Том 3 Глава 28 — Глава 7

Глава 7 – Дикий Пёс Защитит Тебя   «Шиико, Летние Камелии расцвели…» - были последние сказанные Томохико слова. Похоже его разум восстановился, поскольку в этой еле слышно произнесённой фразе, с нежной улыбкой он упомянул по имени именно свою внучку. Услышав об этом от медсестры, полная раскаяния Шиико закусила губы. …О чём она сейчас сожалела? Возможно о том, что не находилась рядом с дедушкой в последние минуты его жизни? Или же о том, что всё затеянное ради его выздоровления оказалось напрасным…? Похороны были простыми, за их организацию отвечали Масакадзэ с Кохару. Масакадзэ очень недолюбливал всех представительниц женского пола, а Кохару испытывала аналогичные чувства к мужчинам. И хоть как правило они предпочитали как можно меньше общаться друг с другом, но в подобные моменты слаженно и спокойно всё делали совместно. Коремицу с Хикару стояли рядом с Шиорико. За всё время прощальной церемонии она не проронила ни слова; безвольно опустив руки, она с повлажневшими глазами смотрела куда-то вниз. На похоронах также присутствовал и Кудзэ, предложив позаботиться о Шиорико, на что Масакадзэ ответил, что это она должна решить сама. - «Пожалуйста, пошли со мной.» Произнёс он неуверенно на неё посмотрев, но одетая в простое чёрное платье девочка молчала, продолжая смотреть в никуда своими безжизненными глазами. - «……» Но всё же через некоторое время она слегка кивнула, отчего Кудзэ облегчённо про себя выдохнул, поскольку наверное опасался что Шиорико не примет его приглашения. Вот только Коремицу с Хикару смотрели на неё с тяжёлым сердцем, не решаясь высказаться ни за, ни против. Спустя два дня Кудзэ прислал машину с выбранной им для Шиорико милой кружевной блузкой и юбкой. Послушно переодевшись, она вышла из дома со своей игрушкой капибара в руках, после чего низко поклонилась Кохару с Масакадзэ: - «Благодарю за проявленное вами гостеприимство.» После чего слегка нахмурившись, повернулась к Коремицу: - «Пока…» И прошептав это, тут же села в машину и уехала. Коремицу, Хикару, Масакадзэ и Кохару продолжили молча стоять перед домом, не отрывая взгляда от удаляющейся машины, пока та не исчезла из виду. - «Ах да… нужно ведь постирать.» - «Меня попросили кое-что сделать, поэтому я пойду.» - «Мне нужно в школу….» Неловко переглянувшись, все поспешили поскорее уйти. - «Коремицу, ты неправильно одел левый и правый носок.» Коремицу щёлкнул языком, после чего поменял носки местами и отправился в школу. …Вряд ли я больше никогда не смогу с ней увидеться. Он знал где она живёт, так что мог прийти навестить её в любое время. Так что если она попадёт в беду – то он всё равно сумеет ей помочь. Вот только в независимости от всех его самоутешений, взбодриться у него всё никак не выходило. Хикару своим видом также этому не способствовал… …Скорее всего он думает о том же, о чём и я. Тем не менее, хоть они и были оба в печали, но вот сказать о чём думает другой – точно не могли.   ♢ ♢ ♢   Коремицу переобул ботинки перед своим шкафчиком для сменной обуви, как вдруг кто-то сзади постучал по плечу. - «Доброе утро Акаги!» Обернувшись, он обнаружил весело смотревшую на него Хоноку. - «Ага… доброе.» - «Сегодня Шиико вернулась к отцу, правильно? Здорово, что она сможет жить в семье.» Поскольку Хонока, Аой и Хиина помогали ему в розысках Шиико – то обзвонив их всех он сообщил, что дедушка Шиорико умер, отчего его некоторое время не будет в школе, и что она будет жить со своим отцом. …Не знаю как они будут уживаться друг с другом… но кроме Кудзэ из близких родственников у неё действительно никого не осталось. Вот только он не мог поделиться терзающими его мрачными мыслями со столь счастливо выглядевшей Хонокой. - «Родители – это лучшее, что только может быть у детей.» - «Шикибу абсолютно права.» Внезапно вмешалась в их разговор Хиина. - «Лучше всего жить именно в семье. Семья – это самое драгоценное сокровище.» Уверенно произнесла она улыбнувшись. - «Ага…» Отвернувшись от них и начав идти по коридору, пробурчал Коремицу. - «Да…» Так же безжизненно вмешался Хикару: - «…это действительно здорово, что Шиико может быть со своим отцом…» - «Наверное да…» И в то время как они оба мрачно смотрели вперёд: - «Поздравляю!» Неожиданно на пути Коремицу оказалась Асай Сайга. Яростно на него уставившись – она выглядела словно разъярённая фурия, рядом с которой