С самого момента пробуждения у меня возникло ощущение, что что-то не так.
Я открыл глаза и повернулся, чтобы посмотреть на часы, лежащие рядом с моей подушкой. Дисплей показывал 7:00 утра, а рядом со временем красовалась надпись “Воскресенье”.
Лёгкого головокружения, которое обычно сопровождает резкое пробуждение, не было. Однако, в голове оставалась небольшая сонливость, хотя засыпать снова не хотелось. Я с трудом перевернулся на кровати лицом вниз, а затем отжался, чтобы приподняться.
А самым удивительным было то, что произошло, когда я спустил ноги с края кровати. Глядя на утренний свет, просачивающийся сквозь щель в шторах, я не веря собственным словам пробормотал.
– Я прекрасно себя чувствую.
И телом, и духом я был абсолютно в полном порядке.
Это вовсе не означает, что я просто привык постоянно находиться в скверном физическом состоянии. Скорее, вместо того чтобы утверждать, что я был в хорошей форме, правильнее было бы сказать, что сегодня я чувствовал себя полным энергии. Настолько полным, что мою голову посетила крамольная мысль: “Возможно, мне придётся сделать что-то совершенно бессмысленное, чтобы снизить свои энергетические запасы до нормального уровня...” Такое случалось нечасто.
Я отправился на кухню и заглянул в холодильник. У нас был бекон, грибы маитаке и шпинат с горчицей, я достал их и нарезал крупными кусочками. Положил ломтик хлеба в тостер, а затем взбил яйца в маленькой миске. В процессе взбивания я бессистемно добавил плавленый сыр, молоко, а чуть позже - порошок карри. На одной из двух конфорок я поджарил смесь с беконом, а на другой - яйца. Блин... Места, чтобы нагреть воду, уже не осталось, так что кофе придётся подождать.
Я принёс еду с собой в гостиную. Ничем не намазывая, я отправил пышный тост в рот. Я услышал, как кто-то спускается по лестнице. Родители уехали в командировку, а значит, это была моя старшая сестра. Звуки шагов слышались всё отчетливее, что говорило о том, что она приближалась к кухне.
– Ого, вот это завтрак!
Кажется сегодня утром она тоже полна энергии.
– Хотаро, это ты приготовил?
– Кто знает, может, это был грабитель?
– Он ещё горячий. Должно быть, недалеко ушёл... Не паясничай.
Ничего не ответив, я взял кусочек бекона с тарелки и положил его на тост. Сестра продолжила.
– Можно мне немного?
Мой рот был забит, поэтому я просто кивнул. Вряд ли она увидит это из кухни, но она всё равно возьмет немного, даже если я скажу “нет”, так что спрашивать не имело смысла. К тому же, я приготовил достаточно, чтобы хватило на двоих.
– Эй, а ведь не так уж плохо! - сказала она. Похоже, за словом она в карман не полезет.
– Возьми себе тарелку.
– Какой странный вкус? Ты что-то туда добавил?
Вероятно, она попробовала яичницу. Баночка с порошком карри осталась на кухонном столе, и я был уверен, что она сама догадается, поэтому продолжал жевать, не говоря ни слова. Ну да, конечно…
О, вот как, да? - спросила она. Не то чтобы произошло нечто невероятное, но всё же это довольно необычно для тебя. В чём дело, Хотаро? Что-то случилось?
Резко, как и всегда. Я сделал глоток молока и ответил: "Я полон энергии."
Как я и предполагал, она ответила единственным, полным сомнений словом: "Что?"
Выбравшись из постели и позавтракав, я занялся уборкой и стиркой. Потом помыл ванну и сварил удон на обед. Был уже час дня. Какой длинный день.
Я вернулся в свою комнату, сел на кровать и стал думать. Что же мне теперь делать? В окне, меж раздвинутых занавесок виднелось идеально чистое небо. Из-за недавнего стационарного фронта* в последние дни дождь лил не прекращаясь. Такая солнечная погода была впервые за долгое время.
