Глава 27 — Глава 26. Симэнь Цин (5)

Глава 26. Симэнь Цин (5) У Цин была своя комната, так как она была прямой ученицей Симэнь Сурин. Тем не менее, это не сделало её ученицей Секты Божественной Девы. Из-за своего необычного положения ученицы Великого Старейшины, она не могла жить в Зале Цветочного Пруда, где обитали другие ученицы секты, так как это было ей не по статусу. Симэнь Сурин, Мастер, достигший Реконструкции Тела, уже передала должность Лидера Секты самой старшей ученице, поэтому Цин была назначена Младшей Сестрой Лидера Секты. И стоит упомянуть, что все Даосские Секты уважали распределение званий в других сектах. По сути, за исключением Шаолиня и Эмэй, Девять Сект можно было считать одной большой Даосской Сектой. Влияние Девяти Сект было эквивалентно влиянию всей Ортодоксальной Фракции Мурима. Таким образом, распределение званий признавалось всеми сектами, классифицируемыми как Ортодоксальные. Изначально Цин не знала об этой системе распределения, однако очень быстро обнаружила, что это было похоже на строгий армейский протокол. Обычно именно порядок вступления в секту определял присваиваемое звание, но иногда случались исключения. Иногда Мастера подбирали талантливых новичков с мыслями: «Этот ребенок может стать сильным, если уделить ему время». По этой причине Цин была равна самым старшим ученицам Секты Божественной Девы. В итоге ее стали называть… — А, это Великий Младший Мастер! — Великий Младший Мастер! Здравствуйте! — Великий Младший Мастер! Вы уже пообедали? Идя по коридору, Цин вдруг оказалась окружена ученицами Секты Божественной Девы. Симэнь Сурин уже заявила всем ученицам секты, что Цин станет следующим Величайшим Под Небесами. Это было минимальное оправдание, необходимое для того, чтобы ее нормально приняли в качестве прямой ученицы. Но Цин не стала вести себя высокомерно или раздражающе; она дружелюбно относилась ко всем членам секты, несмотря на их звания. Цин была добродушной, и, строго говоря, поскольку она пришла к ним из внешнего мира, не было необходимости в жестких формальностях. Поскольку они выросли в секте и сохраняли девичью беспечность, молодые ученицы секты стали проявлять любопытство к внешнему миру, поднимая шум каждый раз, когда встречали Цин, и просили ее рассказать разные истории. В общем, Цин была безумно популярна. — Ей сейчас некогда. Отойдите в сторону. Цзинь Чанмён преградила путь ученицам, как будто защищая Цин. — Маленький Младший Мастер… — Ох, наши планы нарушены. — Тогда мы пойдем, Великий Младший Мастер! — До скорой встречи, Маленький Младший Мастер! Ученицы секты послушно ушли с разочарованным видом. В какой-то момент они заметили, что по какой-то странной причине Цин считает их пугающими, поэтому они легко добивались желаемого, стоило лишь надавить. Но все было иначе, когда рядом с ней находился Маленький Младший Мастер. Обычно Маленький Младший Мастер была тихой и милой, но она рычала, как зверь, охраняющий свою территорию, находясь рядом с Великим Младшим Мастером. Конечно, Цзинь Чанмён тоже была популярна. Цин несколько раз за день могла видеть, как ученицы Секты Божественной Девы уносят куда-то маленькую и миниатюрную Чанмён, словно куклу, поскольку она действительно была довольно милой. — Работай усердно и сегодня, малыш. — И ты тоже, Старшая Сестра. Цин попрощалась с Цзинь Чанмён перед Храмом Божественной Сливы, а затем направилась к Храму Воды и Луны. Ворота в Храм Воды и Луны всегда были открыты настежь, но едва ли кто-то из учениц секты осмеливался туда войти. В конце концов, это были личные покои Великого Старейшины, а в Секте Божественной Девы Симэнь Сурин была известна своим суровым