стояла пытавшаяся успокоить её Аой. - «Аса, пожалуйста, не делай этого.» Тянула она за руку Асай, но последняя оставалась неподвижной: - «Тебе конечно же хорошо небрежно бросать: «Здорово, что она может видеться со своим отцом». Вот только если он введёт в семью ребёнка от любовницы – то это испортит его репутацию. Единственное что он может ей дать – так это некоторую сумму на ежемесячные расходы, и не допустить чтобы она виделась с остальными родственниками. Он отправит своего ребёнка подальше в школу-интернат, и не собирается выполнять никаких обязанностей как отец! Какое огромное счастье для ребёнка, не так ли?! Да ты действительно придурок!» Коремицу попросту потерял дар речи. Во-первых он и подумать никогда не мог, что такая отчуждённо холодная и расчётливая Асай будет так на него эмоционально кричать, а во-вторых… …Шиико отправят в школу-интернат?! Я ничего не слышал об этом! Но если он не собирается признавать их связь, то… Проклятие… он наверняка сумел это понять, если бы хоть немного подумал. У Кудзэ была жена, дети и даже внуки, кроме того он обладал репутацией и влиянием. Неужели он рассчитывал, что тот сможет признаться в существовании незаконнорождённой дочери, всё ещё учащейся в начальной школе? И это ещё если не брать во внимания того факта, что её мама родила в 15-ти летнем возрасте…?! Для Кудзэ это был определённо один из тех скелетов в шкафу, который он точно не собирался выставлять на всеобщее обозрение… …Но ведь он лично посетил нас с просьбой передать ему Шиико. На первый взгляд он действительно её любит, и Шиико тоже не отказалась, поэтому я и… Лицо Хикару застыло, словно предсмертная маска. - «Конечно же она счастлива.» Внезапно прервала возникшее молчание Хиина, и уверенным голосом продолжила: - «Именно ради неё отец и посылает свою дочь в школу-интернат. Поэтому она и будет рада принятому им решению.» Асай перевела свой презрительный взгляд на Хиину. Чувствуя понемногу нарастающую тревогу, но не в силах самостоятельно разобраться в этой возникшей ситуации – Хонока переводила взгляд с Асай, на Хиину с Коремицу и обратно. Слова Хиины захватили Коремицу врасплох во второй раз. …Ради Шиико? Но ведь это действительно правда, ведь лучше отправить её учиться в школу-интернат, нежели она будет подвергаться остракизму как незаконнорожденный ребёнок. …Кудзэ намеревается защитить её по-своему? Вот только достаточно ли он любит Шиико и будет следить, чтобы ей не было одиноко? И самое главное, будет ли счастлива Шиико? Коремицу не знал верных ответов, его сердце бешено колотилось, а голова словно собралась взорваться. Но в этот момент заговорила Аой: - «Я чувствую что Шиико… она как Хикару.» Коремицу поражённо расширил глаза. - «У Хикару тоже… погибла мама когда он был молодым, и его ввели в семью Микадо…» Вздрогнув, Хикару уставился на Аой, отчего в его глазах под опущенными бровями можно было увидеть намёки на грусть. Выражение его лица напомнило Коремицу о Шиорико, когда та покидала их дом. Тогда она также нахмурившись, тихо попрощалась: «Пока…». Сказано это было с таким же пустым выражением, какое было у неё на похоронах Томохико… в то время как на похоронах Хикару она стиснув кулаки, с красными опухшими глазами не сдерживая себя рыдала. Когда Кудзэ предложил её забрать – она выглядела совершенно не в себе, какой-то ошеломлённой. Когда она кричала Коремицу: «Не относись ко мне как к ребёнку!» - она изо всех сил сдерживала подступающие к её глазам слёзы. Когда они спали вместе – она уткнувшись в его шею плакала и всхлипывала. Но когда за ней приехала машина – её лицо было совершенно безжизненным… «Я не хочу, чтобы Шиико превращалась в ребёнка, который больше никогда не сможет плакать» …А ведь точно! Шиико ведь не плакала с того самого момента, как умер её дедушка! Асай права… я действительно придурок, раз понял это только сейчас! Коремицу с силой стиснул зубы и сжал кулаки, а его голова достигла уже степени онемения. - «Шикибу!» - «Эм! Эмм...? Да!» Растерялась Хонока из-за того, что он настолько неожиданно её окликнул. - «Передай учителю, что мне нужно срочно уйти.» Аой с Хииной расширили глаза, в то время как Коремицу пренебрежительно процедил Асай: - «Благодарю…» После чего вернулся к шкафчику для обуви. …Проклятие, я на самом деле уже дважды должен этой чёртовой надоедливой девке! - «Стой! Акаги! Куда тебе нужно