Глава 15 — Глава 15

— Моя жена лишь поздоровалась с графиней, — раздраженно сказал Сильвестр. Услышав его слова, Каллиан прищурился. — Так ты хочешь сказать, что Офелия не виновата? Сильвестр твердо ответил: — Именно. «О Боже». Я не думала, что Сильвестр так ответит, поэтому почувствовала странное успокоение. Я посмотрела на Сильвестра благодарным взглядом.   Однако… — Моя жена лишь виновата в том, что у нее страшное лицо. — … Неужели он испортил этот момент? Да, он испортил этот момент. Я ошарашенно уставилась на Сильвестра, но он только пожал плечами. — В любом случае, моя жена, похоже, ни в чем не виновата, так что я не понимаю, почему Ваше высочество так сердится. Каллиан бросил на Сильвестра острый взгляд: — Ты закончил говорить? — Нет, — быстро продолжил Сильвестр, — даже если моя жена действительно сделала что-то не так, я считаю, что Вашему высочеству не следует злиться на нас обоих. По крайней мере, тебе следовало не ввязывать в это меня. — С чего бы это? — спросила я чисто из любопытства. Сильвестр небрежно ответил: — Я занят, а ты - нет. — Ты защищаешь меня или помогаешь ему? — Я уже достаточно защитил тебя. — Я так не думаю, — пробормотала я, но замолчала в тот момент, когда заметила взгляд Каллиана, который пронизывал нас обоих. Все выглядело так, словно он собирался отдать приказ о казни. — Я приказал Офелии никогда больше не разговаривать с Флер! Вот только случилось совсем не это! Она - первая поздоровалась со мной, поэтому я не понимала, в чем именно виновата я. — И ты не выполнила мой приказ, не так ли? Я думаю, что пренебрежение приказами наследного принца — достаточно веская причина для наказания. Сильвестр посмотрел на меня сверху вниз после слов сердитого Каллиана. Я не знала, что может произойти что-то подобное, поэтому посмотрела на Сильвестра, пытаясь сказать ему, что наследный принц поступает несправедливо. Его брови сдвинулись вместе, когда он сказал: — Как ты можешь приказывать людям не здороваться друг с другом? — Подумай о том, что твоя жена сделала с Флер! — Я ни о чем не знаю. Ты никогда ее ни за что не осуждал, не так ли? Это было правдой. В оригинальном романе Офелия никогда не была наказана за свои проступки, и все, благодаря власти герцога Райзена. Каллиан хорошо это знал и скривил лицо. — Так вот ты какой, герцог. — Я всегда был таким, — Сильвестр пожал плечами, как будто ему было все равно. — Герцог, — Каллиан стиснул зубы и сжал кулаки, — тебе не кажется, что это уже слишком? — Ну, — Сильвестр улыбнулся, как будто ждал этого, — если для меня слишком бесцеремонно защищать свою жену, — он поднял бровь, глядя на принца, — то не слишком ли бесцеремонно для Вашего высочества заступаться за честь графини, которая замужем за другим мужчиной? — Сильвестр Райзен!          Каллиан вскрикнул и быстро переключил свое внимание на Флер. Как и ожидалось, Флер поднесла ладонь ко рту. Из ее глаз полились еще большие слезы. — Как ты можешь такое говорить! — Флер! И она выбежала из комнаты.  Истинная драматическая героиня. Причина, по которой она сбежала, была проста — все, что сказал Сильвестр, было правдой. Флер еще не развелась, они были только в середине развода, но из-за этого она могла часто встречаться с Каллианом, и наследный принц также мог продолжать приглашать ее в свой замок. Однако, несмотря на сказочную историю их любви, она  еще была замужней женщиной. Вот почему публичная критика была совершенно неизбежна. Прямо, как сейчас. — Ненормальный, — Каллиан пожевал губами и откинул волосы с лица. — На этот раз я не спущу вам этого с рук. — Сказал он, глядя на нас обоих. Послушай, я только что извинилась, но... «Но Каллиан никогда не признавал меня». — Просто подождите, и я обязательно преподам вам урок!  Затем он выбежал вслед за Флер, оставив меня и Сильвестра в гостиной, который почему-то был рассержен.   ****** — Флер! — Каллиан побежал за ней и схватил ее за запястье. — Я никогда их не прощу, обещаю!  