29 сентября 1992 года.
На Хогвартс опустился вечер вторника. И пока студенты с содроганием ждали отработок, я, как педагог, предвкушал их. В конце концов, есть ли лучшая возможность наставить на путь истинный впечатлительные молодые умы – и, возможно, привить им чувство вкуса, – чем тихий вечер в моей компании?
Класс сиял в свете свечей. Я позаботился о том, чтобы убрать парты, заменив их ростовым зеркалом. На моем столе красовалась отполированная табличка: «Профессор Гилдерой Локхарт – куратор отработок и консультант по личностному росту».
Близнецы Уизли прибыли вместе. Они уже ухмылялись, точно лисы, обнаружившие, что курятник не заперт.
— Вечер добрый, Профессор, — сказал Фред.
— Рады видеть вас снова, — добавил Джордж. Оба выглядели донельзя довольными собой.
— А, предприниматели Уизли, — плавно произнес я, сложив руки. — Входите же. Сегодняшнее занятие будет немного иным… считайте это особой возможностью.
— Возможностью? — Осторожно переспросил Джордж.
Фред вскинул бровь:
— Хотите сказать, нам не придется драить котлы или сортировать флоббер-червей?
— Оставьте эти мысли! — Воскликнул я в ужасе. — Физический труд? Для таких визионеров, как вы? Нет-нет, мальчики, эта отработка посвящена совершенствованию. Вы здесь не для наказания. Вы здесь для огранки.
Они обменялись скептическими взглядами.
— Ладно, — протянул Фред. — И зачем нам это нужно?
— Да, — добавил Джордж, скрестив руки на груди. — Мы и так само совершенство.
— Совершенство? — Переспросил я, подходя ближе с понимающей улыбкой. — Вряд ли. Талантливы? Несомненно. Блестящи? Потенциально. Но вам не хватает одного критически важного компонента – подачи.
Я позволил этому слову повиснуть в воздухе, словно это было пророчество.
— Видите ли, мне кое-что известно о ваших… внеклассных проектах.
Их взгляды тут же метнулись ко мне, и впервые за вечер в них промелькнула вина.
— О, не стоит так пугаться, — бодро продолжил я. — Ваши экспериментальные фейерверки, сладости с подвохом, ваша, э-э, взрывная креативность? Это едва ли секрет. Весьма впечатляюще, на самом деле.
Фред прищурился:
— Вы же не собираетесь рассказывать Макгонагалл?
— Конечно нет! — Оскорбился я. — Напротив, я восхищаюсь предприимчивостью. Но скажите мне, мальчики, когда придет время продавать ваши чудесные изобретения, кто их купит? Дети? Взрослые? Лавочники? Инвесторы?
— Любой, у кого есть деньги, — мгновенно ответил Джордж.
— Желательно, побольше, — добавил Фред.
— Именно! — Я драматично указал на них пальцем. — И вот поэтому, джентльмены, вам нужен лоск. Если вы хотите что-то продать, вы должны сначала продать себя. Ключ к бизнесу – это уверенность, а уверенность начинается с подачи. Вы должны быть лучшей рекламой самих себя!
Они выглядели неубежденными.
— Вы хотите, чтобы мы… что, расхаживали павлинами, как вы? — Спросил Фред.
— Улыбались, пока челюсти не сведет? — Добавил Джордж.
Я восторженно хлопнул в ладоши.
— А вы схватываете на лету! Все дело в осанке, тоне и образе. Посмотрите на меня: люди купят у меня что угодно, даже если не знают, что это такое! Почему? Потому что я излучаю надежность.
Фред пробормотал себе под нос:
— И ослепляющие уровни эгоизма.
Я привычно проигнорировал этот комментарий.
— Урок первый, — сказал я, эффектно шагнув к зеркалу. — Присутствие. Бренд Уизли должен входить в комнату как фейерверк: ослепительно, незабываемо, слегка опасно, но никогда не неряшливо. Смотрите внимательно.
Я драматично развернулся, заставив полы мантии взметнуться, и задрал подбородок ровно настолько, насколько нужно.
— Видите этот контроль, эту уверенность, этот блеск? Теперь ваша очередь.
Фред попробовал первым и едва не запутался в собственной мантии.
Джордж расхохотался так сильно, что ему пришлось опереться на стол.
— Увереннее, мистер Уизли! — Наставлял я. — А не хаотичнее. Попробуйте еще раз, но представьте, что представляете свое последнее изобретение толпе восхищенных инвесторов.
Они обменялись взглядами, выпрямились и повторили попытку. На этот раз в их движениях появилась настоящая выправка и даже искра обаяния.