срочно уйти?! Ты ведь только что пришёл в школу!» Проигнорировав крик Хоноки, Коремицу переобулся и вышел из школы под яркое утреннее солнце. Что тут же вызвало у находящихся возле входа учащихся давку, поскольку выражение его лица, поза и взгляд побуждали окружающих оказаться где-нибудь подальше, причём желательно как можно скорее. Сделав шаг вперёд, Коремицу обратился к находившемуся позади него другу: - «Ну что скажешь Хикару?» Даже не оборачиваясь он словно увидел его неуверенных вздох, сопровождавшийся колеблющемся голосом: - «Я считал… что в данный момент Шиико нуждается в опекуне. Поскольку Мистер Соитиро на самом деле любит Шиико, и она не стала отказываться – у меня не было причин высказываться против этого. Всё же Мистер Соитиро богатый и влиятельный человек, и у него выйдет позаботиться о ней должным образом.» …Мы думаем об одном и том же, и переживаем о тех же самых вещах. - «Но когда Аса высказала своё поздравление… я был неприятно удивлён.» …Это да, слова той девки были словно увесистая оплеуха. - «А когда Мисс Аой сравнила Шиико со мной – то я оказался по настоящему шокирован.» …Ещё бы ты не оказался шокирован от её слов… Вперив взгляд в школьные ворота впереди, Коремицу ускорил шаг и повысив голос спросил: - «Итак Хикару, может быть ты уже скажешь, чего же ты хочешь?! Только давай не начинай, что ты уже мёртв и не хочешь доставлять мне и моей семье неудоьства, или что Шиико чувствует… я спрашиваю тебя, чего хочешь ты?!!!» …Я уже принял решение, так что Хикару, скажи мне это сейчас! Спустя паузу позади него раздался резкий, наполненный силой голос: - «Я не хочу отдавать Шиико Кудзэ!» - «Ха, а тебе похоже действительно доставляет удовольствие тратить время в пустую! Только не говори, что не знаешь, почему я хочу знать твоё мнение? Не скрывай больше проблемы в себе! Просто делись со мной всеми важными вещами!» После чего он набрал полную грудь воздуха. - «Оставь это мне!» И побежал. ♢ ♢ ♢   Шиорико безучастно смотрела в окно. - «Нам пора.» Мягко обратился к ней Кудзэ, ведь через некоторое время Шиорико будет жить в своей новой школе. - «Это просто замечательное место, с естественной природной красотой повсюду.» Идя по коридору Кудзэ словно успокаивал молча слушавшую его Шиорико. С тех пор как он узнал, что она является его дочерью – то был с ней очень доброжелателен. - «Возможно ты и не сможешь начать думать обо мне, как о своём отце, но я постараюсь заботиться о тебе, как о своей дочери.» Кудзэ проверил реакцию Шиорико на переезд к нему, когда она находилась у Акаги. Он подарил ей милую кружевную блузку и юбку, туфли и другие подготовленные им для неё качественные повседневные вещи. Вот только всё что у неё было до этого: одежда, полотенце и пенал – были выброшены. Пенал был подарком на прошлый её день рождения от Томохико, и она всегда бережно к нему относилась. Но хоть всё это и было выброшено – она не злилась, ведь злости как и другим эмоциям не было в ней места, её разум совершенно опустел. Всё время она думала о своём добродушном и добросердечном дедушке, на лице у которого всегда сияла приветливая улыбка. Её дедушка помог ей вырасти и она чувствовала, что дедушка нуждался в ней, что она должна была его защитить. Все свои усилия она положила на получения дохода для выкупа дома её дедушки… Вот только дедушка уже мёртв. Он не сумел сказать ей последние напутственные слова Видеть его неподвижно лежащим на кровати в белых одеждах было так странно… С этого момента Шиорико чувствовала, что находится словно в каком-то отдельном параллельном мире, наблюдая в экране телевизора за происходящими вокруг неё событиями. В независимости от того насколько Кудзэ пытался быть с нею ласковым, или когда сообщил о своём решении отправить её в школу-интернат – она ни разу не высказала своего мнения. Решив что купленный дедушкой Коремицу плюшевый капибара выглядит слишком по-детски, как только они добрались до дома – Кудзэ забрал его и спрятал в какую-то коробку. Она представить не могла как будет жить в этой новой школе-интернате, да и честно говоря не сильно хотела об этом думать. Во внутреннем кармане у неё по-прежнему словно талисман хранилось письмо от Мамору Ёсикуми. Хоть она и знала, что Ёсикуми не был её настоящим отцом – но тем не менее она не могла вот так просто от него избавиться, ведь это было одна из немногих связующих нитей