Глава 43 — За гранью

Глава 43. За гранью — К-как тебе? М-моё выступление. Заикаясь, Арина поправила волосы и постаралась продемонстрировать свою элегантность. Я видел, что она вся покрылась холодным потом, пытаясь изобразить свою вторую личность. Она неловко положила руки на бедра и, приняв высокомерный вид, посмотрела на меня, а затем быстро отвела взгляд. — У тебя был прекрасный выход. Я сделал ей комплимент, пытаясь сдержать приступ смеха. Пропасть была огромной. Некогда колючая Арина покраснела и выглядела смущенной. Она была совершенно другим человеком. Затем Аки-семпай посмотрела на меня: — Суи, скажи что-нибудь более глубокое. — Когда люди впечатлены, они достигают высшего чувства. Это простота. Ты словно сердце, ничем не украшенное, но сделанное из чистого золота. Другие могут упрекнуть тебя в излишней простоте, но я впечатлён. — Хорошо, ноль баллов. – Понятно… Арина, стоявшая рядом, наблюдала за нашим с Аки-семпаем разговором. Семпай была близкой ей старшеклассницей, а вот я – незнакомцем. Она пыталась понять, какие между нами отношения. В конце концов, я не смог больше этого терпеть. — Арина, давай вернёмся к работе. — А, хорошо. — Прости, Аки-семпай. Но у нас работа в студсовете. — М? Поняла. Увидимся! Получилось немного грубовато, но я не больше не мог сдерживать накопившиеся у себя вопросы. Аки-семпай покинула нас, как будто о чём-то догадалась. Я снова надел повязку. Арина выглядела суетливой и беспокойной. Но я не мог ее винить. Она меня не знает. «Этот парень близок с моей второй личностью», – это всё, что она знала обо мне. — Сакаки, к тебе ведь можно обращаться по имени? – пробормотала Арина. — Да. — Я рада, я так и думала. — В смысле? — Вот. Арина достала небольшой блокнот. На обложке было написано «Хива Арина». На вид это была школьная тетрадь. — Другая я записывает всё самое необходимое для меня. Я не хочу показывать слишком многого, но ты можешь посмотреть страницу про себя. — Это как-то неловко. Когда я попытался взять блокнот себе в руки, она отдёрнула свои ладони. — Нельзя, – сказала она с надутыми щеками. Очевидно, мне не разрешалось прикасаться к блокноту. Арина открыла блокнот и поднесла его к моему лицу. Страница была посвящена мне. Там была подробная информация обо мне, включая имя, характер и личные отношения. Судя по всему, в глазах Арины я «неплохой парень, но сумасшедший». Она не обзывала меня. Я был счастлив этому. «Ему можно доверять». Так было написано в уголке страницы. Непередаваемые эмоции захлестнули меня. Честно говоря, мои слезные железы готовы были вот-вот разжаться. Я даже не думал, что она так обо мне думает. Если присмотреться, то можно заметить и следующее: «Идиот, который всё никак не оставит меня в покое», «Ему признались, из-за чего теперь в замешательстве», «Единственный, с кем интересно говорить», «Тот, кто не насмехается и не издевается над людьми», «Тот, кто никогда не бросит и не отвергнет тебя». Последняя строчка привлекла больше всего внимания. Но даже не дав мне времени на размышления, Арина закрыла блокнот. — Время вышло. — Довольно интересно. Не знал, что она так думает обо мне. — Я тоже удивлена. Я не ожидала, что Суи – это тот парень из медкабинета. Мне показалось, что мы встречаемся, но, к счастью, это не так. Она с достоинством потерла нос. Затем я спросил её о том, о чем всегда мечтал: — Как ты относишься к своей второй личности? На ходу я небрежно бросил этот вопрос. Мне не хотелось, чтобы она подумала, что я говорю всерьез. Я спросил это как бы вскользь, чтобы не переходить границы дозволенного. — Настоящая я. — А? — Она – настоящая я. Колючая Роза – моя настоящая личность. Я не понял, о чём это она. Она имела ввиду, что она – бессознательное «я»? Хотела сказать, что она будто одиноко блуждает глубоко в океане, куда не проникает солнечный свет? — Прости, я не совсем… — Я – фальшивка. Хива Арина – не моё имя. — А… то есть, ты не основная личность? — В точку! И ты тоже знаешь понятие «основная личность». Значит ли это, что слова Акакусы-сенсея были немного неправдой? Я всегда считал, что та Арина, которая сейчас передо мной – настоящая. — У меня нет никаких воспоминаний до шестого класса. Ничего. Настоящая Арина рассказала мне о своём прошлом. Она записала всё в тетрадь. — Подожди-ка. У той Арины, которую я знаю, похоже, тоже нет никаких воспоминаний. Она не помнит ничего до третьего класса. — Я знаю. Но ничего не скажу. — Почему? — Потому что я не думаю, что Арина хотела бы этого. Тайна вновь стала ещё глубже. Все мы таим в себе что-то чёрное и горькое. Даже у тех, кто считает себя хорошим человеком, всегда есть больное место. И порой оно затуманивает разум окружающих, когда сокровенные тайны и факты передаются из уст в уста. Поэтому вторжение в чужие секреты сопровождается ответственностью. Вы получаете возможность влиять на чью-то судьбу и даже управлять ею. Нельзя вторгаться туда с каким-то халтурным подходом, невзирая на достоинства или недостатки, независимо от того, можете ли вы контролировать своё отношение к этому. Тем не менее, те, кто протягивает руку помощи, настроены серьёзно. Являюсь ли я тоже таким серьёзным человеком? — Суи, сможешь ли ты заменить меня?