— Уже лучше! — Похвалил я. — Урок второй: внешний вид. Презентация начинается еще до того, как сказано первое слово.
Я с шиком извлек знакомый флакон: «Роскошные локоны Локхарта».
Фред моргнул:
— Это что… гель для волос?
— Эликсир для улучшения волос, — поправил я. — Достаточно всего одной капли. Давайте же.
Джордж вздохнул:
— Если от этого мои волосы станут фиолетовыми…
— Фиолетовый – это дерзко, — серьезно заметил я. — Но поверьте мне.
Они нанесли средство. Мгновенно их огненно-рыжие шевелюры засияли ярче, ловя свет свечей, точно два нимба.
Фред уставился на свое отражение:
— Что ж… а это и правда неплохо.
Джордж ухмыльнулся:
— Теперь мы похожи на настоящих бизнесменов.
— Именно! — Ликовал я. — Урок третий: уверенность. Если вы сами не верите в свою гениальность, никто не поверит. Повторяйте за мной: «Я ослепителен».
Они застонали.
— Ну же, — настаивал я. — С чувством!
Фред закатил глаза:
— Я ослепителен.
— Громче!
Джордж вздохнул:
— Я ослепителен!
— Да! — Провозгласил я, хлопая в ладоши. — Теперь вы понимаете! В этом и заключается суть метода Локхарта: обаяние, уверенность и рыночная привлекательность. Вы еще скажете мне спасибо, когда ваши товары будут разлетаться с полок.
К моменту окончания отработки близнецы, смеясь, расхаживали по комнате, точно заправские шоумены, отрабатывая «героические позы» перед зеркалом.
Уходя, Фред обернулся с ухмылкой:
— Знаете, Профессор, это и впрямь может помочь продажам.
Джордж добавил:
— И вы правы, имидж – это все.
Я удовлетворенно улыбнулся:
— Идите, мои протеже, и помните: миру нужно не только то, что вы создаете, но и то, кем вы являетесь.
Когда дверь закрылась, я поймал свое отражение в зеркале и подмигнул.
— Что ж, Гилдерой, — произнес я, — ты только что изобрел новую форму дисциплины и, возможно, создал двух будущих гениев маркетинга.
Зеркало, разумеется, ответило мне одобряющим взглядом.
…
К утру весть о том, что отработка у близнецов Уизли прошла «необычно», уже разлетелась по замку. По Большому Залу ходили слухи: кто-то утверждал, что их заставили драить портреты, другие шептались, будто Локхарт заставил их разыгрывать сцены из своих книг.
Но никто не догадывался о правде.
Ровно в восемь часов, когда студенты потянулись на завтрак, двери Большого Зала распахнулись с грохотом, достойным победы в Квиддиче.
Фред и Джордж Уизли вошли вместе. Их мантии развевались, волосы сияли неестественным блеском – безошибочно узнаваемый глянец «Роскошных локонов Локхарта» ловил каждый луч утреннего света.
Фред просиял, глядя на собравшихся:
— Доброе утро, Хогвартс!
Джордж драматично поднял палец:
— Вы устали от скучных завтраков? От унылых утр? От серого, нерентабельного существования?
— Тогда вам не нужно искать дальше! — Хором воскликнули они.
Половина зала замерла. Несколько первокурсников выронили свои тосты.
Макгонагалл, застывшая с чашкой чая в руке, оцепенела.
Где-то позади них раздался мягкий магический хлопок, и на их головы пролился дождь из блесток – результат работы «Мини-чудо-душа из искр» от «Всевозможных Волшебных Вредилок Уизли».
Фред развел руки в стороны:
— Представляем вам «Путь Уизли» – абсолютный стиль жизни, полный смеха, света и роскоши!
Джордж добавил:
— Вдохновленный не кем иным, как великим Профессором Гилдероем Локхартом!
Все взгляды в зале обратились к Главному столу. Локхарт, само собой, выглядел в восторге.
Он скромно помахал рукой.
— Они так быстро учатся, не правда ли? — Промурлыкал он Профессору Флитвику, который выглядел то ли впечатленным, то ли в ужасе.
Макгонагалл поставила чашку:
— О, они определенно кое-чему научились.
Близнецы уже лавировали между столами, раздавая пергаментные листовки, заговоренные сверкать надписями вроде «Уверенность заразительна!» и «Покупай с умом – покупай с улыбкой!»
Фред наклонился к ошеломленной когтевранке и произнес:
— Подача, дорогая моя, – это половина магии.