с мамой. - «Что-то произошло? Ты не очень хорошо выглядишь. Может ты боишься жить в интернате? Я тебя уверяю, что всё будет в полном порядке. Я буду навещать тебя во время каникул. Ты также можешь останавливаться в этой квартире, когда будешь приезжать в Токио.» Произнёс Кудзэ с улыбкой. «Всё хорошо»… - так всегда говорил её дедушка. С ласковой улыбкой он постоянно повторял эти слова обиженной Шиорико. Будь то, когда оставленный им в клубе Го зонт – исчезал, отчего он приходил домой вымокшим до нитки; или когда вороны съедали хурму; или же когда отдавал взаймы все находившиеся в кошельке деньги попросившему его об этом другу. Когда дедушка был госпитализирован в первый раз, Шиорико была в чрезвычайно подавленном состоянии, и Хикару также обращался к ней ласковым нежным голосом. «Всё хорошо Шиико»…  - каждую ночь успокаивал он её, сопровождая свои слова поцелуем в щёку или шею. Шиорико прекрасно чувствовала, что дедушка и Хикару были слишком добрыми людьми, отчего попросту не понимали исходящих от этого мира опасностей… что они не были достаточно сильны, чтобы быть её надёжной нерушимой опорой. Руководствуясь этим она и сказала Хикару, что ей нужен дикий на вид, но верный свирепый пёс. Если бы у неё был такой пёс – то она могла бы натравить его на кредиторов, вынудив тех убежать, и просто чтобы преподать урок плохим парням… Хикару сощурил свои изумительные глаза, и мягким тоном пообещал: - «Я найду тебе самого лучшего пса, который сможет тебя защитить, и на которого ты всегда сможешь положиться.» После чего взяв паузу продолжил: - «Он будет жить в доме, который я храню для тебя. И ты будешь там часто с ним встречаться, договорились?» Шиорико прекрасно понимала, что Хикару поставил такое условие для того, чтобы она вернулась в тот дом. И чем больше она думала над этим – тем более ей казалась это привлекательным: вырастить верную собаку в её любимом саду вместе с Хикару, веселиться вместе с ним, и наблюдать как её дедушка будет заниматься садоводством. Вот только вскоре после этого Хикару утонул в реке… Донельзя подавленная и убитая, она тогда на похоронах не в силах сдержать себя – рыдала и кричала. Он уже больше никак не мог выполнить своего обещания подарить ей пса, вот только совершенно неожиданно появился Коремицу. У этого красноволосого парня на шее был чёрный собачий ошейник, и хоть сам по себе он выглядел худощавым – но смотрелся чрезвычайно свирепо, в общем соответствовал всем критериям «пса», которого она так хотела. Поэтому она и не сомневалась, что этот «пёс» был подарен ей именно от Хикару. Вот только он совершенно не хотел слушаться её приказов и огрызался, как бы она его не ругала. Отчего она в сердцах не раз восклицала, зачем ей был нужен такой глупый пёс… …Коре… Шиорико не называла его по имени, ведь она всегда относилась к нему как к сторожевому псу, отчего ей было неловко произносить его имя. …мицу… Вот только почему её мысли были забиты этим именем? Этим неприглядным, всегда угрожающе-сердитым лицом и грубым голосом…? «Итак, давай попробуем позаниматься каллиграфией. Попробуй написать что-нибудь, всё что угодно.» «Не смей играть чувствами других людей будто игрушками! После школы дети должны идти домой и выполнять домашнее занятие, а не творить черти знает что как ты! Ты, глупый ребёнок!» «Я буду твоим псом, пока ты не повзрослеешь.» С того момента как Шиорико согласилась уехать с Кудзэ, Коремицу всё это время поджимая губы хмурился, что можно было особо заметить когда она прощалась с Акаги, стоя возле присланной за ней машиной. …Зачем он показывал такое выражение? …Что я могу сделать? Я ведь не могу оставаться у них дома вечно, правильно? Единственным моим родственником остался лишь Кудзэ. Шиорико была уже в 4-м классе, так что могла целиком осознать ситуацию. Хоть она и хотела просто защитить своего дедушку, но на самом деле всё было с точностью до наоборот… она оказалась лишь слабым ребёнком. Она не могла даже жить одна в квартире, не говоря уже о том чтобы самостоятельно выкупить дом… она хорошо это понимала. Солнечный свет за пределами квартиры был такой силы, что невольно вызывал головокружение. Чёрный седан был припаркован у входа. Вышедший шофёр почтительно открыл дверь и Шиорико с Кудзэ забрались внутрь. …Я больше ничего не могу сделать… я всего лишь ребёнок, которому только и остается, что слушаться взрослых. Машина