Пожалуй, пойду прогуляюсь…
Я переоделся в брюки с глубокими карманами и засунул в один из них небольшую книжку в мягкой обложке. Надел рубашку-поло и ещё раз выглянул в окно. На моём лице появилась улыбка ещё раньше, чем я успел это осознать.
Такую хорошую погоду упускать просто не хотелось.
Подумать только, что у меня, Хотаро Ореки, может возникнуть желание провести солнечный день вне помещения... Если бы Сатоши услышал мои слова, он бы, наверное, примчался проверить нет ли у меня лихорадки. Я достал бумажник, но по какой-то прихоти вынул из него одну купюру в тысячу иен и сунул её в другой карман.
Хоть я и вышел из дома, каких-то конкретных планов у меня не было. Это будет обычная прогулка, вот и всё. Правда, мне бы хотелось определиться с местом назначения.
– Итак, куда можно пойти?
Я думал зайти в книжный магазин, но по разным причинам в этом месяце денег у меня было не так уж много. К тому же, книжки в мягкой обложке, лежащей в моём кармане, скорее всего, хватит на весь день.
Это означало, что мне следует поискать место, где можно почитать. Я подумал о том, чтобы пойти куда-нибудь к берегу реки, но приближался сезон активности насекомых. В это время находиться рядом с водой мне было дискомфортно. Кроме того, берег находится на открытом месте, поэтому меня легко заметят прохожие. В целом я не беспокоился о том, что на меня будут пялиться, и относился к этому довольно терпимо, но даже у этой терпимости есть предел.
Неподалёку находилось святилище Хачимана*. Там было тихо, к тому же, там были камни, на которых можно было посидеть. Неплохо, правда? Порадовавшись такому варианту, я направился в его сторону, но что-то меня остановило. Святилище было слишком близко, а мне сегодня было слишком хорошо. Я чувствовал, что если не устрою длительную прогулку, то энергия просто перельётся через край.
– Тогда, как насчет этого?
Я повернулся на пятках. До храма Арекусу* должно быть достаточно далеко. Хотя может показаться, что я слишком озабочен святынями, но, скорее всего, я захотел пойти в Арекусу только потому, что сначала подумал о святыне Хачимана.
И я пошёл. Поначалу, в одной лишь рубашке-поло было прохладно, но я быстро согрелся и уже вскоре чувствовал себя превосходно. Намеренно избегая дороги, по которой обычно ходил в школу, я пошёл по незнакомым улочкам. Возможно, я попал в естественную аэродинамическую трубу, так как, несмотря на то, что с обеих сторон меня окружали заборы, я всё равно чувствовал, как меня обдувает прохладный ветерок. На одном из заборов я заметил сидящую кошку. Окрас её был тигровым, а морда недовольной.
– Здарова! - сказал я, приветственно подняв руку. Кошка, видимо, испугавшись, быстро слиняла. Не лучший поступок с моей стороны.
Я продолжал медленно идти дальше и приблизился к мосту. Из-за вчерашнего дождя река значительно поднялась. Я на мгновение остановился и вгляделся в мутную, бурлящую воду.
От майских ливней
Взбурлил поток твой быстрый,
Могамигава…*
Ну, это конечно не река Могами, и вчерашние погодные условия тоже не были похожи на майские дожди. Может быть, я смог бы придумать более подходящее хайку, если бы был более подкованным, но чего нет, того нет. Сатоши, наверное, тоже смог бы придумать хорошее. А может, это больше подошло бы Читанде.
Я проходил мимо магазинчика такояки*. В воздухе витал сладкий аромат. И хотя я уже позавтракал, но всё равно, в этом было что-то чарующее. У меня была с собой купюра в тысячу иен - такояки можно было себе позволить... Соблазн медленно подкрадывался ко мне. Стоп... Подожди. Возьми себя в руки. Если бы я купил их сейчас, то где бы я сел чтобы поесть? Мне удалось сдержать это желание, и я почувствовал, что ускоряюсь, уходя прочь.
