Глава 33 — Глава 33

— Всё, что угодно? – спросил Ахиллеон, словно ожидал это услышать. Его тёмно-голубые глаза смотрели на Хейзел, гипнотизируя. Затем последовал ответ девушки, которая повторяла как одержимая: — Что угодно, Ваше Величество, – она медленно кивнула головой. Принцесса не могла не стать его рабыней. Потому что был только один человек, на которого она могла положиться… Ахиллеон. Никто бы не стал пренебрежительно к ней относиться, если бы принцесса была женщиной императора Демофоса, человека, которого боялись и на которого равнялись. Даже если сама Хейзел императрицей не будет. В настоящее время место императрицы было свободно, и, если она родит принца, то будет коронована. Конечно, всё зависело от Ахиллеона. И, прежде всего. Она сможет напоминать Сизифу и Лоретт о своём существовании. Хейзел действительно хотела быть могущественнее лучше так, чтобы не повторялось, чем они, чтобы смотреть свысока. — Я не знаю, о чём ты думаешь, – мужчина мило улыбнулся, удерживая подбородок принцессы и поворачивая её лицо к себе. – Но ты должна понимать, что теперь не сможешь отказаться от своих слов.(1) — ... Большие зелёные глаза Хейзел наполнились страхом, когда она посмотрела на него. Девушка была напугана уже тем, что кончик его языка облизывал мочку её уха, чтобы приласкать. — И я не поделюсь тобой ни с кем другим. — Я… Мх… — Ты полностью принадлежишь мне. Если примешь это, то сможешь достичь всего, чего только хочешь. Хейзел громко стонала, когда тело Ахиллеона раз за разом приближалось к ней. Она кивала, сходя с ума, потому что мужчина был крайне требователен. У принцессы не было другого выбора. Это было сугубо её решение. — Да. — Ещё раз. — Я сделаю, как ты… Ах! Его губы грубо обрушились на неё, овладевая в одно мгновение. Когда их тела снова коснулись друг друга, Хейзел всхлипнула, так как уже не могла дышать. В очередной раз они упали на постель. — Ты моя, не так ли? Он повторял один и тот же вопрос снова и снова, требуя подтверждения. Каждый раз Хейзел просто соглашалась, повинуясь ему. — Да, да… Ох! Это было резче, чем она могла выдержать. Он всё ещё двигался в ней во всю силу. Даже если ей предстоит провести с ним бесчисленное количество ночей, она думала, что не привыкнет к этому. — Медленнее... медленнее, пожалуйста. Умх.... Когда Хейзел, наконец, заплакала и вцепилась в мужчину, скорость, которая, казалось, немного замедлилась, вновь увеличилась. Результат был противоположным тому, чего хотела Хейзел. Слёзы потекли обильнее. Хейзел плакала и мучилась под ним всю ночь, прежде чем уснуть от сильных, но нежных прикосновений. *** Проснувшись на следующий день, Хейзел почувствовала незнакомый аромат. Что-то сегодня казалось странным. Она чувствовала прохладу, когда проснулась: тепло, которое всегда окружало её, исчезло. Не было ощущения рук, которые крепко обнимали Хейзел, будто привязывая. Принцесса ощутила странное чувство пустоты, без рук и ног, которые опутывали её тело. Хейзел растерялась: она привыкла к этим ощущениям по утрам, несмотря на то, что прошло всего несколько дней. — ... Когда она подняла свои тяжёлые веки, то увидела яркий свет, льющийся в ранее тёмную спальню. Все шторы, которые перекрывали лучи солнечного света, казалось, были сняты. Но свет не был режущим, потому что навес мягко рассеивал его. Она закрыла и открыла глаза несколько раз, оглядываясь вокруг. Когда Хейзел привыкла к свету, она поняла, что место рядом с ней, которое всегда было занято, оказалось пустым. На широкой кровати не было никаких следов императора. И без того широкая постель выглядела ещё шире, и Хейзел дрожала перед чувством пустоты.(2) Мужчина оставил её. “Что он пытался сказать ей этим? Ахиллеон уже устал от неё? И он ушёл после того, как почувствовал удовлетворение, решив, что этого достаточно, и оставив её в покое?” Принцесса глубоко вздохнула, когда неизвестная пустота окутала её сердце. — Уже проснулись? Хейзел вскочила и села от звука, доносящегося через занавесь. Оконные шторы были забраны, это означало, что кто-то уже вошёл в спальню. — К-кто! Снова раздался голос в глубине комнаты, и испуганная принцесса поспешно собрала вокруг себя простыни, чтобы прикрыть обнажённое тело. — Могу я раздвинуть балдахин? — Да. Хейзел неосознанно ответила человеку очень вежливым голосом. Через некоторое время занавесь, окружавшая кровать, была отодвинута; девушка не смогла не открыть рот от вида, раскинувшегося перед ней. Потому что горничные стояли на коленях вокруг кровати, склоняя головы. — Все... кто... Они не поднимались и продолжали сидеть с опущенными головами. Никто не смотрел в глаза принцессы, словно не осмеливаясь. Присмотревшись, Хейзел заметила у них что-то в руках. Это был идеально подготовленный наряд, включая платье, обувь и даже нижнее бельё. Там также