Ни мой отец, ни госпожа Флора не брали меня на чаепития и вечерние балы. Я не знала: они не хотели, чтобы меня видели другие семьи, или же не желали тратить деньги на мою презентабельность... А может просто пренебрегали мной?
Я не видела этого гламурного мира, не сталкивалась с дворянами и их грязными интригами. Наверное, в некотором смысле я была защищена.
Однако на вечернем балу, на который отправлялась моя семья, когда я вернулась из Королевской библиотеки, между отцом и графом Нуаром завязался небольшой разговор.
— Прошло уже много времени с нашей последней встречи, граф Фаузенд. На днях я встретил леди Айшмарию. Кажется, её сегодня здесь нет, у неё всё хорошо? — мой отец встревожился, услышав моё имя из уст графа Нуара. Очень повезло, что в этот момент госпожа Флора была не рядом с ним.
Хранители и Библиотекари имели тесную связь во время работы, что перетекало в их знакомство.
На следующий день, когда я пришла работать в кабинет, отец начал задавать мне вопросы наподобие: «Что ты сказала графу Нуару?» или «Ты не создавала ему никаких проблем?»
— Ничего такого... — Это единственное, что я могла произнести. Думаю, Граф видел меня, когда я была в абсолютной прострации. Но я не могла сказать, что он подумал, будто я странная...
Мой отец отнесся бы к этому спокойно, но мне не хотелось провоцировать госпожу Флору. Впервые оказавшись в поместье, я была глубоко травмирована, когда получила удар веером.
Я поклялась, что не приближусь к графу Нуару, если даже мне доведется встретиться с ним вновь. Я не горела желанием ни становиться друзьями, ни просто заводить знакомства с дворянами.
Но все же еще не факт, что я вообще посещу хоть какое-нибудь публичное мероприятие.
Всякий раз, когда я была свободна от работы в кабинете, то ездила в город, чтобы понаблюдать за жизнью обычных людей.
Когда я, наконец, стану простолюдинкой, то не буду жить в Королевской Столице. Просто я не хочу здесь жить.
Некоторые из граждан, часто бывающие на улицах, догадывались, кто я такая, но они не говорили об в открытую.
Вот почему мои переодевания в простолюдинку стали предметом слухов, никак не связанных с тем, для чего я это делаю на самом деле.
Но хоть мне и не нравился центр, трущобы были очень жуткими, поэтому там я тоже не хотела жить. Мне нужно будет ехать на карете и добраться до других городов за пределами Столицы. Не думаю, что девочка-подросток сможет в одиночку жить в сельской местности... Мне необходимо больше информации.
Но прежде всего, если я захочу где-нибудь обосноваться, то потребуются деньги.
У меня имелись сбережения, которые мы с матерью когда-то тайно скопили, но там было не особо много денег.
Я скоро буду совершеннолетней и тогда смогу стать простолюдинкой, но сначала мне нужно обзавестись капиталом!
Украшение носовых платков приносило мне деньги, которые хватало только на карманные расходы. Теперь, когда подобные изделия вошли в моду, было бы неплохо зарабатывать немного больше. Поэтому я подумала о шарфиках.
Я придала дизайну отличительную черту. Я использовала иллюстрационную книгу, чтобы цветы и бабочки были более реалистичными. Поступая так, узоры стали выглядеть, словно настоящие цветы, переплетенные вместе, а бабочка вот-вот сядет на чье-то плечо. Шарфик выглядел бы хорошо, даже если его будут носить поверх платьев.
Я взяла его в западный магазин одежды, и владелец магазина был очень доволен, увидев новинку. Он сказал мне, что хочет побольше таких шарфов, но это было невозможно, потому что я могла вышивать, только когда была не занята бумажной работой. Поэтому я решила спросить, не желают ли они приобрести дизайн.
И неожиданно ответ был положительным.
Мои идеи и дизайны обернулись деньгами. Это подняло мне самооценку. Было полезно знать, что мои знания могут использоваться для заработка.
Благородные дамы обретали свои навыки ведения переговоров, посещая чаепития и вечерние балы, однако я училась этому, торгуясь с лавочниками в городе.
О, да, я требовала скидки в бакалейных лавках.
Будут ли аристократы это делать?
Однако мне нужно бережно использовать те небольшие средства, которыми я обладаю.
... После этого у меня не было возможности поговорить с отцом о становлении простолюдинкой при достижении совершеннолетия, хоть и встречала его, когда помогала с работой. Однако я не могла поднять эту тему без должного повода.
Но его не возникало, как и повода надеть мое новое платье чайного цвета.
А время все шло...
Одним днем я встретила в коридоре мисс Дольче. Посмотрев на меня она пробормотала: — От вашей походки совсем не веет изяществом.
Я знала это.
Чтобы прохожие не подозревали, что перед ними дворянка, я топала и сутулилась всякий раз, когда бывала в городе. Поскольку униформа горничных была довольно свободной, я могла шагать очень широко и вести себя неряшливо. Я планировала держаться по-разному в поместье и в городе, однако переоценила себя.
Она вызвала меня на следующий день, когда у моих сестер было занятие по танцам.
Всякий раз, встречаясь с семьей, я носила платья, и для танцев приходилось надевать туфли с высоким каблуком.
Мисс Дольче научила меня множеству новых танцевальных движений... Наставница, я же не посещаю балы, поэтому у меня не будет возможности применить эти умения. Я не говорила этого в слух. Хотя, должно быть, она знала и сама.
Я давно не танцевала, но так как часто ходила до города и обратно, что не потеряла свою форму.
Тем не менее, на следующий день мышцы, которыми я редко пользовалась, изнывали от боли. Это было неизбежно, потому что я успела отвыкнуть двигаться с изяществом.
Мисс Дольче, увидев этот ужас, решила также проверить мои манеры... Теперь у меня появилось домашнее задание — каждый день заваривать чай.
Она всегда появляется, когда я забываю об этих вещах... Будто она где-то узнает, если у меня появляются проблемы.
Мисс Дольче не давала мне забыть, что я все еще принадлежу к светскому обществу.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
Обновлено: 15.02.2026