Пройдя около десяти минут, я заметил, что количество незнакомых дорог увеличилось. Хотя я ни разу в жизни не выезжал за пределы этого города, всего за десять минут я оказался в таких неизведанных далях. Какую же экономную жизнь я вёл. Я никогда не жаловался на своё чувство направления, поэтому мог с определённой долей уверенности продолжать движение по этому непроторенному маршруту. Пойти сюда, потом туда, а потом, если я сверну где-то здесь…
Я вышел на открытую местность. Отличная работа, похвалил я сам себя. Я оказался напротив самого храма Арекусу.
– Ну вот… – пробормотал я, глядя на большие ворота тории*. Я и забыл об этом. Храм находился на склоне холма. Это означало, что для того, чтобы попасть на его территорию, мне придётся подниматься по длинной лестнице, ведущей к храму. И неважно, что я сегодня чувствовал себя настолько хорошо, что мной овладело странное желание совершить праздную прогулку, – я не был уверен в том, что сделаю это. Буквально на мгновение я замешкался, а затем…
– Что ж, думаю, всё в порядке.
И я пошёл дальше.
Я шёл всё выше и выше, считая каждый шаг. Вскоре я заметил, что по обе стороны от тропинки стали появляться заросли кедровых деревьев. Температура потихоньку начала снижаться. Пройдя тридцать шагов, я сбился со счета. Двадцать восемь, двадцать девять, тридцать, ещё сколько-то... Я никогда не задумывался о том, какую работу я хочу получить в будущем, но теперь я уверен, что работа, связанная со счётом, скорее всего не лучший выбор.
Мое дыхание участилось. Наверное, теперь мне будет трудно читать книгу. Может, мне просто сесть на ступеньки и начать читать прямо здесь? Нет, нет... Я уже преодолел больше половины пути. Ещё немного, ещё чуть-чуть. Я продолжал подниматься, а моё тело при этом подалось вперёд.
Наверное, я сделал больше сотни шагов, но конечно же я не считал. Наконец я добрался до вершины и глубоко вздохнул. Мой взгляд упал на небольшое сооружение, в котором стоял таз с водой для ритуального омовения. Захотелось сделать глоток, но вряд ли эту воду можно было пить. Я огляделся в поисках торгового автомата, но, естественно его тут не было.
Мои глаза осматривали окрестности, когда я встретился взглядом с человеком, выходящим из административного здания храма. На девушке была обычная футболка и шорты, как будто она вообще не выходила из дома целый день... Волосы её были длинными, а на носу красовались небольшие очки.
– Ой!
Это была Кахо Дзюмондзи. Полагаю, что формально она и не покидала своего дома, так как жила здесь. Похоже, она тоже узнала меня, и медленно подошла.
– Добро пожаловать.
Она сложила руки перед собой ладонями вниз и вежливо поклонилась. В обычной ситуации я бы опешил от такого неожиданного приветствия, но вспомнил, что в прошлом уже попадался на такую же уловку.
Тем не менее, я ответил:
– Спасибо.
Она надулась, видимо, недовольная моей спокойной реакцией, но быстро улыбнулась в ответ.
– Вы пришли посетить святилище?
– Не совсем... хотя, почему бы и нет.
– Странный ты.
– Я просто гуляю.
Пожалуй, говорить тому, кто сам живет в храме, о том, что это странное место, мне было несколько неудобно.
Тем временем, Дзюмондзи повернулась лицом к зданию администрации, из которого вышла.
– Эру здесь.
– Что?
– Эру здесь.
Похоже на изобретение Хираги Гэнная*, Эру здесь… Стоп?... Эру здесь?!
– Чт... почему?
Она только хихикнула в ответ.
– Она здесь, чтобы просто поболтать. Ты тоже можешь зайти, если хочешь. Я сделаю тебе чай.
– Да нет, я только…
– Знаешь, это ведь не значит, что ты не имеешь отношения нашему разговору.
Я? О чём вообще может идти речь?
– Принуждать тебя я не буду, - продолжала она. – Но знаешь, как говорится? Даже случайные встречи не случайны.
