Том 1 Глава 11 — Я есть еда.

Я мертв. Хоть кто-то и вытащил мое тело из воды, это не означает, что раны стали более легкими. Я просто мог прожить немного дольше. Хотя, будь у меня желание, то может быть… но ныне мне хотелось умереть. “Такой жалкий…” Меня избили, использовали и выкинули. Чувствую себя отвратно. Сколько бы не пытался хоть как-то оправдаться, все равно обида перевешивает все чувства. “Столько ради нее сделал…” Да, я хотел использовать ее, все делалось во благо меня, но сил своих не жалел. Вера - пожалуйста, я захватил несколько деревень и приучил их к ее вере. Испытания? Почти сдох, но прошел! И в конце… когда был слаб и беспомощен… “Сука!” Мне хотелось схватить ее за горло и избивать, бить, бить, бить и бить, пока ее лицо не искривится в агонии. Пускай она богиня, но я хочу поставить ее раком и долго насиловать. Как она смела… “Хотя… а смысл?” В любом случае я неудачник. Когда-то слышал рассказ о цветке… уже не помню от кого, может от мамы или от сестры… В общем, цветок вырос в глине, почва была неблагоприятна для цветка, не было ни воды, ни еды, но цветок выживал и продолжал расти, хватая своими листьями пыль, и питаясь дождевой водой. В итоге он вырос красивым крепким цветком, которого не сломит ветер или вредители. Но есть и другой цветок, что рос в теплице, которого поили и кормили, а также защищали от вредителей. Но стоило ему коснуться реального мира, как стебель сломался от сильного ветра. Я… сломался. Принц ада, которого здесь смешивают с дерьмом… никто не ценит и не уважает, а ведь… Кто я для них? Они боги… а я не стою и мизинца с их левой ноги. Для Короля Демонов я был просто незваным парнем, которого он пожалел. Лихо просто игрался. А Омела… “Я устал.” Желание что-то делать дальше, как-то идти или бороться просто пропало. Мне хочется просто оставаться тут и не пытаться что-либо сделать. Смерть уже не пугает… И вот, погрузившись во тьму, я услышал голос: “Разочаровываешь.”Неожиданно тьма сменилась более уютной обстановкой. Серый гладкий кирпич стен, роскошный ковер и уютная спальня. Предо мной стоял небольшой столик, на котором была открытая книга, пара чашек чая и несколько сладостей. А напротив сидел человек, которого я больше всего восхваляю и ненавижу - мой отец. — Виджет, — спокойно обратился он ко мне. Черные глаза были глубокими и загадочными, лицо было ровным без морщин и молодым, но мудрости и проницательности ему не занимать. Глаза четко видели все, а спокойное выражение лица вновь доказывало его абсолютность. Черные волосы были завязаны в пучок, что выглядело немного странно, а одет он был в простой халат, — Как ты сдох? — спросил он, разрушая образ. — Я… как я жив? Как я вернулся? Что произошло? Отец, ответь… — Чш-чш-чш! — быстро заткнул он меня, — Много вопросов, я не запомню, — объяснил он, — Для начала… я разочарован, — вновь повторил он, отчего у меня по телу пошли мурашки. Черный взгляд вновь пронзил меня, видя насквозь. “Действительно… он существо, что стоит выше.” — Не ты разве планировал свергнуть меня? Кто придумал подкупить парочку Владык и Герцогов? Кто придумал дать Чернике яд, чтобы вызвать у меня импотенцию? И с такими амбициями ты так быстро пал… Блять, сынок, всего пару раз избили, а ты уже раскис, — махнул он рукой и дал мне подзатыльник. — Хах… “Он узнал… хотя есть ли смысл?” — Я умер, бать? — спросил я. Отец убрал руку, после чего снова ударил с новой силой. — Не Батя, а Отец Великий Дьявол Повелитель Король Ада! — за каждым словом следовал новый удар, но после он перестал и все-таки ответил, — Ну почти, ты где-то почти… да… в общем ты понял. — Ясно. — Эх… как же так… Я думал ты будешь сильнее, — спокойно произнес он, но эти слова… были намного больнее, чем все, что было ранее, — Не