Глава 37 — Глава 37

Глава 37 – Аналог ––––––– Е Сяочэнь притащил на бессмертную землю бамбуковую кровать, на которой сейчас и лежал с телефоном в руке. Здесь прохладно в любую погоду, а воздух исключительно свеж. Как бы он ни уставал, всего лишь час сна здесь и он полностью зарядился энергией. «Ван Синьи, могу я спросить кое о чём?» – он беседовал с девушкой в WeChat. После многих часов болтовни о всём подряд, сердце Ван Синьи уже не было так закрыто, теперь это можно было назвать полноценной беседой, а не разговором со стеной. Поэтому Е Сяочэнь тоже начал общаться более казуально, больше ему не приходилось по несколько раз перечитывать каждое сообщение в страхе, что он может ляпнуть что-то не то. «В чём дело?» – спросила Ван Синьи. «Лекарство для туберозы, ты его кому-нибудь давала?» – Е Сяочэнь не знал, отправлять ли сообщение, но спустя пару секунд всё же отправил. И в тот же момент пожалел об этом. Он спросил слишком прямо, она могла теперь надумать всякого. Он начал писать сообщение с объяснением, но ответ пришёл раньше: «Да. Мой племянник попросил одолжить немного, я тогда не задумалась об этом и налила маленькую бутылочку. Я не должна была?» «Всё в порядке, дай мне знать, если лекарство будет кончаться. Я принесу ещё» – отправил Е Сяочэнь новое сообщение, быстро удалив старое. По крайней мере, теперь он знал, что зачинщик Ван Юаньдун, а Ван Шуйшэн, возможно, даже не в курсе происходящего. Он почувствовал облегчение, когда подумал об этом. Он не хотел плохо думать о Ване Шуйшэне. После достаточно продолжительной беседы Ван Синьи сказала, что она пошла спать, так что на сегодня они закончили болтать. Е Сяочэнь вышёл из чата. Положив голову на обе руки, он начал думать о том, как будет бороться с Ваном Юаньдуном. Поскольку другая сторона знает ценность агента, способствующего росту растений, они, конечно же, не сдадутся. – Я думаю, лучший вариант – запатентовать лекарство, тогда у меня на руках будут документы и не придётся беспокоиться о том, что он использует какие-нибудь подлые методы, – подумал Е Сяочэнь. Это было лучшим решением. - На следующее утро юноша продолжил копать колодец. Неожиданно сверху послышался голос его отца. – Сяочэнь, твой телефон звонит. – Кто там? – Е Сяочэнь поднял голову и спросил громко. – Нет имени, но вызов из Шаши, – ответил отец. – Из Шаши? Е Сяочэнь сразу понял, что это номер Вана Юаньдуна, потому что вчера вызов был именно из Шаши. – Я не знаю кто это. Не поднимай трубку. Просто кто-то перепутал номер. Ему было лень обращать внимание на потуги Вана Юаньдуна. Разумеется, он звонил с новыми требованиями отдать рецепт лекарства. Е Сяочэнь просто продолжил копать. Даже самые крепкие камни бессмертная мотыга разрезала как нож масло. – Сяочэнь, телефон снова звонит. Я думаю, всё-таки звонят именно тебе. Поднимись и ответь, – крикнул отец в колодец. – Чёрт, какие же настойчивые. У Е Сяочэня не было выбора, пришлось подняться из колодца. Телефон к этому моменту уже перестал звонить. И тут же начал снова. Он узнал номер, естественно это был Ван Юаньдун. Юноша поднял трубку и сказал: – Эй, Ван Юаньдун, сейчас я очень занят – Е Сяочэнь, я и мой учитель приехали в город Тайпин, где твой дом? У него не было слов, они уже пришли к его порогу. Насколько же они настойчивы! Потрясающе. Если они чуть ли не у его порога, он больше не может их игнорировать. Он хотел бы узнать, чего они хотят. Е Сяочэнь сказал Ван Юаньдуну ждать его в городе Тайпин. Положив трубку, он сказал отцу, что должен съездить в город. Вернувшись домой, он сел на мопед и направился прямиком в Тайпин. На пересечении городской дороги Е Сяочэнь увидел машину Вана Юаньдуна. Белый Порше. Ван Юаньдун и его учитель Чжан Кэцинь ждали его. В прошлый раз, ещё в вилле Вана Шуйшэна, Чжан Кэцинь был таким напыщенным, а сейчас стоило Е Сяочэню показаться, как он весь заулыбался. – Профессор Чжан, здесь неудобно говорить. Рядом есть чайная, давайте поговорим там, – сказал Е Сяочэнь, настолько вежливо, насколько мог. Он не собирался звать Чжана Кэциня и Вана Юаньдуна к себе домой. Когда они добрались до чайной, он попросили отдельную комнату, где они и собрались обсудить дело. Чжан Кэцинь не мог устоять, он сразу перешёл к теме, и начал рассказывать об открытых им свойствах лекарства Е Сяочэня, о том, что это настоящий прорыв во всей фармакологии, а не только ботанике, что это поднимет на целую ступень естественные науки и лекарственные средства. В этот момент Чжан Кэцинь вел себя не как ученый, а скорее походил на религиозного фанатика. И он всё продолжал, с непотухающим энтузиазмом. Е Сяочэнь ничего не сказал, он просто слушал. – Е Сяочэнь, мой учитель – эксперт ботаники. Если ты дашь ему рецепт, он, несомненно, достигнет больших успехов. Разве это не лучше, чем позволить ему пропасть впустую? – О, Ван Юаньдун, а почему ты считаешь, что в моих руках реагент пропадёт впустую? – хотя Е Сяочэня немного раздражал тон Вана Юаньдуна, улыбнулся он безразлично. – Е Сяочэнь, я не пытаюсь недооценить тебя. Чтобы создать такое зелье, человек должен обладать чрезвычайно глубокими знаниями, его нельзя сделать просто на коленке, – усмехнулся Ван Юаньдун. Хотя в университете Е Сяочэнь имел хорошие показатели, он не гнался за высшими балами. Да и возможно ли это, если по большей части он занимался самообучением? Ван Юаньдун считал, что его знаний недостаточно. – Ван Юаньдун, не говори глупостей, – поспешил возразить Чжан Кэцинь, он не хотел создать плохого впечатления. – Господи, прошу, простите слова моего ученика. У меня были сомнения до этого, но теперь я вижу, что это лекарство определённо создали вы. Когда он смотрел на Е Сяочэня, то всегда чувствовал, что у этого юноши есть какая-то непостижимая тайна. В прошлый раз, в доме Вана Шуйшэна он был отвлечён от Е Сяочэня, но теперь всё по-другому. Он словно почувствовал в нём родственную душу, товарища по характеру. Ван Юаньдун был поражен, он хорошо знал учителя и никак не ожидал услышать от него лесть Е Сяочэню. – Ха-ха, профессор Чжан, вы меня переоцениваете, – Е Сяочэнь не мог не засмеяться. Конечно, сейчас он действительно знал очень многое, продвинулся гораздо дальше большинства экспертов, но у него не только был талант Шэнь-нун, но ещё и руководство, содержащее в себе знания, которые больше нигде не встретить. Кроме того, когда Е Сяочэнь изучал растения, то чувствовал нечто вроде просветления, всё связанное с ними давалось ему как-то проще. Будучи ботаником и известным профессором с огромным стажем, Чжан Кэцинь чувствовал подобных себе людей.