Джордж вскинул голову, и его волосы блеснули, точно маяк.
— У вас никогда не будет второго шанса произвести ослепительное первое впечатление, — ухмыльнулся он.
— Борода Мерлина, — пробормотал Шеймус Финниган. — Локхарт их заразил, что ли?
— Скорее, клонировал себя, — отозвалась Гермиона, наблюдая за происходящим с испуганным восхищением.
К этому моменту близнецы извлекли поднос с «демонстрационными образцами»: там были Наборы для Прогульщиков, Канареечные Сливки и прототип под названием «Сыворотка Сияния Уизли» (которая подозрительно напоминала разбавленное зелье для волос).
Фред объявил:
— Количество бесплатных образцов ограничено! По вопросам будущего сотрудничества пишите совами во «Всевозможные Волшебные Вредилки Уизли», филиал в Косом Переулке, открытие скоро… ну, почти!
Джордж усмехнулся:
— Правила, условия и возможные взрывы прилагаются.
Они застыли в финальной синхронной позе у подножия Главного стола, подмигнув Локхарту. Тот поднялся со своего места, с энтузиазмом аплодируя.
— Великолепно! Какая уверенность! Какой артистизм! Что ж, осмелюсь сказать, из вас обоих выйдут легенды маркетинга! Пятьдесят баллов Гриффиндору!
Макгонагалл, однако, была впечатлена куда меньше. Она сдавила переносицу пальцами и шумно вздохнула.
— Мистер Уизли. Мистер Уизли. Я не припомню, чтобы одобряла модный показ перед завтраком.
Фред отвесил ей галантный поклон:
— Это не мода, Профессор. Это брендинг.
Джордж серьезно кивнул:
— Профессор Локхарт сказал, что имидж – это всё.
Локхарт невинно улыбнулся:
— Ах, да, ну, это было исключительно в образовательных целях, уверяю вас. Закалка характера!
— Закалка характера, — повторила Макгонагалл голосом настолько холодным, что им можно было бы заморозить масло. — Сорок баллов с Гриффиндора и еще одна отработка сегодня вечером. А вы, Профессор Локхарт, можете ее проконтролировать, раз уж вы столь эффективны. Но на этот раз – в классе Трансфигурации.
Улыбка Локхарта слегка померкла.
— Ах. Ну что же. Второе занятие никогда не помешает…
Фред и Джордж обменялись ухмылками и вальяжно вышли из зала, а их волосы все еще искрились под сводами потолка.
— До вечера, Профессор!
— Не опаздывайте на собственный семинар по брендингу!
Когда они скрылись в коридоре, оставив после себя след из блесток, Локхарт мечтательно вздохнул:
— Блестящие мальчики. Визионеры. Кажется, я только что создал своих первых протеже.
Макгонагалл одарила его взглядом, способным пробить доспехи:
— А еще вы только что создали мою первую головную боль за сегодня.
Локхарт улыбнулся:
— Ах, Минерва, прогресс всегда требует жертв.
…
Вечер наступил быстрее, чем ожидалось. К тому моменту, когда часы на башне пробили семь, класс Трансфигурации уже был в распоряжении Профессора Локхарта.
Парты были отодвинуты, их место занял длинный стол, накрытый бархатом (откуда он взялся – никто не знал), три стула и необъяснимое количество зеркал. В воздухе плавали свечи, чарующе мерцая, а слабый аромат его одеколона висел невидимым туманом.
В дальнем конце класса стояла Макгонагалл. Ее руки были скрещены на груди, а губы сжаты в тонкую, непреклонную линию.
— Я надеюсь, — произнесла она тоном, режущим воздух словно скальпель, — что эта отработка не будет включать в себя блестки, аплодисменты или, упаси Мерлин, маркетинговые лозунги.
Локхарт лучезарно улыбнулся:
— Минерва, дорогая коллега, помилуйте! Это будет сугубо образовательный опыт. Можно сказать, мастер-класс! Я назвал его «Искусство презентации: профессионализм, грация и убеждение».
Фред шепнул Джорджу:
— Звучит как рекламный питч.
Джордж кивнул:
— Ставлю на то, что за продолжение он сдерет по десять галлеонов с носа.
Взгляд Макгонагалл мгновенно заставил их умолкнуть.
Локхарт откашлялся, принимая величественную позу перед зеркалами.
— Итак, джентльмены, как будущие бизнесмены, вы должны усвоить три «П»: Подача, Присутствие и Позирование.
Фред вскинул бровь:
— А как насчет Продукта?