ожидал… — разочарованно вздохнул он. В этот момент внутри меня снова что-то обрушилось. Сначала пало мое достоинство сильного, пало мое доверие, и теперь… Осознание того, что мой кумир, мой отец, существо, на которое я всегда равнялся, было разочарованно во мне… посчитало слабым… Мне хотелось просто исчезнуть. Почему-то меня начало трясти, взгляд опустился в пол и я никак не мог заставить себя посмотреть на него. Пока меня трясло, я не заметил, как отец встал и положил руку мне на плечо, после чего усадил на кресло. Далее он налил мне чашку чая и выставил передо мной шахматы. Он сделал ход за белых, а я начал играть черными. Никто ничего не говорил, простая партия в шахматы. В конце-концов, все закончилось матом от отца, я проиграл. Далее он снова расставил фигуры и снова сделал ход за белых. Партия за партией я проигрывал, пытаясь понять ход его мыслей, что он пытался мне сказать. Наконец, он заговорил: — Разве не обидно? Всего лишь не заметив маленькую фигуру, маленькую засаду, ты теряешь ферзя или другую сильную фигуру. Но заметил ли ты ещё кое-что? Какая фигура чаще всего остается в конце игры вместе с королем? — Пешка… — Да. Самая слабая, но самая полезная. Она единственная, кто может выбирать. Ты, — указал он на меня, — Ты моя пешка, я действительно послал тебя туда ради своей цели, но отнюдь не для того, чтобы жертвовать. Я хочу, чтобы ты дошел до конца поля и стал той фигурой, которую посчитаешь самой лучшей. У тебя есть выбор, но путь до конка доски очень сложен… любой ферзь, слон, конь, ладья или другая пешка могут тебя съесть. Но… — теперь он указал на себя, — У тебя есть я. А я не собираюсь тобой жертвовать. — …Ты… не был таким умным, — честно сказал я, — У кого ты услышал это? — …Бельфегор. — Теперь понятно… — Но все-таки большую часть придумал я, — самодовольно ответил он, — Увы, я не знаю, как быть хорошим отцом, — честно признался он, — У самого не было, но я хотя бы хочу, чтобы ты знал, что я не отказываю тебе в помощи. Не хочу делать из тебя папенького сыночка, но помочь я могу. — Хорошо. — В общем, надеюсь ты не задумал дальше умирать, а то в следующий раз будет сложно такое проделать, — сказал он. А ведь точно, я сейчас здесь, когда мое тело там. — Но… мои силы запечатаны, я не могу… — И чо? — … Он серьезно? — Ну и что? Запечатаны и запечатаны, ничего такого, — покачал он руками, — Всего-то там… в противниках боги. — … — Ладно, а если без шуток, — указал он на мое сердце, — То силу Стикса невозможно запечатать даже мне, — улыбнулся он, — Используй ее. — Я понял. Мое настроение немного поднялось. — Ладно, и это… Рохана волнуется. — Мама? Точно… я порой забываю, что меня здесь ждут… Или я просто раньше не замечал? — Иди уже, мне надоело быть примерным отцом, — сказал он, сделав глоток чашки чая, — А то пропустишь самое интересное, что делают с твоим телом, — слегка улыбнулся он. — Что там… Но я не успел сказать и меня вернуло во тьму. *** Сначала была тьма. Никаких эмоций или ощущений, только один я наедине со своими мыслями. “Стикс… значит я могу?” День за днем, час за часом и каждую секунду я тренировался, пытаясь почувствовать Стикс. Это получалось крайне плохо, но иного у меня не было Вскоре, тьма немного рассеялась, и я смог почувствовать хоть что-то. Ко мне постепенно вернулось осязание и я ощутил легкое покалывание где-то в руке. Это покалывание постепенно появлялось, но не вызывало беспокойств. За три дня ко мне вернулось осязание, я смог почувствовать мягкую траву под спиной, жар лучей Солнц и прохладу ветра, а также что-то очень теплое и приятное… пока я не понял что это, но мое тело горело от этого. Постепенно ко мне вернулось обоняние. Я учуял запах пресной воды, своей крови и сладковатый запах чего-то