Глава 103 — Битва начинается

Глава 103. Битва начинается (От лица Хивы Арины) Я думала, что моя ненависть сохранится до самой старости и смерти. Пока смерть не настигнет меня на смертном одре, пока не исчезнет мое сознание, я буду ненавидеть человека по имени Сетояма Акира. Так я думала. Возвращение памяти должно было укрепить эту ненависть, но... Почему я решила посетить его могилу? Когда я добралась до кладбища, расположенного рядом с домом его родителей, наступил уже поздний вечер. Людей здесь оказалось больше, чем я ожидала: может, это потому, что сегодня праздник? Вокруг было много пожилых людей, поэтому я чувствовала себя не в своей тарелке, ведь пришла сюда одна. Мама никогда не говорила со мной о его могиле, и я сомневаюсь, что у нее есть хоть малейшее намерение посетить ее. Но, возможно, она заботилась о моем душевном состоянии, поэтому я решила не говорить ей о своем решении и приехала сюда одна. Я быстро нашла фамильную могилу семьи Сетояма, но, поскольку была здесь впервые, не могла не задаться вопросом: «Он действительно здесь похоронен?». Он умер, я видела его тело своими глазами, но каждый день меня преследовало чувство, что он может снова появиться на пороге нашего дома. Я знала, что такое просто невозможно, но сколько бы я ни пыталась убедить себя в этом, тревога всегда брала верх над здравым смыслом. Поэтому я и пришла сюда. Наверное, если бы я встала здесь и начала кричать на него за то, что он сбежал от своей ответственности, умерев, мне стало бы легче, но, как ни странно, после того как я увидела его могилу, у меня не возникло ни малейшего желания делать это. Наверное, в глубине души я уже простила его. Хотя, по правде говоря, я и не намеревалась этого делать. — Как будто я смогу тебя простить..., – пробормотала я, стоя перед его могилой. — Даже если ты и правда сожалеешь о своих поступках, раны, нанесенные тобой, все равно не исцелятся... Столь бессмысленные слова вырвались из моих уст. Сколько бы я ни старалась, он никогда не ответит на мои слова. Он не превратится в призрака и не останется рядом со мной, чтобы искупить свои грехи. Тогда зачем я вообще сюда приехала? Я все размышляла над этим вопросом, пока наконец не нашла ответ. Суи. Смерть отца стала причиной того, что я забыла его. Может быть, если я навещу могилу отца и попытаюсь вспомнить его смерть, воспоминания о Суи вернутся. Что касается Суи, то я примерно представляла, какой он человек. Но как я ни старалась, ничего не могла вспомнить о нем. Даже чувства дежавю не возникало, когда я думала о нем. Не было никакого чувства ностальгии, когда я разговаривала с ним. Вообще ничего. Иногда мне даже казалось, что это нормально – не помнить его. В конце концов, потеря памяти об одном человеке никак не повлияет на мою обыденную жизнь. Меня устраивала та жизнь, которой я жила сейчас. С точки зрения логики, такое решение должно быть правильным – и он, и я это знаем. Но когда мы разговаривали, он порой делал несчастное выражение лица. Конечно, он тут же скрывал его своим обычным шутливым лицом, но я знала, что это всего лишь маска. Мои слова причиняли ему боль, а я даже не подозревала об этом. Именно поэтому я не могла просто взять и забыть обо всем. И еще кое-что. В своих записях я написала, что подарила ему свой шоколад на День Святого Валентина. Я не помнила, когда именно это было, но я точно знала, что дарила. Но он так ничего и не подарил мне на Белый день. Я знала, что под этой маской чудака скрывается искренний человек, он никак не мог пропустить такое. Может быть, он считал, что в этом больше нет смысла, или просто не хотел утруждать себя, потому что в этом не было необходимости. А может, и то, и другое. *** «Да, Сакаки слушает». После посещения кладбища я позвонила ему, чтобы избавиться от остатков чувств, возникших после визита, но, когда я услышала его голос, все, что я хотела ему сказать, вылетело из головы. Его спокойный голос заставил меня заколебаться и в то же время смутиться. Желание поговорить о посещении кладбища моментально исчезло. Кроме того, я знала, что у него есть более важные дела. Зная его, он отложит все остальное и поставит меня на первое место, но я этого не хотела. «Привет? Сакаки слушает. Ты меня слышишь, Хива Арина?». Кроме того, если мы сейчас заговорим о моем визите, то обязательно всплывет тема того, что я не могу ничего о нем вспомнить, а я не думаю, что разговор об этом пойдет нам на пользу. — Прости, я тебя слышу. «Так что случилось?». — Я забыла, что хотела сказать… «А?». — В общем, давай сделаем все возможное на спортивном фестивале. «Да, конечно. Давай победим, ладно?». — Да! Ну тогда до завтра. *** (От лица Сакаки Суи) Что только что произошло? О чем она забыла поговорить? Ничего страшного, если бы это было чем-то пустяковым, но, судя по всему, она хотела поговорить о чем-то важном. — Что за разговоры о победе? – спросила Угин по окончании телефонного разговора. — В нашей школе пройдет межклубная эстафета. — А ты разве состоишь в клубе, братик? — А-а-а, как