начала медленно отъезжать. Образ поджавшего губы Коремицу постепенно исчезал где-то вдали, даже голос сидевшего рядом с ней Кудзэ начал идти откуда-то издалека. Складывалось такое ощущение, что он словно обращался к ней с другой планеты… Она что есть мочи загоняла поглубже свою душевную боль, намеренно оставляя своё сердце пустым, чтобы не бередить раны ненужными мыслями. …Когда дедушка умер, я также чувствовала себя совершенно опустошённой, и не пролила ни одной слезинки. Я так сильно рыдала на похоронах Хикару… я смогу когда-нибудь заплакать вновь? На её спине и шее проступил пот, а кончики пальцев рук и ног начал охватывать всё усиливающийся холод. Но тут неожиданно машина резко затормозила, отчего Шиорико швырнуло вперед, и она чуть было не ударилась о переднее сиденье. - «Что… что происходит?!» Резко прокричал Кудзэ. - «Кто-то преградил путь.» Встревоженно ответил шофёр. Сквозь лобовое стекло был виден стоящий посреди дороги тяжело дышащий парень, одетый в рубашку с коротким рукавом, форменные брюки и школьной сумкой через плечо. Пряди кроваво-красных волос развевались по ветру словно языки пламени, и машину пронзил его дикий яростный взгляд. Неожиданно в машине раздался звук открывшейся двери. - «Шиорико! Куда ты…?!» Кудзэ хотел было её остановить, но она уже открыла дверь и высунулась наполовину наружу. Она стала на дорогу, но он ухватил её за левую руку. - «Шиорико, ты не должна к нему идти!» Но в этот момент Коремицу крикнул: - «Шиико!» Её тело содрогнулось. - «Иди ко мне Шиико! Я позабочусь о тебе, пока ты не станешь настоящей леди! Я защищу тебя… вместо Хикару!» Скрывая лоб, красноватые волосы продолжали развеваться по ветру, а под ними прямо на неё смотрела пара сверкающих глаз. Данное ей Хикару обещание … Взрыв эмоций прорвал плотину в её сердце, отчего её сухие глаза враз повлажнели, затуманивая зрение. Она вспомнила голос Хикару: - «Я собираюсь дать тебе самого свирепого пса. Когда меня не будет рядом – тебя будет защищать он, и больше ты не будешь чувствовать себя одинокой.» Освежающе улыбнулся Хикару, указав на неё мизинцем. Он дал Шиорико дикого, свирепого, но верного пса с кроваво-красными волосами. «Этот пёс должен будет укрепить нашу связь, поэтому я должен буду выбирать тщательно.» «Просто поведай все свои желания Шиико. Расскажи мне всё, что ты хочешь. Ведь ты та, кого я люблю больше всего на свете.» «Ты вырастешь прекрасной и правильной Леди, Шиико. Но до этого момента, позволь мне позаботиться о тебе, договорились?» «Моя милая Шиико, давай выберем обещанного мной пса после Золотой Недели, хорошо?» Я хочу выбрать тебе самого лучшего пса. Я хочу дать пса, который укрепит нашу с тобой связь. Надёжный верный пёс, который в любой момент сможет тебя защитить. «Я обещаю тебе это Шиико.» Это была последняя данная им клятва. Шиорико вспомнила голос Хикару, а затем вспомнила и слова, которые с глубокомысленным видом часто произносил её дедушка. - «Шиико, люди постоянно теряют некоторые вещи, но в то же время некоторые вещи и приобретаются ими обратно.» Шиорико искренне любила именно этих двоих, всегда поддерживающих её людей, так что сейчас они с нежными улыбками словно подталкивали её вперёд. Обещанный ей Хикару пёс – Коремицу, с развевающимися по ветру волосами протянул к ней руку. Отодвинув руку Кудзэ в сторону, она тут же помчалась вперёд. - «Шиорико…!» Окликнул её Кудзэ. Врезавшись в Коремицу, она вжалась в его грудь, в то время как из её глаз начали течь первые слёзы. - «Коремицу! Коремицу…!» Вновь и вновь повторяла она, точно так же как вновь и вновь рубашку Коремицу пропитывали солёные капли. Она всё повторяла и повторяла это имя, словно проверяя, действительно ли перед ней стоял именно они. …Коремицу! Коремицу! Коремицу! Коремицу также обнял Шиорико. - «Шиико, с тобой всё в порядке?» Спросил он неловко, отчего это прозвучало даже грубовато, на что Шиорико покачала головой, ответила: - «Я хочу быть с тобой!» Его рубашка уже промокла от слёз и смялась, когда Шиорико ухватилась за неё руками. - «Пожалуйста, отойди от моей дочери.» Продолжая обнимать Шиорико, Коремицу поднял голову на строго смотрящего Кудзэ. …Я знал, что всё будет не так просто. Коремицу с Хикару прекрасно это понимали. …Но ты ведь решил вернуть Шиико обратно? Верно Хикару? Обменялся он с ним взглядами. Конечно же глаза Хикару говорили об