Том 1 Глава 1 — Глава 1 — Я слишком хорошо сыграла роль приёмной дочери

Я думала, всё это лишь сон. "Тебе лучше побыстрее понять законы Зимнего Замка. Если хочешь выжить." "Раз уж эта девочка привезена самим герцогом, нет сомнений, что вскоре она проявит свою остроту ума и жестокость." Знакомые реплики. Этот красавец, напоминающий острое лезвие, невероятно похож на моего любимого персонажа – Хэрона Беллату. А фраза, что я только что услышала, была его первыми словами при встрече с приёмной дочерью Виолой. "Это сон?" Разумеется. Я была уверена, что это сон. Читая роман "Тень Беллату", я всегда испытывала сожаление. Цель главной героини Виолы Беллату – захватить власть в доме Беллату. В итоге она, благодаря природному таланту и отчаянным усилиям, достигает этой вершины. Но на мой взгляд, Виола не выглядела счастливой. Как правительница она преуспела, но как человек – осталась одинокой и изолированной. Ближе к концу романа она бормочет: "Я получила то, чего так страстно желала – дом Беллату. Но потеряла всё остальное". Как читателя, меня всегда огорчал этот момент. Я думала, что смогла бы разрешить ситуацию по-другому. Видимо, из-за таких размышлений мне и приснился этот сон. Погодите-ка. Сейчас я нахожусь в самом начале пролога "Тени Беллату". День, когда хозяин Зимнего Замка Хэрон Беллату привёз Виолу из трущоб. Причина, по которой Хэрон Беллату привёз Виолу в Зимний Замок, была одна: он с первого взгляда распознал её "талант к убийству". По сюжету герцог произносит свою речь, а семилетняя Виола, ничего не понимающая, просто стоит молча. Как преданная читательница этого романа, я считала и это упущенным моментом. Ведь всегда важно правильно начать. "Это же сон, в конце концов?" Я решила действовать по-своему. — Вы теперь мой отец? — мой голос остановил герцога Хэрона, шагавшего по коридору. Мужчина рядом с ним вздрогнул. Судя по внешности, это, должно быть, главный дворецкий Карлтон. Отец из моего сна. Герцог Хэрон ответил сухим голосом: — Так оно и будет. Герцог усыновил меня из-за моего выдающегося таланта к убийству. По его мнению, я могла стать хорошим стимулом для прямых потомков Беллату. Проще говоря, меня привезли сюда как жертвенный материал, чтобы использовать и выбросить. Однако Виола была главной героиней романа и с присущими ей способностями преодолела все трудности, став наследницей. На этом пути она прошла через чудовищные испытания. "Была ли я хоть раз по-настоящему членом вашей семьи?" "Ты выросла прекрасной Беллату. Семья? Какое неподходящее слово." "Вы правы. Оно мне не подходит." Но я, читательница Хан Арин, знаю правду. Виола на самом деле хотела услышать слово "семья". Не быть жестокой наследницей Виолой Беллату. А стать дочерью – Виолой Беллату. В итоге этой мечте не суждено было сбыться, и Виола взошла на трон Беллату, убив даже Хэрона. Кстати, на этом моменте многие читатели прекратили чтение, проклиная автора. Хотя за этим скрывалась глубокая история, ушедшие читатели так и не узнали её. В любом случае, я задала вопрос своему отцу из сна, Хэрону: — Я много слышала о доме Беллату. — И что же ты слышала? — Говорят, это рациональный дом. — ... — Если вы такой рациональный и логичный дом, почему не даёте мне право выбрать отца? Если бы вы позволили мне самой решать, это было бы в духе Беллату, разве нет? Карлтон попытался меня остановить: — Леди? Кажется, он хотел сказать: соблюдайте этикет, вы теперь дочь герцога Беллату, вы качественно отличаетесь от девочки из трущоб. Но я знала. Герцогу Хэрону как раз нравятся такие провокационные вопросы. Мой любимый персонаж именно такой! — Похоже, ты хорошо знаешь о доме Беллату. — Угу. Возможно, даже лучше, чем сами Беллату. — Расскажи, что ты знаешь о Беллату. Я могла ответить, словно сдавая экзамен с заранее выученными ответами: — Экосистема, где всё определяется способностями и действует закон выживания сильнейших. — Безжалостный дом, где поощряется даже братоубийство. — И одновременно – Северный Щит, защищающий человечество от северного леса, "места, где идёт снег". — Железный дом герцога, ценящий только рациональный выбор и интересы семьи. Хорошо. Теперь стоит слегка улыбнуться. Ухмылка. — Если вы настолько последовательны и рациональны, почему не даёте мне выбора, а решаете всё сами? — Действительно. Герцог спросил меня: — Ты станешь моей дочерью? — Да. С удовольствием. — Быстрое решение. — Ага. — Почему? — Потому что отец красивый. На мгновение воцарилась тишина. Я не упустила момент и продолжила: — Давай уточним. Мы стали отцом и дочерью не по твоему выбору, а по моему. Будущий отец сделал мне "предложение". И "я" его приняла. Верно? — Верно. — Думаю, будет интересно. Я чувствовала взгляд Хэрона Беллату. В его глазах, казавшихся такими холодными, я могла разглядеть скрытое любопытство. Кстати, когда же я проснусь? Хотя сон неплохой. Скоро проснусь, наверное. Я снова спросила: — Раз я теперь твоя дочь, у меня есть право на наследство? — Разумеется. — Понятно. Я постараюсь, чтобы ты не пожалел о том, что привёз меня. И ещё кое-что. Не просто приёмная дочь-жертва. Не просто инструмент для стимуляции. — Я бы хотела, чтобы