Глава 71 — Глава 36.1

— Перед смертью мой брат оставил мне письмо. “Спаси меня, твой муж странный”… —…Ох. — Я искала, но, как ни странно, в какой-то момент моя память стала расплывчатой. Затем я поняла, что такими темпами я тоже скоро умру. Но Эмили сказала, что она четвертая Маркиза. И девушки, что были до нее умерли по различным причинам. — Маркиз должно быть колеблется. — Пардон? — Вы четвертая жена. Предыдущие три умерли. Но потом умерла и четвертая жена? Неважно насколько хорош его имидж, это не обошлось бы без некоторых повреждений. Более того, этот Сибели — любимый аристократ Императора, поэтому он держится в тени. —…Ох. — Думаю это причина, почему он пока только присматривает за тобой. Если ты действуешь ему на нервы, он убьет тебя не раздумывая и секунды. — Кстати, Ибель. — Да? —Почему Ибель пытается найти информацию о Сибели через меня? — Это схоже с причиной Э́миль. Этот человек связался с моей семьей. Думаю, мы находимся в одной лодке. Что думаете? Хотели бы быть на борту? Чем больше у тебя союзников, тем выше твои шансы на успех. — Я думала, Вы не в своем уме, но сказать, что он прикоснулся к Вашей семье? Благодаря этому, это стало выгодным для меня. Эмили моргнула несколько раз, и затем, улыбнувшись, она хлопнула в ладоши. — Теперь, стоит ли нам поделиться тем, что знаем? *** В поврежденных воспоминаниях Эмили, злодеяния Лотто Сибели, должно быть, были налицо. Было ясно, что гипноз стер ее воспоминания. Если он отправился к Лекач, чтобы стать учителем и промыть мозги Риселю, это означает, что гипноз работает лишь в некоторой степени. — Гипноз, Вы сказали? Как он смог освоить контроль разума человека с помощью гипноза и даже контролировать их память? Более того, история гипноза длинная, начинающаяся с первого поколения Лекач. — Что, если станет известно, что Арета, отвергавшая магию как ересь, использовали гипнотизеров и колдунов, к которым относились как к шарлатанам? — Будет неразбериха. Ибелин стучала пальцем по столу. — Сейчас это будет невозможно. Им нужны были более веские доказательства, а не обвинения. Чтобы сделать это, они, безусловно, должны следовать за Лотто Сибели попятам. Эмили тоже, похоже, не знала, что Лотто Сибели был гипнотизером. Она была удивлена, когда Ибелин рассказала ей. Как и у каждого человека Священной Империи, на ее лице было написано крайнее отвращение. — Неужели поиск другого гипнотизера — единственный способ вернуть мне память? — Я тоже много не знаю о гипнозе. Это считается как мошенничество, поэтому получить информацию нелегко. — Думаю, мы должны что-то сделать с промывкой мозгов Лекач. Остатки промывки мозгов могут вернуться, чтобы преследовать их в критический момент. Невозможно, чтобы Император не знал этого. — Будет сложно найти еще одного. — Верно. Сибели — очень уникальный случай, но в целом, они подверглись остракизму, поэтому все живут в подполье. Возможно, будет бесполезно искать другого гипнотизера. Разве не было бы возможно освободиться от гипноза только тогда, когда появился бы более сильный гипнотизер? Возможно, будет сложней поймать Лотто Сибели, так как на его стороне Император. И даже если они с трудом смогут поймать его, есть высокий шанс, что Император попытается отрезать все хвосты. Но и это не кажется таким уж плохим. Как бы то ни было, больше не будет никого, кто мог бы контролировать Лекач. *** — Дети прибыли. — Правда? Быстрей дай им войти. Это были дети из приюта, который она недавно посетила. Условием спонсорства Ибелин было отправлять детей в поместье Лекач раз в неделю. Ей нравились дети, поэтому она хотела дать им хорошо провести время. Конечно же, она также была в курсе слухов. Ничего не изменится так быстро, но возможно со временем станет лучше. — Зд-здравствуйте!.. Дети, вошедшие после того, как открылась дверь, были опрятно одеты. Похоже, слуги принарядили их перед тем, как дать войти. — Привет. Есть что-то чего бы вы хотели сделать? Спросила Ибелин, но дети не ответили, а только оглядывались, как будто онемели. — Я думала, что все будет именно так, поэтому быстро всё приготовила, но все ли в порядке? Ответа не последовало. Ибелин встала со своего места и улыбнулась. Дети, которые нервно стояли, задрожали. — Я не хорошо себя чувствую, поэтому не могу делать что-то активное… После того как она сказала это, Ибелин отвела детей на кухню. Так как их возраст был 5-7 лет, она подумала, что будет хорошей идеей приготовить печенье и поиграть. Но по мере того, как они приближались к кухне, цвет их лиц становился пепельным. Некоторые из них сели на пол и начали плакать. — Нет… Ибелин запаниковала, и затем она вспомнила о слухах, ходивших о ней, поэтому сказала, — Бояться нечего. Будет весело, ребята. — ... -Хмм. Тогда, почему бы кому-нибудь из вас сначала не проверить, чтобы убедиться, что все в порядке? —... — Не весело делать это одному… Ибелин даже подготовила это, но когда она подумала, что никто не захочет попробовать это с ней, то стала угрюмой. Но детям не нравится это… Поэтому, вместо этого, она подумала пойти в сад и выпить чаю. Когда она собиралась снова заговорить, маленький ребенок поднял руку. — Я пойду, проверю первый.