Глава 4 — Глава 4

- Он всё ещё там? - встревоженно спросила Алиса. Горничная бросила на Алису презрительный взгляд. - Смотрю, теперь Вам стало интересно. Герцог скоро вернётся. Да, что с ним может случиться? - ответил горничная. Горничная раздражённо пробормотала что-то, свернула покрывало и исчезла в открытой двери. Алиса неловко рассмеялась. Она не могла в это поверить. Она впервые увидит лицо своего мужа. Алисе никогда не разрешалось выходить в свет, потому что она была незаконнорождённым ребёнком. С самого рождения и до настоящего времени была под пристальным присмотром королевы, которая утверждала, что только после тщательного и углубленного обучения этикету, она сможет скрыть кровь цыганки. Взглядом, Алиса изучала эмоции на лицах служанок. Как и ожидалось. Здесь нет никого, кто мог бы встать на её сторону. Саша сердито посмотрела на служанок и приобняла Алису за плечи. - Миледи, я не знала. Даже я не знала, куда уехал герцог, так что откуда вы могли об этом узнать? - утешила Саша. Алиса прикусила губу. Правильно ли будет встретиться сейчас? Разве это то место где ей стоит появляться с кровью Эйвери, бегущей по её венам? Достойна ли она отдать дань уважения Кендрику, который умер в столь юном возрасте? Алиса неуклюже поднялась с помощью Саши. Холодные взгляды провожали их по пути в ванную. Алиса и Саша явно были здесь чужими. Алисе даже не дали спокойно поесть. В столовой, словно сгустились тёмные тучи, не было слышно ничего, кроме звона посуды. Алиса не обращая внимания, продолжала есть. Под взглядами, полными злобы и враждебности, она едва могла глотать пищу Офелия — единственная девушка в семье Кембридж. Она пристально смотрела на Алису, казалось, её взгляд мог прожечь в Алисе дыру. - Ты всё ещё можешь есть? Брат Седрика теперь… - начала говорить Офелия. - Офелия! - прервала её мать. - Почему, мама? Я сказала что-то, чего не должна был говорить? Почему мы… - дополнила Офелия. - Офелия, прекрати. - грозным тоном сказала мать Офелии. Затем госпожа Джулиана строго посмотрела на дочь. Офелия покраснела. Она прижала ладони к лицу, и казалось, вот-вот расплачется. Госпожа Джулиана с улыбкой посмотрела на Алису. Однако, в отличие от нежной, доброй улыбки на губах, глаза женщины не улыбались. Алиса заметила, что её улыбка на самом деле была фальшивой. - Я ведь могу называть тебя просто по имени, верно? Мы теперь семья. - нежно сказала госпожа Джулиана. - Да, мама. - неловко ответила Алиса. - Ха, она сказала мама, - пробормотала Офелия и стукнула ложкой по столу. Она громко отодвинула посуду, встала и вышла из-за обеденного стола. Как будто она больше не хотела находиться в одном помещении с Алисой. Госопжа Джулиана не смогла остановить Офелию и неловко улыбнулась ей вслед. - Всё будет хорошо. Офелии очень нравился Кендрик. Она даже говорила, что собирается выйти замуж за своего брата… - сказала госпожа Джулиана. - Я… - начала говорить Алиса. - Я знаю, Алиса, ты ни в чём не виновата. - её прервали мать Офелии. Вопреки сказанному, госпожа Джулиана улыбалась, как безжизненная тряпичная кукла, без малейшей теплоты. - Спасибо, мама. Я в порядке. Правда. - с грустью в голосе ответила Алиса. Единственное, что Алиса могла сейчас сказать, что это не её вина, но это, безусловно, была вина королевской семьи Эйвери, в которой она жила. Королевская семья Эйвери не пострадала бы от подобной ошибки, но семья Кембридж была огорчена до самой глубины. Кендрик завершил тридцатилетнюю войну победой и поднял репутацию семьи Кембридж высоко в небеса. Король, завидовавший Кендрику, был весьма доволен, когда тот погиб. Алиса не могла игнорировать их гнев, потому что видела, как король смеётся прямо у неё на глазах. «Наверное я заслуживаю смерти, на мне непростительных грех...» - думала Алиса Этот брак, который она считала новым началом, мог оказаться скорее адом, тернистой дорогой, которая может завести в самую чащу леса... Ад, подобный тюрьме, где ей придётся жить как грешник всю жизнь. --- Седрик вернулся утром, ближе к полудню, замёрзший до костей. Он был физически крепким мужчиной, с отличным иммунитетом, но на всякий случай Леонс порекомендовал ему горячую ванну. Леонс был дворецким, который работал в семье Кембридж ещё до рождения Седрика, поэтому он хорошо того знал. Леонс помог переодеться молодому господину, а после принялся массажировать его шею. Казалось, что вся скопившаяся в нём усталость, начала уходить.