нравом. Тем не менее, Цин считала, что ворота были оставлены широко открытыми не просто так. Это означало, что любой желающий мог войти. Но ученицы Секты Божественной Девы замирали как мыши перед змеей при виде Симэнь Сурин, так что они не могли осмелиться внезапно навестить ее. Но учениц секты не в чем винить. Выражаясь современным языком, это было бы все равно, что внезапно ворваться в кабинет председателя компании, потому что председатель казался вам одиноким. Пожалуй, единственным человеком, способным на такой поступок, был бы директор из сторонней компании. И сейчас этот директор из сторонней компании смело вошел в Храм Воды и Луны. — Учитель, я зде-е-е-есь. — Ха. Как может достойный мастер боевых искусств так кокетливо вести себя? Ты пытаешься казаться милой? Моя ученица, всегда помни о том, что нужно вести себя с достоинством, подобающим представительнице всех женщин-мастеров и... — Я дитя и ничего такого не знаю. Дитя знает только боевые искусства. Пожалуйста, научите дитя боевым искусствам. У меня кружится голова от ломки. — Ох... Ты больше даже не притворяешься, что слушаешь. Симэнь Сурин выразила свое недовольство, но не смогла полностью скрыть слабую улыбку. Цин же крепко сжала кулак, радуясь победе. Всякий раз, когда милое поведение оказывалось успешным, суровость ядерного щелбана имела тенденцию уменьшаться до тактического ядерного щелбана. Занятия с Симэнь Сурин теперь продолжались только в виде спаррингов. Цин быстро осознала, что чем больше у человека Внутренней Ци, тем лучше. Таким образом, она быстро продвинулась в Технике Культивации Поздноцветущей Небесной Любви, достигнув 12 Звезд в мгновение ока. Естественно, Симэнь Сурин была поражена, увидев, что ребенок, который недавно научился ходить, внезапно начал летать. В этот момент Симэнь Сурин раздумывала, стоит ли обучать ее Божественным Искусствам секты. Конечно, Цин была ее прямой ученицей, хотя и необычной, но поскольку она не была частью секты, были сомнения. На самом деле, данная техника культивации была не такой уж сложной для изучения. Тем не менее, того факта, что она достигла Великой Звезды всего за одну ночь, было достаточно, чтобы убедить ее. Она подумала: «Как и ожидалось, она станет следующим Величайшим Под Небесами». Именно поэтому она решила обучить ее Технике Культивации Сильнейшей Среди Женщин. Зеркало Очищения Сердца. Говорят, что это Божественное Искусство было создано императором Янь Шэнь-нуном для своей дочери Яоцзи. Разумеется, Цин радостно вложила свои Свободные Очки Изучения в это боевое искусство с Фиолетовым Контуром и мгновенно достигла 12 Звезд, то есть Великой Звезды. Ее Внутренняя Ци раздулась до ужасающей степени, но… на этом всё. И это вызвало беспокойство у Симэнь Сурин. Количество ее Внутренней Ци было огромным. Несмотря на недостаточный размер даньтяня, Внутренняя Ци необъяснимым образом оставалась во всем ее теле и конечностях. По количеству одной только Внутренней Ци, она уже была на одном уровне со средней ступенью Трансцендентного Царства. Но почему Цин не смогла прорваться через стену Трансцендентного Царства? К счастью, Симэнь Сурин не зря была Мастером. В конце концов, она выяснила причину. — Теперь понятно. Все движения и техники исходят из твоей головы. — Откуда им еще взяться? — Они естественным образом должны исходить из сердца. Боже мой, кажется, даже у большого ума есть свои недостатки. Вот почему ты оказалась в таком состоянии. В конце концов, слишком много так же плохо, как и слишком мало. Боевые искусства высокого уровня по своей сути были расплывчатыми. Например, если речь идет об Искусстве Меча, то описание могло быть таким: «Стремительный