этом, и он сделал шаг вперёд: - «Мистер Кудзэ, давайте заключим сделку. Если вы вернёте нам Шиико, то мы больше не будем поднимать тему Мамору Ёсикуми.» Произнёс чистым голосом похожий на ангела парень, и Коремицу передал его слова:  - «Давайте заключим сделку Мистер Кудзэ. Если вы передадите мне Шиико, то тема Мамору Ёсикуми больше подыматься не будет.» Глаза Кудзэ в ярости расширились. - «Опять?! У тебя нет никаких доказательств. В письме Ёсикуми идёт упоминание лишь о ребёнке.» Оставшийся совершенно невозмутимым, Хикару продолжил: - «Это действительно правда, что посредством письма невиновность Мистера Ёсикуми доказана быть не может. Вот только вы кое-что забыли, почтовый адрес на конверте.» - «…Вы внимательно прочитали адрес на конверте?» В тот же миг как Коремицу сказал это, Кудзэ нахмурился: - «Адрес на конверте…?» Непонимающе посмотрел он на парня, словно говоря: «И что там может быть такого?». И Хикару ответил на этот невысказанный вопрос: - «Дата отправления была 20 июля десятилетней давности, и письмо было отправлено из почтового отделения в Хамаде…» - «А то, что оно было отправлено из Хамады 20 июля десять лет назад!» Только услышав о дате – Кудзэ уже всё понял, отчего его лицо словно превратилось в восковую маску. Хикару же не собираясь давать ему оправиться, продолжил: - «То массовое пищевое отравление, которое Мистер Ёсикуми пытался скрыть десять лет назад – было как раз в день Дня Моря в префектуре Симане. Сейчас фестиваль проводится в третий понедельник июля, вот только до 2003 года дата была фиксирована. То есть другими словами, 10 лет назад именно этот день отправки письма и был Днём Моря.» - «Десять лет назад именно 20 июля и было Днём Моря, когда произошло массовое отравление. Письмо было брошено в почтовый ящик города Хамада точно в день праздника!» Усмехнувшись, Кудзэ сказал: - «Это естественно… ведь именно в тот день Ёсикуми и приказал своим людям прикрыть тот инцидент.» - «Верно, и в этот же день вы обедали с партнёрами в одном из ресторанов Токио, никуда оттуда не выезжая.» - «В тот день вы ели с партнёрами в Токио и не сделали и шага в сторону к месту происшествия?» - «Естественно, на тот день у меня есть железное алиби.» Пронзительно посмотрел Кудзэ на Коремицу, отчего почувствовавшая себя неуютно Шиорико сильнее вцепилась в рубашку. Хикару же продолжил: - «Вот только в написанном Мистером Ёсикуми письме чётко написано, что он встретится с отцом, что обозначало вас.» - «В письме что у Шиико, Ёсикуми написал о немедленной встрече с отцом. Этот отец – вы!» Шиорико засунула в карман руку и расправив сложенный конверт проверила адрес, после чего открыла письмо и подрагивающим голосом начала читать: - «Сегодня всё ещё жарко… Как ты себя чувствуешь? Я собираюсь пойти к отцу и сказать о твоей беременности, и буду просить его одобрения.» Заплаканное детское лицо подрагивало, точно так же как и удерживающие письмо пальцы. Моргнув, отчего слёзы скатились по её щекам, она стиснула зубы и сурово посмотрела на молчавшего Кудзэ, лоб которого покрыла испарина. - «Десять лет назад 20 июля вы были не в Токио, а в Шимане, и именно вы приказали Мистеру Ёсикуми скрыть тот скандал. Письмо и адрес на нём являются доказательством этого.» - «В тот день вы также были на месте происшествия. И именно вы приказали Ёсикуми прикрыть скандал, как он и сказал в полиции… Тогда он целиком следовал вашим указаниям, а это означает что врал не Ёсикуми, а вы… Кудзэ!» Голос Коремицу оглушал словно гром. Очевидно, что Мамору Ёсикуми никогда не говорил в полиции, что в тот день посылал письмо матери Шиорико. Возможно он не хотел впутывать её во всё это, а когда его начальник полностью возложил всю вину за происшествие на него, сделав себе ложное алиби – то возможно решил, что все его попытки что-либо доказать уже ни к чему не приведут, и впал в депрессию. В последний раз его видели на платформе, перед тем как он оказался под колёсами прибывающего поезда. Никто не знал что послужило причиной этого самоубийства: стресс, психическая слабость или что-то ещё. Но это письмо открывало глаза на некоторые вещи немного с другого ракурса. Судя по его содержанию, Мамору Ёсикуми был добрым человеком, и Кудзэ осознанно довёл его до смерти. От осознания этого Коремицу чуть было не впал в ярость. …Ты спрятался в безопасном месте и возложил всю вину на своего