— Что там внизу происходит? — Полюбопытствовал Кайсен.
— Полуночная дуэль между Слизерином и Гриффиндором, — холодно бросил Снейп. — Ничего интересного.
Только тогда Кайсен перевел взгляд на источник шума. К сожалению, из-за приличного расстояния разобрать слова было невозможно.
С обеих сторон собрались сплошь знакомые лица. Четверка юных волшебников из Гриффиндора: Гарри, Невилл, Рон и Гермиона.
Слушая раньше разговоры Гарри и Невилла, Кайсен полагал, что их отношения с Гермионой оставляют желать лучшего. Видимо, все изменилось после того случая, когда она помогла Невиллу и посоветовала ему обратиться в Кабинет Кайсена.
Слизеринцы тоже не были чужаками. Возглавлял их Драко Малфой, а вот двух других мальчишек Кайсен не знал.
К слову, если Люциус Малфой, отец Драко, воплощал в себе сдержанность и отстраненность высшего сословия, то его сын так и лучился спесью и заносчивостью.
Честно говоря, не будь они так похожи чертами лица и цветом волос, Кайсен бы всерьез засомневался…
Впрочем, не стоит – это было бы невежливо.
— И никто не собирается их разнимать? — Снова спросил Кайсен у стоящего рядом Снейпа.
— Можно, но излишне. Слизерин и Гриффиндор враждуют столько лет, что подобные мелочи не заслуживают внимания. В крайнем случае вмешается кто-нибудь из любителей совать нос в чужие дела.
— Любителей?
— Тот сквиб.
— …Мистер Филч? Он сквиб?
— Причем сквиб, не желающий мириться с судьбой, — Снейп неожиданно пустился в объяснения. — Большую часть жалованья, которое Дамблдор платит ему все эти годы, он спускает на бесконечную вереницу мошенников, специализирующихся на «лечении» богатых сквибов.
— Понятно, — Кайсен кивнул. Вечерняя кутерьма не вызвала у него и тени волнения.
Когда ужин подошел к концу и Кайсен уже собирался вернуться к себе в Кабинет, Снейп вдруг заговорил:
— Кстати. Чуть позже нам нужно зайти в тот коридор. Я уже сварил то безобидное зелье, о котором ты говорил, – Живую смерть, действующую через воздух и контакт с кожей. Но мне нужно заправить его в твое алхимическое творение.
— Без проблем. Прямо сейчас?
— Именно.
Они покинули Большой зал и направились прямиком к заветному коридору.
Когда они остановились у дверей заброшенного класса, в руках Кайсена внезапно возник проигрыватель, а в другой руке – стопка пластинок. Он перебирал их, словно веер игральных карт.
— Что это ты делаешь? — Нахмурился Снейп.
— Хагрид сказал, что если этот трехглавый пес услышит музыку, то сразу уснет. Вот, выбираю подходящую пластинку.
— В этом нет необходимости, — Снейп покачал головой и, выхватив волшебную палочку, шагнул внутрь. — Это всего лишь животное. Хватит одного «Оглуши»…
— А-а-а!
— Мне нужна музыка! Мью-зик! Мью-зик!
У Кайсена задергался уголок рта. Бросив проигрыватель и пластинки, он метнул кусок обсидиана, который в воздухе разделился на три части и с глухим стуком приложился по каждой из голов пса.
— С-с-с… Ну и шустрая же тварь, — Снейп задрал штанину, разглядывая окровавленную рану на голени.
— Вы были слишком неосторожны, — Кайсен участливо озвучил то оправдание, которое Снейпу было неловко произнести самому.
— Будьте добры, придержите меня.
— Конечно, — Кайсен подставил плечо. Снейп тем временем достал из кармана флакон с ярко-красным зельем и вылил его прямо на рану.
— Есть что-нибудь вроде бинта?
— Э-э, думаю, это подойдет… правда, без дезинфекции, — Кайсен достал большой клок шерсти, скатал его и слегка растянул.
— Сойдет, — Снейп принял шерсть и посыпал ее сверху порошком из другого флакона. — В самый раз.
Снейп кивнул и, нагнувшись, перебинтовал ногу. Дальше они продвигались без заминок до самого конца.
Это еще раз подтвердило «качество» полосы препятствий, устроенной Хагридом.
Остальные профессора, включая Кайсена, создавали испытания так, чтобы Квиррелл или Гарри могли их пройти, словно в игре.
И только Хагрид искренне стремился прикончить любого незваного гостя.
Вот уж кто действительно честен в своих намерениях.
Пока они заправляли зелье в распылители, Кайсен с любопытством вертел в руках один из флаконов.
— Это зелье?
— Настоящее, без подделок, — отрезал Снейп.
— Ладно. Хотя не факт, что наше варево вообще пригодится.
— В таком случае заберем его обратно. Идем.
Они вернулись в класс с трехглавым псом. Кайсен осторожно поднес перышко к мордам зверя, проверяя дыхание.
Не зная наверняка, три ли у него набора легких, он на всякий случай проверил каждую голову.
Убедившись, что пес жив, он с облегчением выдохнул.
В конце концов, Хагрид так любит магических существ; если бы этот здоровяк испустил дух, лесничий был бы безутешен.
— Как ваша нога? — Кайсен снова посмотрел на Снейпа.
— В зубах трехглавого пса есть Тёмные искусства. Исцеляющие составы и белоцвет тут бессильны, остается только ждать, пока заживет само.
— Гм, может, мне помочь? Смастерить инвалидное кресло, например? Не волнуйтесь, оно будет на магическом приводе, крутить колеса самому не придется.
— Избавьте меня от этого, — губы Снейпа скривились.
— Хорошо. Если что-то понадобится – просто пришлите ко мне ученика с запечатанным письмом.
— …Если возникнет нужда, я так и сделаю.
— Угу. Проводить вас до Кабинета?
— Нет.
Снейп, позеленев лицом, удалился в одиночестве. Однако два уведомления о повышении симпатии, всплывшие перед глазами Кайсена, безжалостно выдали истинные чувства профессора, скрытые за маской невозмутимости.
— Типичный цундэрэ, — проворчал Кайсен, не до конца понимая такое поведение.
Вернувшись к себе, он взглянул на расписание, приколотое к столу. Завтра занятий нет. Превосходно – значит, сегодня можно лечь попозже или не ложиться вовсе.
Это заставило его вновь порадоваться комфортной жизни преподавателя факультативов в Хогвартсе. У учителей обязательных предметов – семь курсов, четыре факультета, уроки почти каждый день, и вечно эти лекции в восемь утра.
На факультативах все было куда приятнее.
Поскольку у юных волшебников есть право не выбирать этот предмет, большинство курсов (а то и все сразу) занимались всеми четырьмя факультетами одновременно. В итоге выходило всего четыре лекции в неделю.
Если бы Кайсен решил поднапрячься и провести все четыре урока в один день, он мог бы отдыхать оставшиеся шесть. Чистый график «один через шесть».
Но он так не делал. Во-первых, это действительно утомительно. Во-вторых, такой график наверняка привлек бы внимание неких непостижимых сущностей.
Которые тут же завалили бы его горой новых поручений.
Это он про Дамблдора, если что!
Раззадорив себя подобными мыслями, Кайсен окончательно растерял всякое желание спокойно послушать пластинки в тишине своего Кабинета.
Обновлено: 18.02.2026