— Или Прибыли? — Добавил Джордж.
— Ах! — Локхарт погрозил им пальцем. — Это придет позже, когда вы уже очаруете свою аудиторию! Помните, вы не сможете продать продукт, если сначала не продадите себя. Имидж, мальчики! Вы должны излучать уверенность! Вы и есть бренд.
Близнецы обменялись взглядами, которые ясно говорили: «Он это серьезно».
Локхарт зашагал перед зеркалом, демонстрируя движения:
— Смотрите: плечи назад, подбородок выше, блеск в глазах, который говорит: «Доверьтесь мне, я стою каждого кната». Пробуйте!
Близнецы начали подражать ему с преувеличенным рвением, выпячивая грудь и демонстрируя идентичные белозубые ухмылки.
— Великолепно! — Локхарт хлопнул в ладоши. — Теперь помните: ваша улыбка – это ваше рукопожатие еще до того, как вы протянете руку. Люди покупают харизму раньше, чем конфеты!
Джордж пробормотал:
— Или раньше, чем поймут, что это чушь.
Фред фыркнул:
— Говори за себя, я уже купился.
Локхарт игнорировал комментарии, будучи слишком занят разглаживанием своей мантии и любованием собственным отражением.
— Теперь перейдем к осанке и подаче, — продолжил он. — Мистер Уизли… ах, оба вы, стойте ровно. Обращаясь к клиентам, поддерживайте зрительный контакт, но никогда не сверлите их взглядом. Излучайте тепло! Вы их не обманываете, вы их очаровываете.
Макгонагалл потерла переносицу:
— Это не отработка. Это семинар по самолюбованию.
— Напротив! — Бодро отозвался Локхарт. — Они обучаются бесценным жизненным навыкам. Только представьте успех «Всевозможных Волшебных Вредилок Уизли», приправленный толикой локхартовской харизмы. Картина маслом! Каждая витрина сияет, каждое рекламное объявление подписано с улыбкой. «Покупайте гениальность в стиле Уизли!»
Глаза Фреда загорелись:
— А это… вообще-то неплохо.
Джордж ухмыльнулся:
— Мы могли бы так сделать. Плакаты с нашими лицами и надписью: «Гарантированно взорвет вас от радости!»
Макгонагалл резко вмешалась:
— Мне казалось, целью этой отработки была дисциплина, а не управление брендом.
Локхарт истово закивал:
— Именно поэтому я учу их профессионализму! Это дисциплина для современного волшебника!
Фред поднял руку, словно на уроке:
— Так, Профессор, если имидж – это все, может, нам стоит еще раз попрактиковать эффектное появление? Ну, знаете, рывок двери, искры, драматичная поза.
— Отличная инициатива! — Локхарт просиял. — Десять баллов за энтузиазм!
— Профессор Локхарт, — вставила Макгонагалл угрожающе тихим голосом, — вы не можете начислять баллы во время отработки.
— О, разумеется, разумеется, — быстро поправился он. — Привычка, знаете ли. Стремление к совершенству в преподавании заложено во мне природой.
К концу часа близнецы научились позировать, подмигивать и выдавать рекламные слоганы с такой локхартовской точностью, что это становилось почти пугающим.
Наконец Макгонагалл объявила:
— На сегодня достаточно. Если кто-то из вас устроит еще одно… «пиар-мероприятие» в Большом Зале, я лично прослежу, чтобы вы выдраили каждый котел в замке.
Фред и Джордж драматично поклонились:
— Слушаемся, Профессор.
— И спасибо вам за этот… просветительский опыт.
Когда они ушли, все еще посмеиваясь, Макгонагалл повернулась к Локхарту с тем самым взглядом, который учителя приберегают для самых безнадежных случаев.
— Я не могу решить, — сухо произнесла она, — поощряете ли вы предпринимательство или хаос.
Локхарт улыбнулся, смахивая воображаемую пылинку с рукава:
— Минерва, почему бы не и то, и другое? Инновации процветают там, где искрится озорство.
Она издала страдальческий вздох:
— Вы меня в могилу сведете, Гилдерой.
Локхарт негромко рассмеялся, глядя в зеркало.
— О, дорогая Профессор Макгонагалл, вы раните меня в самое сердце. Я всего лишь готовлю следующее поколение гениев. Уверенных в себе, обаятельных гениев.
Она одарила его последним предупреждающим взглядом и стремительно вышла из класса.
Отражение Локхарта подмигнуло ему в ответ.
— Всё еще в форме, старина, — прошептал я. — Всё еще в форме.
…
Обновлено: 02.02.2026