подчинённого. Да какой ты после этого филантроп?! Яростное пламя практически проявилось в его глазах. Даже собственная дочь Кудзэ смотрела на него далеко не благожелательным взглядом. Напротив этой яростно смотрящей на него парочки Кудзэ нахмурился, но продолжил настаивать на своём: - «Ну и чт-то, что письмо? Можно говорить об этом без конца, но тем не менее для доказательства этого недостаточно!» Хикару спокойно продолжил: - «Да, вот только полиции будет достаточно расследовать инцидент 10-ти летней давности ещё раз. Ваша корпорация переживает масштабную внутреннюю борьбу за власть. Поэтому как вы считаете, останетесь ли вы в безопасности, как и в прошлый раз десять лет назад? Но даже если не будет таких предателей как Гохара или жаждущих сенсаций таблоидов, всё равно ваше влияние уже далеко не такое как раньше. В случае если столь шокирующие новости станут достоянием общественности – то вы обязательно проиграете.» С жалостью посмотрел Хикару на пожилого мужчину, который изо всех сил старался всё скрыть, но до конца это у него так и не вышло. У Коремицу же жалости к Кудзэ в сердце точно не было. …Я не собираюсь тебя жалеть! И я буду молчать совсем не ради тебя, а ради Шиико! Я не собираюсь тебя прощать! Я хочу, чтобы до самой своей смерти ты знал, что есть знающие о твоих подлых поступках люди! - «Даже если это и не может быть использовано в качестве прямых доказательств, то для ваших врагов, в том числе и в корпорации – это станет хорошим поводом провести ещё одну полную проверку о произошедшем десять лет назад событии, и втоптать ваше влияние и репутацию в грязь!» Явственно побледневший Кудзэ нахмурившись стиснул зубы, и после паузы наконец выдал: - «Шиорико, ты ведь не против передать это письмо своему папе?» Произнёс он ласковым тоном. - «Если полиция меня арестует – то твой папа станет бедным, и у тебя не будет красивой одежды и дома, в котором ты бы смогла жить. Папа не сможет поехать с тобой за границу, или отвести в шикарный ресторан.» Вот только сейчас Шиорико была уже не той безвольной девушкой с равнодушным взглядом, нет… она уже вернулась к своей смелой и энергичной личности, не побоявшейся уже в столь раннем возрасте ради своей цели пойти на обман взрослых. Опираясь на Коремицу, она продолжала крепко держать письмо в своей руке. - «Мне не нужно всё это.» Посмотрела она прямо на Кудзэ. - «Я хочу быть вместе с Коремицу. Даже если вы дадите мне миллиард иен – я не отдам вам письмо. Это воспоминание о моём папе. Мой папа был хорошим человеком…!» Хикару широко улыбнулся, отчего даже падающие на него прямые солнечные лучи начали светиться как-то ярче.  Коремицу же обратился к ошеломлённому Кудзэ: - «Отправьте весь багаж Шиико в мой дом.» После чего положил руки на плечи Шиорико, развернулся и пошёл прочь, в то время как Хикару словно оберегая, находился по другую сторону от девушки. - «Эм, К-Коремицу… ты действительно уверен, что всё будет в порядке? На учащегося начальной школы приходится много расходов, ты знаешь? Полноценные обеды, транспортные траты, расходы на учебники… ах, что я говорю, я буду усердно работать, чтобы вы на меня не тратились. Мне просто каждый месяц нужно будет ловить штук по десять воробьёв…» Коремицу щёлкнул ей по лбу пальцем. - «Ай…!» Воскликнула она со всё ещё заплаканным лицом. - «Проклятие, да ну нельзя тебе ловить своих воробьёв! Да если ты только посмеешь это сделать – я к потолку тебя привяжу!» - «Коремицу, сказанное тобой может быть воспринято как жестокое обращение с детьми.» - «Рот закрой, это воспитательная работа.» - «Эм, но я ведь ничего не говорила…? Но в самом деле… насчёт денег…» - «В доме есть свободная комната, и думаю что еда на тебя найдётся. Если же понадобятся деньги - то значит я пойду работать. Разве я не говорил, что буду оберегать тебя, пока ты не вырастешь? Поэтому не переживай об этом, и живи жизнью обычного ребёнка.» Мать Коремицу бросила его, сбежав из дома когда он был ещё совсем молод, после чего его отец вскоре скончался. С того времени всё необходимое для него делали Масакадзэ с Кохару… и на самом деле он не знал, сможет ли он как учащийся старшей школы сделать то же, что и они. Фактически ситуация в реальности могла быть куда хуже, чем он сейчас представлял. Но возле школьных ворот у Коремицу с Хикару были одинаковые мысли, и пока он бежал – то принял окончательно решение. - «Хикару