Стоило Бредану услышать ответ Хейзел, как его рот раскрылся от удивления.
— Но как? Такую птицу очень тяжело отыскать.
— Знаю, как для Вас постаралась мисс Пайс.
— Как вы... Нет, это не так...
— Зачем скрывать? Все знают, что такой подарок можно получить только с помощью людей, приближённых к королю.
— Кхм, – Бредан отвернулся, не зная, как реагировать, но неожиданно для себя заметил улыбку Хейзел.
— Но раздобыть Вам птицу снова будет достаточно сложно для мисс Пайс.
— Может, я смогу как-то отплатить за такую услугу?
— Пожалуй, да. У меня будет к тебе просьба, дядюшка.
— Какая? – Бредан посмотрел на принцессу немного испуганно.
— Это очень... непростая просьба, дядя.
— Я сделаю всё, что угодно. Скажи мне!
Несмотря на свою оплывшую фигуру и неуклюжий вид, Бредан был своеобразно-эмпатичным членом семьи Консес.
— Нет ничего, чего бы я не смог сделать, если Вы попросите.
Ему было любопытно, что Хейзел попытается у него попросить не как племянница, а королевская дочь.
— Слышала, что... есть трава, с помощью которой очень хорошо заживлять раны.
Глаза Бредана заблестели из-за услышанного.
— Конечно, знаю такую! Но разве Вы ранены? – Насмешливо посмотрел на племянницу мужчина.
— Не я…
— Тогда...
— Человек, который пострадал сегодня.
— А, наследный принц, – вздохнул Бредан.
— Да, пуля задела его вместо меня, поэтому я в большом долгу. Разве он не заслуживает быстрого выздоровления?
— Без сомнений. Это всё?
— Да.
— Может, ещё что-нибудь?
— Что ещё? – Хейзел заметила, что Бредан словно взвешивает что-то, – Оу, Миэлла.
— О, Миэлла, – на мгновение Бредан нахмурился, как будто был очень разочарован. – Как она могла так поступить? Поставить под сомнение свою преданность королю, это позор для всей семьи! – Мужчина посмотрел на Хейзел с болью, застывшей на лице.
— Вам, должно быть, очень неприятно. Но можете не волноваться, я передам Его величеству, что всё в порядке.
— Вы в этом уверены? – удивился Бредан.
— И дядя, не расстраивайся так из-за птички. Дядя Уилвес был слишком груб. – Обрадовавшись словам племянницы, мужчина широко распахнул глаза: он был готов похлопать самому себе. – Теперь Вы знаете, что не нужно больше крови и слёз. Дядя Уилвес тоже не помешает.
— Ты всегда была доброй, с самого детства.
— Конечно. Надеюсь, Вы слышали то, что я говорила ранее…
— Что именно?
— Разве дядюшка не знал? Птицу застрелил наследный принц.
— Вы в этом уверены? – Шок отобразился на лице мужчины. Должно быть, его настолько озаботила кончина питомца, что он даже не задался вопросом, кто убийца. – Я собирался поймать злодея и поступить с ним так же. Принц слышал это? – Бредан побледнел.
— Вы должны похоронить это обещание у себя в памяти и сердце.
— Мне придется это сделать, – мрачно прошептал мужчина, – Вы ведь никому не скажете?
— Конечно. Не хочу, чтобы это подорвало престиж герцогства. Это ведь семья моей матери, кто бы что ни говорил.
— Я так рад, что принцесса так думает о нашей семье.
— Мы должны помогать друг другу. Кто ещё сможет помочь мне? Но дяди между собой так строги и не разговорчивы, что становится некомфортно.
— Братья всегда близки, – Бредан покачал головой.
— Могу я спросить ещё кое-что?
— Ну конечно, – мужчина ответил с яркой улыбкой.
— Когда Вы сможете дать мне травы? – спросила Хейзел, поднимаясь.
— Так как это просьба принцессы, то я постараюсь доставить её завтра. Или же Вы можете отправить кого-нибудь ко мне.
***
Вечер охотничьего турнира закончился ужином из пойманной дичи и вкуснейшего алкоголя.
Повара создавали самые изысканные и экзотичные блюда, сдирая кожу с оленей и ощипывая птиц.
Несмотря на то, что наследный принц был ранен, он не предал это огласке, поэтому атмосфера в охотничьих угодьях мрачной не была, наоборот – в них царила гармония.
Бредан, который ранее лил слёзы из-за своей любимой птицы, раскрасневшийся из-за количества выпитого, был занят разговорами.
Но Хейзел же не могла просто наслаждаться праздничной атмосферой.
Во-первых, из-за Сизифа, который, вернувшись с охоты, выпивал с серьёзным выражением лица на протяжении всего вечера, а во-вторых, из-за Лоретт, которая сидела рядом с ним и не знала, как себя вести.
Вторая принцесса предлагала принцу разные блюда, но тот постоянно отказывался, из-за чего девушка была вынуждена покорно искать другие варианты.
Стоило же Сизифу взглянуть на Хейзел, как ей становилось так некомфортно, словно она держала в руках ядовитый плющ.
И, наконец…
— Слышал, ты приказала отнести волка обратно.
Из-за охватившего её страха Хейзел глубоко вдохнула.
— Потому что это не моё.
Принцесса специально сбежала в тихое место, но этот мужчина нашёл её даже здесь. Теперь приходилось на него смотреть, задрав голову.
Из-за яркого света огня его золотые волосы казались алыми, а его искорки отражались в холодных голубых глазах.
— Разве Вы не должны отдыхать в шатре?
— Что-то голова разболелась, – мужчина медленно моргнул, создавая длинными ресницами элегантную тень на лице.
— Тогда почему бы Вам не пойти к дамам?
Хейзел указал на девушек, собравшихся у костра.
«К толпе женщин, которые желают оценить твои ресницы. Меня среди них нет.»
— Ты довольна груба, – ответил принц, сдерживая боль в груди.
Принцесса заметила белую повязку, торчащую из-под воротника. Про себя Хейзел возмутилась, недовольная тем, что Ахиллеон бродит по угодьям, будучи раненым.
— Прекратите пить, если у Вас есть раны, – нахмурилась девушка, заметив бокал в руке Ахиллеона, на что он не упустил возможности улыбнуться.
— Ворчишь?
— Неважно.
— Если не выпью, не смогу заснуть.
— ...
Его слова значили больше, чем просто боль: они пробудили воспоминания о прошлом.
«— Хейзел, не могу заснуть, я болен.
Ахиллеон продолжил завоевательную войну, даже когда стал императором, и каждый раз он возвращался в руки императрицы, которая любила его и с большими, и с маленькими шрамами.
Он оседал на колени, как подбитая птица, а Хейзел ворчала о его императорской жизни и сражениях.
— Жена должна укладывать своего мужа.»(1)
___________________________________
1. п/п.: немного бытовухи, ура.
Обновлено: 15.02.2026