– Это что, буддийская поговорка?
– Это постулат, выходящий за рамки религии.
– Ну, фиг знает…
– Тем не менее, хочу сказать... Хотя, неважно. Думаю, будет лучше если ты сам увидишь. Пошли.
Не успел я опомниться, как меня уже проводили в административный корпус храма.
По-моему, я этому особо не сопротивлялся.
В одной из секций корпуса находилась комната размером в шесть татами. Традиционная раздвижная дверь была такой же, как и во всех остальных помещениях, но, войдя внутрь, я увидел, что это спальня, заставленная личными вещами. Здесь была тумбочка, на которой стоял будильник, книжная полка с романами и журналами, маленький чайник, а в центре - низкий столик. Вероятно, у неё дома было больше вещей, но, похоже, это помещение было отведено для Дзюмондзи.
Не говоря уже о том, что…
– А? Ореки-сан... Почему ты…
Там была взбудораженная Читанда. Она огляделась по сторонам, судорожно пробежалась руками по волосам, а затем, словно её внезапно осенило, потянулась и начала собирать всё, что лежало на низком столике. Дзюмондзи заговорила, а в её голосе послышались нотки смеха.
– Ну, вообще-то прятать это не обязательно.
– А-а-ага. Ну да. Теперь, когда ты упомянула об этом, думаю, ты права.
Она опустила лицо вниз, видимо, пытаясь собраться, а затем, наконец, села на свое место.
– Добрый день, Ореки-сан. Какая неожиданность.
– Да. Я был удивлен.
– Но ты ведь знал, что я здесь?
Что это за чушь она несёт?
– Да ладно? - спросила Дзюмондзи, повернувшись ко мне. Я покачал головой.
– Но ведь я сама говорила, разве нет? - вмешалась Читанда. – Я говорила, что обещала Кахо-сан навестить её в воскресенье.
– Когда и кому ты говорила об этом?
– В пятницу, после школы, я сказала об этом Маяке-сан.
Почему она решила, что я узнаю об этом из её рассказа Ибаре? В тот момент, когда я уже собирался спросить об этом сам, она перехватила инициативу.
– Разве ты не сидел тогда рядом с ней?
Моя память была немного затуманена, возможно, что в тот день я действительно заходил в клуб, в таком случае, я вполне мог сидеть рядом с Ибарой. Но всё равно...
– Я не слышал.
Мое отрицание не было очень убедительным, и я с замиранием сердца почувствовал, что это всё больше и больше похоже на то, что я подслушал их разговор, а потом специально пошёл туда, где у Читанды были планы. Я повторил ещё раз, на этот раз уже твёрдо.
– Я абсолютно ничего не слышал.
Читанда с готовностью кивнула. – Понимаю. Ореки-сан, ты тогда читал.
Со стороны Дзюмондзи раздалось недоверчивое хмыканье. Я немного беспокоился, что она мне не поверила.
Затем она принесла напольную подушку, на которую я сел, и налила мне чашку зеленого чая. Пока она это делала, Читанда начала перекладывать вещи, которые до этого пыталась спрятать, обратно на низкий столик.
– Я пришла посмотреть на это.
Это были фотографии с фестиваля живых кукол, который проходил в апреле недалеко от дома Читанды.
– Как же стыдно.
Она снова начала их прятать.
На фестивале живых кукол Читанда играла одну из них и была одета в замысловатое двенадцатислойное кимоно. По её просьбе я играл роль носителя зонтика. Сатоши делал фотографии с фестиваля и даже показывал их мне. Однако на столе лежали совсем другие фотографии.
Мне тоже было неловко и хотелось поскорее их спрятать. Мой взгляд упал на одну из фотографий. Позади наряженной куклой Читанды, чей взгляд, казалось, с изящным спокойствием был слегка обращён вниз, шёл я в традиционной шляпе придворного... С самым, что ни на есть, глупым выражением лица! Рот был широко раскрыт, а глаза казались замутнёнными и смотрели в никуда.
Я подсознательно отвёл глаза.
– Эта фотография ужасна.
