раз видели, как вы вдвоем уходили из школы и мило ворковали в кондитерской! — И что с того?! — возмутилась Микако. — Разве друзья не могут вместе зайти за сладостями? С чего вы вообще взяли, что между нами что-то есть?! Этот аргумент поставил в тупик даже самого Нисикияму. Действительно, совместные походы в магазин сладостей — слабоватое доказательство бурного романа. — Допустим, — скривился босс. — В таком случае, тебе остается лишь молиться всем богам, чтобы этот сопляк согласился отдать додзё ради жизни «просто подруги». — Вы не посмеете... — начала было Микако. — Заткните ей пасть и увезите на «базу», — ледяным тоном приказал Нисикияма. Под кодовым словом «база» подразумевалась грязная, заброшенная квартира, подготовленная специально для инсценировки преступления. Если Кадзума заупрямится, убивать девчонку никто не станет — мокруха привлечет слишком много внимания полиции, и тогда клану Нисикияма придет конец. Но чтобы сломать Кадзуму, убивать было необязательно. План Б был предельно прост и циничен: они обставят все так, будто компашка уличных отморозков похитила симпатичную школьницу и устроила групповое изнасилование. После того как дело будет сделано, эти «отморозки» добровольно сдадутся полиции, терзаемые муками совести. Японская полиция просто обожала дела с явкой с повинной — минимум хлопот, максимум раскрываемости. Поскольку исполнителям будет от силы лет по пятнадцать, за изнасилование они отсидят пару лет в колонии для несовершеннолетних и выйдут на свободу с чистой совестью. К тому же, малолетние хулиганы, мечтающие о карьере в якудза, умеют держать язык за зубами, а ленивые копы не станут копать слишком глубоко. Для клана Нисикияма издержки от такой комбинации стремились к нулю. А вот жизнь Фудзии Микако будет сломана навсегда. В идеале, для полноты картины следовало бы сделать несколько пикантных снимков на «Полароид», но клан Нисикияма был мелкой сошкой и экономил каждую иену. Денег на дорогой фотоаппарат у них пока не водилось. Впрочем, Кирю Кадзума об этих финансовых трудностях знать не мог. Получив приказ, Бандо грубо засунул кляп обратно в рот сопротивляющейся Микако и кивнул Оте. Тот схватил девчонку под руку и потащил к выходу. Нисикияма повернулся к Бандо: — Тот придурок, которого повязали копы... Он нас не сдаст? — Можете не сомневаться, босс. Он прекрасно понимает, что бывает с теми, кто не умеет держать язык за зубами, — уверенно ответил вакагасира. — Отлично, — кивнул Нисикияма. — Как только Кирю Кадзума вернется домой, мы нанесем ему визит вежливости. И если окажется, что ему плевать на честь этой девчонки, кое-кому сегодня придется расстаться с парочкой пальцев. В этот момент в кабинет ворвался запыхавшийся дозорный: — Босс! Кирю Кадзума и его сестра только что вернулись в додзё! Нисикияма Хэйта залпом допил остывший чай, с грохотом опустил чашку на стол и скомандовал: — Выдвигаемся. Возвращаясь домой, Кадзума заметил на улице патрульных полицейских в форме, опрашивающих прохожих. Тиёко тоже обратила на них внимание: — Ого, полиция. Думаешь, это из-за того, что мы разговаривали с теми детективами? — Понятия не имею, — пожал плечами Кадзума, оттаскивая сестру, порывавшуюся подойти поближе. — Идем домой, не нарывайся. — А может, стоит подойти и рассказать им, что нам угрожают? — А мы в участке разве не рассказывали? И какой был толк? — осадил ее брат. Тиёко замолчала. Она уже поняла, что пока дело не дойдет до трупов, полиция палец о палец не ударит. Якудза прекрасно знали, как играть с законом, и надеяться на помощь государства было бессмысленно. Погруженный в невеселые мысли о том, как бы все-таки выбить из корпорации адекватную цену за землю, Кадзума дошел до дома. Едва скинув обувь, Тиёко подхватила пакеты с продуктами, купленными по дороге, и умчалась на кухню. Кадзума поплелся следом. Схватив чайник с остывшей кипяченой водой, он жадно припал к носику. Эта привычка пить прямо из горла досталась ему от родного отца из прошлой жизни. — Братик! Ну фу же! Как мне после тебя пить?! — возмутилась Тиёко, сморщив нос. — Так и пей, прямо из носика, — невозмутимо ответил он. — Ну или в чашку налей, делов-то. — Это же косвенный поцелуй! — взвизгнула девочка, выхватила у него чайник и принялась остервенело тереть носик бумажными салфетками. — Ой, какие мы нежные. А ничего, что еще пару лет назад мы с тобой вместе в одной ванной мылись? — поддразнил ее Кадзума. — Это было в детстве! — Тиёко закатила глаза, налила себе воды в стакан и залпом выпила. Поставив пустой стакан, она вдруг виновато опустила голову: — Прости меня, братик. Если бы я не упрямилась, мы бы продали додзё за нормальные деньги... — Глупости не говори, — нахмурился Кадзума. — Виноваты только эти корпоративные крысы. Выбрось это из головы, я сам разберусь и с якудза, и с этим ублюдком Ито. А ты просто будь собой и помогай мне по дому, как раньше. Он ласково погладил ее по голове. — Угу. Ладно, я пошла готовить ужин, — кивнула Тиёко. — Давай, не буду мешать. Кадзума отошел в сторону, прислонившись к косяку, и с легкой улыбкой наблюдал за хлопочущей у плиты сестрой. Внезапно раздался звонок в дверь. — Наверное, те патрульные, которых мы видели на улице, — предположил Кадзума. — Я открою. Он прошел по длинному коридору в прихожую. — Кто там? — спросил он, отпирая замок и приоткрывая дверь. Увидев, кто стоит на пороге, Кадзума мгновенно нахмурился и попытался захлопнуть дверь обратно. Но в образовавшуюся щель тут же всунулся до блеска начищенный ботинок кричащей расцветки, намертво заблокировав створку. Кадзума уже занес ногу, чтобы от души топнуть по этому ботинку, как вдруг незваный гость заговорил: — Господин Кирю, вам случайно не знакомо имя Фудзии Микако? Взгляните-ка, это не ее ученический билет? В щель просунулась рука, и раскрытое удостоверение упало на пол прихожей. Кадзума мельком взглянул на фотографию — ошибки быть не могло, это была Микако. — Ах вы ж мрази... — процедил он сквозь стиснутые зубы. — Что вы с ней сделали? Человек за дверью издевательски хмыкнул: — Господин Кирю, общаться с гостями через приоткрытую дверь... Разве этому вас учили японские традиции гостеприимства? Скрипнув зубами, Кадзума разжал пальцы на дверной ручке. Бритоголовый амбал, чья нога блокировала дверь, тут же распахнул ее настежь. На пороге стоял давешний хлыщ в цветастом пиджаке и красной рубашке, явно исполнявший роль главаря. — Ну так что, господин Кирю, — босс якудза криво усмехнулся. — Пригласите нас на чашечку чая?