же мне надоело слышать одно и то же... Ну, да ладно. Наша команда – лучшая, мы сможем уничтожить мир пять раз, стоит нам только захотеть. — Вау. Невероятно. Какой неискренний ответ. Ее глаза были прикованы к телефону, а не к собеседнику. *** На следующий день Арина выглядела совершенно нормально. Как обычно, она болтала с Цуру и Кайей, не упомянув вчерашний разговор. Немного поговорила со мной о завтрашнем спортивном фестивале, и на этом все. Итак, я провел свой день как обычно. Поучился, пообедал, поговорил с Макото, еще поучился и вышел из школы. Хороший мирный день, идеальное затишье перед бурей. Может, мне все-таки спросить ее? Некоторые вещи трудно обсуждать, так что, возможно, мне стоит подвести ее к этому вопросу, чтобы ей было легче высказаться. *** И вот наступил день спортивного фестиваля. Мы сидели на синей подстилке под безоблачным голубым небом. После церемонии открытия мы начали готовиться и пытаться поднять свой боевой дух перед первой битвой. Ветер обдувал сухую землю, заставляя песок подниматься и прикасаться к моей коже. Время приближалось. Эстафета начнется после обеда, так что утром мы можем немного развлечься. Начнем с того, что спортивный фестиваль — это место, где ученики, обладающие приличными спортивными способностями, могли померяться силами с девушками. Вскоре это место наполнится визгами, ведь их соперничество вот-вот начнется. — Суи... Как ты думаешь, мы сможем победить? – спросил Берсерк Масао, сидя на твердой земле. — Не стоит так волноваться. Да, победа важна, но то, что ты получишь от нее, гораздо важнее. Даже если результат будет неважным, ты всегда что-то приобретешь. — Хорошо... Я постараюсь сохранять позитивный настрой. — У тебя получится. В любом случае, побереги силы, события утром не столь важны. Пока мы беспечно болтали, прозвучало объявление о начале перетягивания каната. «Команды 3 и 5, пожалуйста, соберитесь у входа». Правила перетягивания каната не изменились, но теперь команды состояли из учеников разных классов. Было пять команд, и каждая боролась за звание лучшей. Честно говоря, меня не особо волновало это соревнование, так как главным событием станет эстафета. Тем не менее, я отправился на поиски Интеллектуала Такадзо, так как он был в третьей команде. На поиски ушло какое-то время, но я успел найти его до того, как все остальные подошли ко входу. — Йо, Такадзо, как себя чувствуешь? — Без проблем. Пульс стабилен, самочувствие хорошее. — Отлично. Тогда послушай меня: не поранься, хорошо? У нас нет запасных, так что будь осторожен. — Не волнуйся. Перетягивание каната таково, что чем больше ты напрягаешься, тем больше вероятность того, что ты получишь травму. Другими словами, если я буду просто трогать канат, но не тянуть, то не пострадаю. Кроме того, даже если я использую всю свою силу, я едва ли внесу 0,001% от той силы, которая необходима для победы, так что бесполезно даже пытаться. — Что ты такое? Рыба? — В общем, не волнуйся обо мне, я не стану помехой для нашей команды. Спасибо за напоминание, я признателен. Он поклонился и направился к веревке. Если бы Рион была рядом, она бы язвительно добавила: «Даже если ты будешь стараться выглядеть круто, девчонки все равно не будут от тебя в восторге, Дрыщ Такадзо!». Я помолился за его здоровье, прежде чем вернуться к синей подстилке. С места, где я сел, я мог видеть, как все из третьей и пятой команд выстроились в ряд. Пожилой мужчина, похожий на профессионала по перетягиванию каната, отрегулировал положение веревки, держа во рту свисток. В прошлом году этот старик тоже был здесь, но кто он такой, черт возьми? Затем он дунул в свисток. По сигналу обе команды крепко ухватились за канаты и начали тянуть. Обе команды синхронно опускали бедра и тянули тело назад. Они навалились всем своим весом на канат, чтобы другой команде было сложнее победить. Отсюда был слышен звук шуршащего песка и видно облако пыли, летящее от их ног. Я стал искать Такадзо с помощью принесенного с собой бинокля и сразу же нашел его. Несмотря на то, что его команда отставала, он держал веревку с расслабленным выражением лица. Беспокойство, которое я испытывал, не имело смысла. Другие его товарищи по команде яростно сражались, как ястребы за добычу, а он вел себя как непричастный проходимец. Чувак, такое поведение неуважительно по отношению к твоим товарищам по команде, что ты делаешь? Я попытался донести ему эту мысль, глядя в его глаза через бинокль, но он закрыл их. Чем он занимается? Медитирует? В итоге команда номер три проиграла. — Ты в порядке? Затем я подошел к нему. — Никаких травм. Я в отличной форме. — Конечно, в отличной. Ты ведь только что достиг просветления, не так ли? — О чем ты? — Чувак, ты выглядел так, будто медитировал. Ты слишком бросался в глаза. О чем ты вообще тогда думал? — О завтраке. Я думал, что добавил слишком мало зеленого лука в натто*. — Что? [п/п: Натто — традиционная японская еда, произведённая из сброженных соевых бобов. Особенно популярен на завтрак]