– А, вот эта? – Читанда придвинула фотографию поближе к себе. – Безусловно, не самый лучший снимок.
Дзюмондзи поставила чашку чая на низкий столик и, присев на подушку, начала рассказывать. – Ты зевнул, да? Изумительное чувство времени.
– Скорее, кошмарное.
Такое лицо у меня было вовсе не от зевания. Если бы мне пришлось угадывать… на фотографии запечатлён момент очарования. Вообще-то я не видел ничего подобного на фотографиях Сатоши, так что ясное дело, что подобное выражение на моём лице было не всегда. По крайней мере, мне хотелось в это верить.
– Извини, что я вот так притащила тебя сюда, но я просто не могла удержаться от смеха, когда увидела эту фотографию. Я подумал, что если бы тебя здесь не было, то это было бы похоже на то, что мы смеёмся над тобой у тебя за спиной, и это оставило бы у меня неприятный осадок.
Я понял, к чему она клонит, но вряд ли она изначально смотрела на фотографию с намерением посмеяться над ней. Какое благородство с её стороны.
– Кстати, вот эта фотография с Эру тоже просто кошмарная.
– Кахо-сан! Это уже слишком!
Они продолжали говорить и смеяться, обсуждая фотографии, а я тихо сидел между ними, медленно потягивая чай. Несмотря на то, что именно Дзюмондзи пригласила меня посидеть с ними, я чувствовал себя не в своей тарелке. Иными словами, мне отчаянно хотелось уйти, хотя пересохшее горло и оценило чай.
Я пытался дождаться паузы в разговоре, которую можно было бы использовать для прощания, но это было практически невозможно. Пока ждал, я полностью осушил свою чашку. Наверное, это был знак, что мне пора идти, но в этот момент Дзюмондзи вдруг посмотрела на часы.
– Уже так поздно? Тебе, наверное, пора идти, Эру.
Читанда улыбнулась. – Да, я знаю. Ты уже закончила свои дела?
– Ой, – сказала Дзюмондзи, застыв на месте. – Блин. Я собиралась это сделать, но увидела Ореки и отвлеклась.
Я не совсем понимал, о чём они говорят, но, похоже, это была моя вина. Дзюмондзи слегка нахмурила брови и опустила голову.
– Как жаль. Интересно, успею ли я…
– Что случилось? – спросил я.
На это Читанда ответила: “Сегодня я планировала показать Кахо-сан эти фотографии, а потом помочь ей кое с чем”.
Дзюмондзи объяснила остальное.
– Родственники попросили меня пройтись по магазинам. Я ушла, потому что времени оставалось мало, но потом встретила тебя и удивилась, совершенно забыв о поручении.
Она удивилась? Однако тогда это никак не отразилось на её лице .
– В таком случае я всё подготовлю, - сказала Читанда. – А ты иди, Кахо-сан.
– Ты уверена?
– Да. Мне это не впервой.
– Ты моя спасительница!
Сказав это, Дзюмондзи закрыла глаза и молитвенно сложила руки перед Читандой. Наму*.
– Разве это не из буддизма? – сказал я, еще не осознав этого.
Дзюмондзи открыла глаза.
– Это выходит за рамки религии. Кстати, Ореки, что ты теперь будешь делать? Я не против, если ты останешься здесь.
– Нет, я, пожалуй, откланяюсь. Спасибо за чай.
– Правда? Что ж, на здоровье.
Когда я уже собирался встать, мне вдруг пришла в голову одна мысль.
– Кстати, а чем ты собираешься ей помочь?
Читанда активно жестикулировала обеими руками, словно исполняя какой-то танец.
– Уборка!
Видимо, она имитировала взмахи метлой. Дзюмондзи пояснила.
– У нас есть миниатюрное святилище, посвященное Инари*. Правда, чистить его сегодня не обязательно.
– Ничего страшного. Я всё равно собиралась прийти сюда сегодня.
То есть, по сути, один человек собирался делать уборку за двоих... Лучше бы я этого не слышал. Но раз уж услышал, то ничего не поделаешь. У меня был только один вариант.