мой друг, а ты Пурпурный Воробейник – его сокровище. Так что я не позволю тебе увянуть.» С повлажневшими глазами она ухватилась за руку Коремицу. - «Я… я хотела кое-что сказать Хикару, когда он был ещё жив…» Опустив голову, хрипло начала она. - «Но я так и не смогла этого сделать. Если бы я только была тогда смелее…» - «А ты попробуй сказать это прямо сейчас. Я уверен, что он обязательно тебя услышит.» Погладив голову Шиорико ладонью, посмотрел на Хикару Коремицу, который ответил ему сияющей улыбкой. Шиорико подняла голову, её блестящие от влаги глаза устремились в ту же сторону, куда смотрел Коремицу. Немного помолчав, она всхлипнула и искренне прошептала: - «Хикару… спасибо тебе. Я действительно сильно тебя люблю…»     ♢ ♢ ♢   Как же жаль Коремицу, что я умер… если бы я жил и дальше – то возможно бы даже женился на Шиико. Хм…? Сколько у меня должно быть жён? Говоришь, что это не Период Хэйан, где у мужчины могло быть одновременно много женщин? На что мне нужно посмотреть…? А… я понял… наверное. Пожалуйста, не стоит смотреть на меня настолько угрожающим взглядом. Но Коремицу, когда я представляю различные хорошие вещи, которые я бы смог сделать оставаясь в живых – то меня охватывают и будоражат только положительные эмоции. Насколько красивой девушкой станет это дитя через пять или десять лет? Какого она будет роста? Насколько пленительными будут изгибы её тела? Её глаза, рот, нос – как они сформируются? Только представь, какой прекрасный цветок из неё расцветёт… Да не смотри же на меня так, я совершенно точно не питаю к ней никаких мерзких намерений. Я просто восхищаюсь и блаженствую от самого процесса созревания молодого саженца, какие в будущем прорастут на нём листья и бутон, какой будет цвет и аромат у цветков и прочее. Я тот, кто не сможет измениться… Говоришь, что не понимаешь? Что измениться может любой? Хм… Нет, я знаю что существуют и те, кто никогда не изменится в независимости от того, сколько бы раз они не встречались и расставались с другими. У некоторых людей сердце остаётся с кем-то из прошлого, и в независимости от того как они пытаются его вырвать – всё заканчиваются тем, что рано или поздно они туда возвращаются. Моё время… уже полностью истекло. Я как принц, который так и не смог найти тот особенный цветок. Я надеялся, что всё будет хорошо – но в то же время чувствовал, что моё существование само по себе ненормально и одиноко, словно меня ещё при жизни изгнали из этого мира. Я чувствовал себя чрезвычайно одиноким, словно во мне пробили сквозные раны. Поэтому в какой-то мере я и стремился быть похожим на принца, нашедшего утешение в постоянно меняющемся Пурпурном Воробейнике. Наблюдая за развитием Шиико и представляя какой она будет в будущем – я действительно чувствую себя счастливым. Шиико – это моё «счастье». Проведённое нами вместе время было словно освежающий глоток чистой воды, наполненный удивительными событиями и открытиями. После же того как я стал призраком, то стал ещё более «не способным измениться» существом. Я очень надеюсь, что из Шиико вырастет прекрасная, изумительная Леди и что она не остановится в своём развитии. Конечно, скорее всего из-за потери чрезвычайно близкого для неё человека – она некоторое время будет горевать, но я не тревожусь об этом, ведь с ней будешь ты. Она хороший добрый ребёнок, вот только слишком независима, отчего не будет слишком полагаться на других. Иногда она может грубить, или же время от времени злить. Иногда она будет расстроено плакать, вжимаясь тебе в грудь, отчего ты не будешь понимать, что же тебе делать. В таких ситуациях я надеюсь, что ты сможешь внимательно выслушать всё, что она скажет; а затем просто погладить её по голове и произнести: «Всё будет хорошо». Если кто-то рядом с ней сможет это сказать – то она определённо почувствует себя намного лучше. Тем более что от тебя это будет гораздо эффективнее. Ты – герой, и я говорю это не просто так. Ты выполнил всё сказанное мной, каким бы скучным или неприятным оно не было, и впечатляюще преодолел все препятствия. Спасибо, что забрал Шиико от Кудзэ. Спасибо, что согласился побыть защищающим Шиико верным псом. Спасибо за исполнение моего желания. Я ни на что негодный призрак, который не может помочь даже с уборкой дома… Но я всё ещё на земле, укрываю безраздельную любовь, защищаю всех вас, когда вы меняетесь.