Следующий день, шесть утра.
Чжан Бэйсин проснулся, наскоро умылся и сразу отправился на поиски учителя Лю.
Прошлой ночью, после подсказок от пользователей сети, Чжан Бэйсин оправдал ожидания и «разгадал» намек учителя.
Лю швырнул в него книгу. Одна книга – значит, один человек. Книга – символ знаний.
Следовательно, учитель Лю имел в виду следующее: Чжан Бэйсин должен прийти к нему, когда тот будет в полном одиночестве. И если парню удастся его разыскать, то Лю соизволит его обучить!
На первый взгляд объяснение казалось странным.
Но если вдуматься, становилось ясно: оно вообще ни черта не нормальное. Потому что Чжан Бэйсин просто выдумал его на ходу!
Никакого намека он не понял, зато вспомнил про Сунь Укуна. Чжан Бэйсин осознал, почему Великий Мудрец сумел обучиться Семидесяти двум превращениям и Кувырку за облака. Да потому что Сунь Укун был беспросветно наглым!
Любому здравомыслящему человеку понятно, что Патриарх Бодхи трижды ударил его по голове от злости. Но обезьяна проявила недюжинное упрямство: наплела с три короба про то, что нужно прийти и постучаться в дверь в три часа ночи, чтобы получить тайное знание.
Дружище, глубокая ночь – время, когда все спят. А ты приваливаешь с такой рожей, расталкиваешь человека и заявляешь: «О, вы столь глубоки, каждое ваше движение преисполнено великим смыслом! Те три удара означали, что я должен прийти сейчас за великой магией!»
После такой лести разве можно отказать? Даже если бы Бодхи не хотел ничего давать – ты, обезьяна, приперся среди ночи, полчаса рассыпался в похвалах и ушел бы с пустыми руками? Да черта с два ты бы отвязался.
Пусть Патриарх – бессмертный и может не спать, но Сунь Укун-то на этом не остановится. Среди учеников Бодхи явно не все были небожителями, им отдых нужен. Сначала пряник, потом кнут: если не научишь, не пеняй на последствия.
Вот что Чжан Бэйсин вынес для себя из ночных раздумий!
Конечно, он человек и не мог, как Сунь Укун, пустить в ход кулаки, если не получит желаемого. Его максимум – измотать учителя Лю долгим ожиданием. Ждать до тех пор, пока тот сам не захочет его учить.
Вот только план по измору противника сразу зашел в тупик. Он просто… не мог найти учителя Лю!
— Да где он? — Ворчал Чжан Бэйсин. — Уже почти семь. В кабинете пусто, в столовой тоже. Да, сегодня у него нет пар, но разве можно из-за этого не приходить в университет? Где преданность делу? Где понимание, что вуз – твой дом родной, и его развитие зависит от каждого?
Бубня себе под нос, Чжан Бэйсин проходил мимо той самой Рощи, где тренировался вчера. Утренняя роща была вся в росе – в самом буквальном смысле слова. Чжан Бэйсин окинул её взглядом и, не найдя ничего интересного, уже собрался уходить.
Но стоило ему сделать шаг, как из глубины деревьев донесся шорох снимаемой одежды.
— Неужели с самого утра кто-то решил «позабавиться»? — Глаза Чжан Бэйсина азартно блеснули. Ведомый благородным порывом пресечь подобное непотребство (а заодно и спросить, нельзя ли присоединиться к исследованию «тайных троп»), он направился в чащу.
Однако внутри всё оказалось совсем не так, как он себе нафантазировал.
В Роще действительно кто-то был, но всего один человек. Тот самый, о ком он грезил наяву – учитель Лю. Тот как раз снял куртку и вешал её на дерево. Розовая рубашка с коротким рукавом в сочетании с расплывшейся фигурой делали его вид изрядно комичным.
Выйдя на свободную площадку, учитель Лю закрыл глаза и глубоко вдохнул. Затем он принял начальную стойку Связок Кулака Семьи Юэ.
— Ха! — Он резко распахнул глаза и издал яростный выкрик. Мягкий взгляд в мгновение ока стал свирепым. Лю обрушил на пустой воздух серию стремительных атак!