удар от гор, достигающих небес, до низменных равнин с силой, подобной шторму…» Дело было не только в конкретных действиях и форме, но и в построении соответствующих Образов. Обычно мастер боевых искусств входил в Транс и достигал Пикового Царства, когда полностью понимал значение таких фраз. Но только полное завершение Образа позволяло мастеру боевых искусств войти в Транс и достичь Трансцендентного Царства. — Образы... — Поскольку ты понимаешь Искусство Меча только головой, вполне естественно, что ты не можешь достичь следующего царства. Конечно, этого следовало ожидать. Метод изучения боевых искусств Цин заключался в том, чтобы насильно запихивать их в свою голову. — Так что же мне делать? — Что ж, у тебя нет другого выбора, кроме как размахивать мечом до тех пор, пока Образы не возникнут и не укоренятся в тебе. Разве не так? Таким образом, все свелось к спаррингам, спаррингам и еще раз спаррингам. Это были бесконечные спарринги. Честно говоря, это была крайне сложная задача. Потому что… Бах! — У тебя волосы растрепались. Скорее поправь. Ты слишком неопрятная. Бах! — У тебя было шесть путей отхода, но ты не смогла найти ни одного из них и в конце концов перекатилась по полу? Я неоднократно говорила, что женщине-мастеру необходимо быть грациозной. Бах! — Неужели ты не видишь этой бреши? Мужчины и женщины разные! Как ты можешь обнажать свое нижнее белье в сражении?! Цин схватилась за лоб, скорчив гримасу. — А-а-а! Такими темпами моя башка расколется пополам… — Башка? Неужели твой дикий темперамент нельзя исправить?.. Иногда, когда Цин барахталась на полу, поднимая шум по поводу боли, Симэнь Сурин успокаивала ее, поглаживая по голове. В один из таких моментов Симэнь Сурин посмотрела на ее лицо и задумалась. Когда Цин впервые пришла в Секту Божественной Девы, ее внешность была не самой ужасной, но и не очень хорошей. Однако Техника Культивации Поздноцветущей Небесной Любви была очень действенной, когда дело доходило до косметических процедур. Зеркало Очищения Сердца, Сутра Меча Божественной Девы и Техника Ног Божественной Девы также были Искусствами Красоты Даосизма, поэтому их культивация была равносильна культивацию красоты. В результате черты лица Цин изменились, в конце концов достигнув нынешнего состояния. Она достигла той точки, когда ее будут называть красавицей, куда бы она ни пошла. Почти никто не вспомнит ту неприглядную деваху из прошлого. К этому моменту больше не было смысла держать ее здесь, поэтому Симэнь Сурин приняла решение. — Тебе пора выйти в мир. — А? Неужели? — Если продолжу удерживать тебя здесь, это не поможет тебе достичь Трансцендентного Царства. Тебе нужны не спарринги, а настоящая битва. Я научила тебя всему, чему можно было научить. — Ах... Жизнь в Секте Божественной Девы была вполне уютной, но она не могла просто сидеть сложа руки, продолжая смеяться, болтать и оставаться в неведении. Она должна была решить вопрос с Окном Статуса. Она должна была узнать ответ. Только последующая пустота после достижения конца игры могла превратить Цин в полноценную личность. Будь то возвращение в реальность или жизнь на Центральных Равнинах. — Несмотря на то, что ты не была частью секты, никто из учениц секты не думает о тебе как о чужой. — Я знаю. — Это хорошо, что ты знаешь. Симэнь Сурин продолжила гладить Цин по голове, пока говорила. — Можешь вернуться и отдохнуть, когда захочешь, ученица моя. Для тебя здесь всегда будет место. — Правда? — Конечно. Ты еще спрашиваешь? Симэнь Сурин доброжелательно улыбнулась. Это была улыбка, похожая на улыбку матери. — Это твой дом. А разве нужно разрешение, чтобы приходить и уходить, если это твой дом?