стояли горничные с яркими аксессуарами: ожерельем, серьгами и браслетами. Всё это великолепие принадлежало императорской семье, и не служило в качестве повседневного наряда. Затем она заметила, что аксессуары были украшены сложным и изящным узором, который могла носить только императрица, и украшения с дорогими драгоценными камнями, сверкающими под солнечным светом. Посреди комнаты располагалась ослепительная алмазная корона. В её центре был изображён золотой грифон с большим бриллиантом в пасти. — Что это такое… – пробормотала Хейзел рассеянно. И тут заговорила женщина, которая, казалось, имела самый высокий ранг среди сидящих у постели девушек. В руках у неё ничего не было. — Меня зовут Лиз, я главная горничная императорского дворца. Его Величество послал меня к императрице. — Императрице? Горничная продолжила разговор с изумлённой Хейзел: — Могу я поднять голову? Принцесса кивнула на вежливый вопрос. — Пожалуйста, поднимите голову. Когда Хейзел разрешила, служанка подняла голову и поклонилась ей, демонстрируя своё уважение. — Что со мной случилось? Пожалуйста, объясните… — Хорошо, Ваше Величество. Император сегодня объявит принцессу Граунда, мисс Хейзел, императрицей Демофоса. — Что? – переспросила девушка, думая, что не расслышала. – Что Вы сейчас сказали? — Ваше Величество, теперь вы – императрица Демофоса. Поздравляю. Когда Лиз опустилась на колени, склонив голову ещё ниже, горничные последовали её примеру. Взгляд Хейзел упал на роскошную корону. Она могла с первого взгляда сказать, что её использовали не для того, чтобы принарядить кого-то. Но девушка всё ещё не могла поверить в происходящее. Это случилось слишком внезапно, всего за один день. Хейзел вообще не догадывалась о намерениях императора. С тех пор как Ахиллеон стал правителем Демофоса, многие задавались вопросом, кто займёт место императрицы, и будет находиться рядом с ним. Влиятельные благородные семьи империи и принцессы королевств с других континентов стремились к этому титулу. Списки приданого от них были такими же внушительными: крепости в важных локациях, красивые замки и золото. Ахиллеон мог выбрать любую. Как император, он должен был сделать самый практичный выбор для империи. Но Граунд – относительно небольшая территория и, по сравнению с другими странами, не особо богатая. “По крайней мере, он выбрал меня не из-за денег. Тогда по какой причине... Правда, меня?” Она вспомнила, что сказала ей Мэри, когда дразнила свою госпожу. «Но я думаю, что Его Величество искренне желает быть с Вами». — Его Величество ждёт Вас. Мы приготовили немного воды для ванны, а после того, как умоетесь, я помогу Вам собраться. Хейзел была удивлена, когда горничная заговорила с ней: её разум блуждал где-то за пределами сознания. — Тогда... Другие горничные после того, как служанка окликнула их, подошли к Хейзел, которая сидела в оцепенении. — Сначала помогите Её Величеству умыться. Хейзел вошла в комнату, села в ванну и искупалась, сопровождаемая нежными руками обслуживающих её горничных. Ей было непривычно находиться одной в ванной комнате императора. Ахиллеон всегда был рядом. Он лично ухаживал за ней с того момента, как запер её в своей спальне. Купание было одним из немногих аспектов, которые император делал для Хейзел. И вот, когда она открыла глаза после сумасшедших объятий(3), уже сидела в ванной брошенная. Большую часть времени до этого она либо дремала, либо была не в сознании, так что даже не могла вспомнить, насколько большой была комната или как выглядела ванна, поэтому всё вокруг казалось ей незнакомым. Когда Хейзел вышла, ей пора было облачиться в шелка и надеть аксессуары, которые принесли горничные. Она никогда не любила носить такие роскошные платья, будучи принцессой Граунда. Теперь, когда девушка думала об этом, то люди из Демофоса, которые приезжали к ним в королевство, всегда ходили в роскошных одеяниях. Лиз, глядя на Хейзел, которая была смущена своим роскошным нарядом, сказала: — О, люди Демофоса обычно одеваются более богато, чем в Граунде. Это ничто по сравнению с облачением, которое будет на Вас во время коронации. “Есть что-то более драгоценное?” — Все эти аксессуары только для императрицы. Никто другой не может надеть их. Лиз осторожно подняла ожерелье с драгоценными камнями, цвета красного бархата, и застегнула его на шее Хейзел. На её мочках уже красовались серьги, а на запястьях болтались браслеты. Это был первый раз, когда она, принцесса, надела такие роскошные аксессуары. — Вы готовы. Последним, что осталось, была корона императрицы, украшенная золотым грифоном. Горничные оставили её перед зеркалом, и вышли из комнаты. __________________________ 1. п/п.: Шарик, я как и ты был на цепи, Шарик… 2. п/п.: а вот и стокгольмский синдром 3. п/р.: Все мы понимаем, что тут подразумевается… да?