― У них что, галлюцинации?
― Успокойтесь, Ваше величество, ― терпеливо приговаривал мужчина, только-только закончивший свой доклад.
Его тошнило от всех вокруг, и причина тому была наиглупейшей. Ни минуты покоя. Прошла всего неделя с момента его возвращения, но уже за это время…
На него обрушилась уйма предложений сыграть свадьбу. Каждую ночь в его спальне была припрятана какая-нибудь женщина. Дворяне неистово продолжали их подсылать.
― Они смерти добиваются? ― искренне поинтересовался Мильтиадес.
― А чего же им бояться, сама императрица родом из их семьи, ― раздался чей-то голос.
― Ахиллиос.
Это был симпатичный мужчина с белоснежными волосами и невинным лицом. И хоть он вел себя так, словно был несведущ в делах дворян, он, разумеется, тоже приложил к этому свою руку.
― И ты тоже послал ко мне женщину? Да еще и, как минимум, свою кузину?
― Ну, я научился использовать все имеющиеся у меня средства в нужное время и в нужном месте. Вам не кажется, что мы оба были бы в плюсе, стань Катарина императрицей?
Ахиллиос стоял, улыбаясь, в то время как Мильтиадес не мог скрыть своего отвращения.
― Мне понятны их мотивы. Я, как никто другой, отлично вас знаю, но и я удивился тому, как вы вели себя со святой.
На самом же деле, Ахиллиосу даже казалось, что он был бы менее поражен, увидь он самого свирепого зверя в мире на поводке.
― Кто бы мог представить, что вы можете быть таким невозмутимым в роли отца?
Ахиллиос знал ситуацию от начала до конца, но при этом все равно был шокирован. И отчасти он был рад, наслаждаясь таким неожиданным поворотом.
― Все твердят, что вы наконец научились любить.
― Какая чушь.
Ахиллиос ухмыльнулся такому сопротивлению.
― Ну, думаю, правду говорят.
Остальные считали, что хищник, показавший слабое место, ― легкая добыча. Да и кто знает, какие еще слабости он скрывает?
― У вас и так уже было бесчисленное количество женщин. Сомневаюсь, вы собираетесь на этом останавливаться.
Мильтиадес молчал.
― Может, вам стоит просто плыть по течению? Убьете двух зайцев одним выстрелом.
― Избавься от них всех, ― сказал Ахиллиос, пародируя низкий голос Мильтиадеса.
― Вы же не считали эти игры с женщинами чем-то омерзительным. Кажется, вы даже получали от этого удовольствие.
Выражение лица Мильтиадеса исказилось, его золотистые глаза вспыхнули. Да, в прошлом он был именно таким: не мог засыпать по ночам и искал своеобразный способ убить время. Женщин, которые его соблазняли, было предостаточно. Но со временем крепкий алкоголь и красивые дамы утратили свое воздействие на него.
― В общем, избавься от них всех, пока я сам их не убил.
― Какая жалость. А я-то уж подумал, что у империи Рахель наконец-то появится императрица.
Мильтиадес так и не понял, обрадовало это Ахиллиоса или же опечалило. По правде говоря, Ахиллиосу не было дела до потенциальной императрицы.
― Ваше величество, когда вы представите меня госпоже святой? ― спросил Ахиллиос, глядя на Мильтиадеса с волнением, присущим ребенку, впервые попавшему во дворец.
Мильтиадес бросил равнодушный взгляд на Ахиллиоса. Несмотря на свой невинный вид, Ахиллиос был очень опасен. У него не было ни капли совести. Мильтиадес будто окаменел, представив его рядом со своим ребенком.
― Только через твой труп.
― Что, простите?
― Представлю вас друг другу только через твой труп.
Лицо Ахиллиоса осунулось.
― Ваше величество? Вы имеете в виду...
― Да, только через твой труп, ― повторил Мильтиадес в третий раз.
Вот так и обрушились надежды Ахиллиоса.
* * *
Огромная куча коробок привела меня в замешательство.
― Что это... что это все такое?
Слуги несли все больше и больше вещей. У меня с собой было всего пару халатов и немного одежды на выход, но теперь шкаф ломился от роскошных платьев. На полках была выставлена обувь, шляпы и очки, хотя последние я особо не ношу.
В довершение всего на подушке из красного бархата лежала вычурная диадема с драгоценными камнями.
― Диадема? ― Мой взгляд привлекло именно это украшение, несмотря на множество других предметов в комнате. Глаза распахнулись от ослепительного блеска бриллиантов. «Кажется, я видела такие только в Интернете. Интересно, сколько можно выручить за его продажу?».
Завороженная, я продолжала смотреть на диадему, пока слуги Мильтиадеса гордо поясняли, что к чему:
— Она из хранилища предыдущей принцессы. Официально оно еще не запечатано, и так как вы единственная принцесса в империи Рахель, вы имеете полное право на эту диадему.
Я немного наклонила голову вбок, слушая рассказ служанки, которая, казалось, действительно гордилась этим. «Он прислал все это, потому что понял, что в тот момент я была по-настоящему счастлива?»
Служанка занервничала от моей равнодушной реакции, но, прочистив горло, продолжила:
― Его величество уже приказал нам освободить место для ваших вещей.
Она взглянула на меня. Будто вопрошая, довольна ли я этим.
― Хм, ― обрадовалась я, услышав, что он хочет открыть для меня личное хранилище. Конечно, я была довольна красивыми вещами и украшениями. Но есть одно но...
― Он из тех, кто откупается деньгами, а не вниманием, да?
Повисла тишина. Лицо служанки опустилось. Похоже, я попала в точку.
Обновлено: 13.02.2026