И он не шутил. Он был очень зол. В тот день Каллиан уже с утра был в плохом настроении, потому что Офелия Райзен доставила ему странное письмо; в письме упоминалось имя его матери, Маргарет. Подпись также была такой же, как та, которую он видел в дневнике своей матери, когда был ребенком. Поэтому не казалось, что письмо было подделкой. Наконец-то, спустя столько времени, он нашел последнее письмо своей матери. Это его ошеломило, но в то же время ему было неприятно от того, что именно Офелия Райзен отдала ему письмо. Она была порочной женщиной — женщиной, которую он даже не хотел видеть в поле своего зрения. «Откуда у нее письмо моей матери?» Было очевидно, что она выпытала у кого-то письмо, поэтому Каллиан не пустил Офелию к себе. Он думал, что понял, каким способом она получила это письмо, но даже придя к такой мысли, он продолжал чувствовать неловкость. С другой стороны, Флер все еще плакала. Она сказала, что израсходовала слишком много энергии во время разговора с Офелией, что невероятно разозлило Каллиана. «Как ты смеешь не подчиняться моим приказам?» Вот почему он позвал пару Райзен — чтобы отомстить им. Но что произошло вместо этого? Его план провалился, и в итоге он втянул в это Флер. Все было похоже на то, что кто-то хотел унизить его, наследного принца. — Я клянусь, я обещаю тебе. Я поставлю все на кон и разберусь с герцогом Райзеном, хорошо? Флер со слезами посмотрела на Каллиана. — Ваше высочество, — она уткнулась лицом в руки Каллиана. — Это нормально, когда оскорбляют меня, но я не хочу, чтобы кто-то оскорблял вас из-за меня. Каллиан нахмурился. Он погладил Флер по спине, вздыхая: — Неужели это нормально — оскорблять тебя? Это совсем ненормально. — Но... — Как ты можешь быть такой доброй? — Он полностью верил Флер; именно она спасла его, когда он был на самом низком уровне, именно она бескорыстно заботилась о нем. Кому еще он мог бы так доверять? Каллиан был весь пропитан Флер: — Не зацикливайся слишком сильно на этом, я сам со всем разберусь. — Нет, ты не сможешь, — Флер покачала головой. — Герцог Райзен — глава аристократии. Пока он находится в оппозиции к тебе, ты не можешь безрассудно нападать на него. — Флер. — Я не хочу, чтобы из-за меня ты попал в неприятности... — Не говори так. — Каллиан крепко обнял Флер. — Как ты можешь вовлечь меня в неприятности? — Он отстранился от Флер и вытер ее мокрые щеки. — Не плачь, пожалуйста, мое сердце разрывается, когда ты плачешь. — И снова Каллиан клялся, успокаивая хнычущую Флер. — Я как-нибудь накажу ее, так что перестань плакать, мне от этого так больно. Флер опустила голову и глубоко вздохнула: — Спасибо, Ваше высочество.  Затем она вернулась в его объятия. Каллиан крепко прижал ее к своей груди. Он не мог видеть выражение ее лица, когда она находилась в его объятиях.   ****** Сильвестр и я были в гостиной. Нас было только двое. Я причмокнула губами. — Ты их очень сильно разозлил, — сказала я, почесывая щеку. Я сказала это так небрежно, потому что подумала, что это может быть причиной гнева Сильвестра. — Почему ты просто стояла на месте? — Что? — Если тебе казалось, что они несправедливы, ты должна была разозлиться еще больше! Что, если он просто закатил тебе детскую истерику, и ты на самом деле не сделала ничего плохого? — Нет, почему ты злишься на меня... Оставив растерянную Офелию без ответа, Сильвестр потер голову и ослабил галстук. Он чувствовал себя очень странно из-за того, как Каллиан разозлился на Офелию. Ему не нужно было слишком много задумываться об этом, ему должно быть все равно на оскорбления своей жены, ведь все это не имело к нему никакого отношения, и все же он чувствовал себя странно ужасно. «Интересно, почему?» Сильвестр, который обдумывал это чувство, ответил: — Если ты хочешь, чтобы кто-то поругал тебя, то это сделаю я.  Если бы он собирался избавиться от проблемы, он бы так и сделал, но он пребывал в плохом настроении, поэтому он этого не сделал. — Не позволяй другим, ругать тебя. Я не скрывала своего недоумения: — Мне тоже следовало рассердиться? — Я внимательно посмотрела на Сильвестра. — Я собираюсь соблазнить наследного принца, поэтому мне пришлось усмирить свой гнев, чтобы не уничтожить наш план. Это было правдой. Сильвестр на некоторое время закрыл рот, пока тихий вздох не сорвался с его закрытых губ. — Почему ты так злишься? Это сбивает меня с толку. Сильвестр в этот момент потерял дар речи. Почему он был так зол? Он ответил: — Я должен показывать перед наследным принцем свою заботу о тебе. Я же тебе говорил. Это должно было заставить наследного принца больше интересоваться Офелией. Больше не было никакой другой причины. Сильвестр думал именно так, но Офелия, казалось, не поверила в это. — Но ты слишком разозлился, не так ли? — У меня проблемы с контролем гнева. Разве ты не знала? — … «Это имеет смысла». Я посмотрела на Сильвестра, но Сильвестр  не изменил выражения своего лица. Он только уставился на дверь, за которой исчез Каллиан. — Мне интересно, как все обернется, — пробормотал Сильвестр. — Ну, как бы все не обернулось, я не буду просто стоять и смотреть.