ты полюбил меня. Читая роман, я так переживала. В итоге Виола становится правительницей, но рядом с ней никого не остаётся. Все боялись Виолу. Но никто её не любил. — Ты ведь сможешь полюбить меня? — ... — Я всегда мечтала о семье. Стань моим настоящим отцом, а не просто отцом на словах. Вот такой была Виола Беллату в прологе, в моём представлении. Кажется, у меня всё получилось идеально. Как бы это сказать... Я словно исполнила свою мечту. Попасть в любимый роман и изменить его. Разве это не фанфик, написанный телом, а не словами? Хорошо, что сон длится так долго. Я искоса взглянула на герцога. Дворецкий Карлтон стоял с ошеломлённым выражением лица. Несмотря на безупречный костюм, его лицо было покрыто мелкими шрамами. Мне было ясно, о чём он думает. Эта приёмная дочь скоро умрёт. Герцог Хэрон усмехнулся: — Забавно. Хэрона Беллату прозвали "Герцог Тысячи Убийств". Это имя он получил за то, что убил тысячу человек, прежде чем стать главой дома Беллату. Внезапно воздух наполнился ужасающей аурой. Уф! Я невольно дрогнула. Так вот какова жажда крови, описанная в романе. По всему телу пробежала дрожь. Словно электричество пронзило меня насквозь. Сердце колотилось, холодный пот стекал по спине. Это становилось странным. Почему всё так реалистично? Почему я не просыпаюсь? — Постарайся выжить. Я лично не стану тебя убивать. Это было зловещее предчувствие. Меня начало охватывать необъяснимое беспокойство. ...Почему я не просыпаюсь из этого сна? * * * Хэрон сидел за столом в своём кабинете, погружённый в размышления. "Забавно". Когда он впервые обнаружил Виолу. У неё были красные глаза. В её руке был осколок стекла, с которого капала кровь. Чуть поодаль лежал работорговец, пытавшийся похитить Виолу, сжимая шею. "Семь лет. И совершенно без подготовки девочка смогла сделать такое". Казалось, она родилась с "убийственной звездой", о которой несколько раз упоминалось в исторических книгах. Это и заинтересовало его. Своего рода прихоть. Почти как если бы он нашёл интересное животное и поместил его в свой личный зоопарк. Через усыновление. Эта девочка не была похожа на семилетнюю. "Если вы такой рациональный и логичный дом, почему не даёте мне право выбрать отца?" Главный дворецкий Карлтон сказал: — Герцог, вы выглядите довольным. — Это забавно. — Что именно? — Содержание её слов – далеко не семилетнего ребёнка, а тон – ещё более детский. Содержание не соответствовало семи годам, как и произношение. — Хотя она утверждает, что ей семь лет, физически она выглядит на пять. Вероятно, из-за недоедания её рост сильно замедлился. Либо она путается в своём возрасте. — Разве она похожа на ребёнка, который забыл свой возраст? — Нет, не похожа. — Кажется, будто её разум и тело, произносящее слова, разделены. Хэрон точно определил состояние Виолы, вернее, Арин, но не подумал о вселении другой души. — ...Вы имеете в виду, что это выглядело неестественно? — Да. Карлтон тоже не думал о вселении. Он объяснил это вполне логично: — Она пыталась казаться уверенной, но всё же нервничала. Неудивительно, что вела себя странно. Говоря это, Карлтон вдруг осознал: "А...!" В таком напряжённом, испуганном состоянии она сказала всё это Хэрону. Это означало, что маленькая девочка обладала невероятно сильным характером. "Сила духа, преодолевающая страх. Это вам понравилось". По мнению Карлтона, Виола превосходно начала своё знакомство с домом. Она показала лучшее, что могла продемонстрировать семилетняя приёмная дочь в доме Беллату. Хотя её поведение можно было счесть дерзким, герцога это, кажется, не беспокоило. Однако герцог размышлял о другом. "Я б хатела, чтоб ты палюбил миня". Никто из дома Беллату. Никогда бы не потребовал привязанности так открыто. Но Виола была другой. Нахально и гордо она потребовала любви. Главное, она делала это не униженно, а с достоинством. Такой характер был ему в новинку. "И она... маленькая". Не похожа на детей герцогства. Она совсем не выглядела на семь лет. Такая тонкая, словно сломается, если сжать в руке. Герцог спросил: — Карлтон. Как ты думаешь, каковы шансы этого ребёнка выжить в доме Беллату до совершеннолетия? — По-моему, менее 40%, господин. — Понятно. Герцог погрузился в размышления. У него был врождённый дар читать истинные чувства людей. В романе это называли "Истинным Взором". Истинным Взором он увидел. В Виоле была очень сильная симпатия к самому Хэрону. Её желание иметь семью тоже было искренним. Виола вела себя так, будто долго ждала его. И это не было притворством, это было искренне. Он не мог понять. "Почему она любит меня?" Когда она успела узнать его? Это была не просто симпатия. В ней чувствовались тоска и привязанность. Почему? Он совершенно не понимал причины. В месте, где нет семейных уз. Владыка Зимнего Замка Хэрон Беллату был очень удивлён этой необъяснимой симпатией. Хэрон сказал: — Назначь Зенона её слугой. — ...Зенона? Он слишком талантлив, чтобы быть простым слугой. Карлтон сдержал эти слова. Он переспросил: — Вы имеете в виду постоянного слугу, а не временного? — Да. Здесь слово герцога – закон. — Слушаюсь. Прошло два дня.

Том 1 Глава 1 — Глава 1

Комментарии к главе