«Белая змея жалит», «Сбор травы в нору», «Черный тигр бьет хвостом», «Голодный тигр бросается на добычу»… Приемы сменяли один другой. Учитель Лю демонстрировал ловкость, совершенно не вяжущуюся с его телом! Его удары были быстрыми, точными и безжалостными, каждый кулак рассекал воздух с характерным свистом.
Попади такой удар по человеку – тот в лучшем случае остался бы калекой, а в худшем – испустил бы дух на месте!
Чжан Бэйсин обомлел. Он посмотрел на то, как крутит Связки Семьи Юэ учитель Лю, вспомнил свои вчерашние конвульсии и понял: разница между ними была не просто большой, их вообще нельзя было сравнивать!
Это было как поединок между изнеженным айдолом и Шварценеггером в октагоне – даже дилетант сразу поймет, кто здесь настоящий хищник.
— Ну и мощь! — Прошептал Чжан Бэйсин. Он спрятался за дерево и принялся во все глаза наблюдать.
Сразу уточним: это не воровство техники. Это – наблюдение и анализ! Хоть учитель Лю и отверг его как ученика, «Связки Кулака Семьи Юэ» передал Чжан Бэйсину именно он. Так что они в какой-то степени наставник и ученик. А разве может считаться кражей то, что происходит между учителем и последователем? Это обучение! Передача опыта!
Успокоив совесть этим аргументом, Чжан Бэйсин начал смотреть с еще большим упоением. Ему не хватало только складного стульчика и пакета семечек, чтобы грызть их с важным видом.
… Тем временем в Роще учитель Лю, разумеется, прекрасно знал о присутствии парня. Тот, когда заходил в чащу, даже не пытался скрываться – шумел так, будто стадо слонов продирается. Если бы Лю этого не услышал, ему стоило бы бросать боевые искусства и идти прямиком к отоларингологу.
Беспокоился ли учитель Лю о том, что Чжан Бэйсин подсмотрит и украдет технику? Если парень сможет – пусть пробует. Современные Связки Кулака Семьи Юэ – это не те девять движений времен династии Сун, которые можно было выучить, пару раз взглянув. После столетий эволюции стиль разросся до ста восьмидесяти форм!
Даже просто по книге заучивать последовательность этих ста восьмидесяти движений придется недели две. А уж тренировать… В свое время под личным руководством мастера у Лю ушло больше года, чтобы просто освоить этот комплекс.
У этого мальчишки до выпуска осталось чуть больше года. Неужели он надеется за это время выучить всё, просто подглядывая?
— Да быть того не может, — Лю нанес очередной удар и покачал головой, находя эту мысль абсурдной. Дело даже не в том, сможет ли Чжан Бэйсин научиться глазами. Сам Лю не смог бы практиковать Связки целый год напролет – его тело просто не выдержит.
Он ведь предупреждал парня: это боевое искусство разрушает организм. Долгие тренировки не приносят пользы, они истощают кровь и ранят плоть. Со временем в разных частях тела неизбежно начнутся проблемы.
Поэтому учитель Лю отрабатывал комплекс лишь тогда, когда на него находило вдохновение – чтобы размять дух. Он не смел делать это часто, боясь, что здоровье подведет. В его нынешнем возрасте и при его спокойном нраве такое вдохновение случалось всего несколько раз в год.
В таких условиях не то что Чжан Бэйсин – приди сюда сам основатель стиля Юэ Фэй, он бы замучился учить современную версию!
— И все же… я дал ему прикоснуться к миру боевых искусств, но ничего не объясняю. Правильно ли это? — Задался Лю вопросом в разгаре тренировки. Он не хотел подпускать Чжан Бэйсина к Связкам Юэ только ради того, чтобы парень на старости лет не мучился от болячек и не жалел о содеянном.
Но с другой стороны, решать за другого человека, обрубая его стремление к мастерству, основываясь лишь на своем субъективном мнении – не слишком ли это жестоко? Правильно ли он поступает? На мгновение учитель Лю впал в глубокое сомнение.
#
Обновлено: 20.02.2026