– Я помогу.
Сначала удивлённая, Читанда сразу сказала, что помогать вовсе не обязательно. Впрочем, она не стала отказываться от моего предложения.
======================
* Стационарный фронт - медленно движущийся(5-10 км/ч) или неподвижный атмосферный фронт.
* Небольшая выдержка из википедии: Хачиман – синтоистский бог войны, покровительствующий героям во время битвы. Кроме этого, у Хачимана есть черты морского божества, божества рисового поля и божества-покровителя кузнечного дела.
Под именем Хачимана обожествлён император Одзин (правил в 390—415 годах н. э.).
В Японии существует значительное число храмов, посвящённых Хачиману. Главный из них – Усадзингу в префектуре Оита.
* Храм Арекусу (Святилище Аракусу) – вымышленный синтоистский храм в Камияме, которым управляет семья Дзюмондзи. Храм Арекусу основан на храме Хиэ (Hie Jinja), расположенном в городе Такаяма, префектура Гифу.
П.с.: если у вас будет желание, после перевода новеллы могу вам перевести небольшую онлайн “экскурсию” по местам из аниме Хёка, с фоточками реальных мест.
* От майских ливней
Взбурлил поток твой быстрый,
Могамигава…
Это одно из знаменитых хайку Мацуо Басё, вариант перевода из книги “По тропинкам севера”, о которой я уже упоминал ранее. Стихотворец из меня такой себе, тем не менее предоставляю, на свой субъективный взгляд, более понятную, но куда менее поэтичную версию:
Майские дожди
Собираются в стремительный поток
Река Могами
* Такояки – популярное японское блюдо, шарики из жидкого теста с начинкой из отварного осьминога и овощей.
* Тории - П-образные ворота без створок в синтоистском святилище.
* Хирага Гэннай (1728-1780) - известный японский изобретатель, сатирик и фармацевт. Ореки здесь имеет в виду, что его элекитер (генератор статического электричества) (на японском звучит как erekiteru) звучит очень похоже на "Эру здесь" (на японском звучит как Eru kiteru).
* Наму (Namu) - буддийская молитва, означающая что-то вроде "аминь". Однако святилище Дзюмондзи - синтоистское, а не буддийское. Именно такое объяснение было представлено на бакацуки, однако, оно не совсем верно.
Наму - "посвященный", транслитерация санскритского námas, означающего: "почтение, почтительное приветствие, поклонение или обожание". Это прямо скажем далеко не “аминь”, а в данном конкретном случае – обожание и благодарность.
* Инари - синтоистский бог урожая и торговли. Инари – популярное божество: её храмы и святилища есть на большей части территории Японии. Согласно исследованию, проведённому в 1985 году Национальной ассоциацией синтоистских храмов, ей посвящены около 32 000 храмов — более трети от их общего числа. Роль посланников Инари выполняют лисы – кицунэ, поэтому статуи лис почти всегда украшают святилища Инари.
Пока что я до конца не определился с переводом названия, может быть несколько вариантов, если что, потом поменяю. Хмм… Удивительное дело, в этот раз сносок к переводу набралось аж на полторы страницы, а я тут ещё со своим послесловием как всегда. Ну, что могу вам рассказать, я наконец-то собрал ПК, теперь мои переводы ещё качественнее, ведь выполнены при поддержке rtx 4090. хД Можете меня поздравить. А ещё я вернулся к стримам и теперь осваиваю сюжет популярных в последнее время “рельсов”(Honkai: Star Rail). Нашел, называется, что постримить, на топовой видеокарте последнего поколения… В любом случае, буду рад, если залетите. А если подпишитесь, то знайте – это отличный способ сказать “спасибо”. Учитывая, что стримы больше разговорного характера, чем демонстрация “несомненно потрясающего геймплея”, то можно будет и переводы обсудить. Всю информацию по переводам, а также ссылки на стримы как всегда можно найти на бусти - https://boosty.to/papanius
Обновлено: 12.01.2026