непонятного мне… Далее был слух. Кто-то был возле меня. Судя по постоянным легким шагам - это была девушка. Она то приходила, то уходила на некоторое время. Очень не скоро я смог открыть глаза и увидеть эту самую особу, которая… жрала мою руку. — … — … Это была Семечка, дриада, которую я вырастил. Ее длинные зеленые волосы нежно спадали на смуглую гладкую кожу, большая грудь была практически не прикрыта, да и из одежды у нее было только пара листьев, сплетенных в тонкую юбку. Она выглядела идеально, а ее ранее детское лицо приобрело более утонченные выражения, как и глаза, которые удивленно и ошарашенно смотрели прямо на меня. — Семечка. — … — Ты что делаешь? — …Кусь. — Не ешь меня! Я не еда! — Кусь! — Прекра… мфмфм! Она закрыла мне рот пучком травы, после чего спокойно продолжила есть мою левую руку. На самом деле было не больно, совсем, она будто что-то в меня ввела, чтобы не было больно и крови было немного. Но… дриада, которая есть плоть? Да еще и с живого человека? Да еще и с которого по сути ее вырастил!? Где такое видано! “Возможно это из-за того, что я тогда дал ей своей крови…” Когда она была еще ростком, я накормил ее своей кровью, и теперь жалею об этом. Да кто же знал!? Далее, как она обглодала мою ручку до костей, она вытащила кляп из моего рта и посмотрела прямо мне в лицо. — Семечка… ток это спокойнее, просто спокойнее. “Не жри меня!” Но вместо этого, она быстро накрыла меня своими мягкими губами. От неожиданности я подавился, после чего она начала меня поить своей слюной. Из-за того, что ее рот был немного в моей крови, я смог ощутить этот солоноватый вкус. Далее я почувствовал возбуждение и покалывание в левой руке. “Она… регенерирует?” Теперь стало ясно. Жар постепенно стал распространяться по телу, переходя также и на мой пах. “Блять… меня насилуют.” Сначала заживо ели, а теперь насилуют… *** Было неплохо. Но все равно осадочек остался неприятный. К тому же это немного странно, что именно с Семечкой, хотя не по моей инициативе. Хотя… для нее это вряд ли странно. Дриады, как я узнал от сучки Омелы, не ориентируются на человеческие обычаи. К примеру, почему родственные связи запрещены? Бог? Религия? Нет - генетика. Потомство может родиться слабым и больным, поэтому у людей и запрещено подобное. Но для растений такое неважно, а дриады как раз духи растений. Для них секс не выглядит чем-то извращенным или неправильным, они смотрят на это с самой ее естественной точки, как люди смотрят на размножение насекомых и животных. Люди спаривают быка с коровой, чтобы получить от коровы молоко и теленка, а быка вскоре пустить на мясо, и это не выглядит каким-то неправильным в глазах людей. Увы, люди своей верой исказили изначальные представления о размножении. А вот дриады и смотрят на все слишком просто без каких-либо предубеждений. Увы, двигаться я не мог, и сопротивляться тоже. Я был живой куклой для секса и холодильником. Утром я просто лежал и думал, пытаясь понять Стикс в своем теле, чтобы получить хоть какие-то силы, днем меня насиловали и жрали, вечером мыли и перед сном Семечка снова перекусывала и отдыхала. Увы, разговор с Семечкой не задавался. — Семечка, — начинал я. — А? — А можешь не есть меня? — О? — Ты же все понимаешь, я просто хочу договориться с тобой. Спасибо за спасение, но давай поговорим о том, что я сейчас нуждаюсь в помощи. — Ага. — Ты поможешь мне? — Э… — Семечка? — Хм? — Ответь пожалуйста. — Не. — Ты сучка зеленоволосая, я же… мфмфмф! Увы, она не шла на компромиссы. Я ее еда. Блять! Надо было ее нормально воспитать! Что ж… сам виноват. Но вот избавиться от нее я не смогу. Двигаться пока невозможно, телу надо еще около трех месяцев для восстановления, без Семечки я помру. Ух… Далее точно пойдут тяжелые времена. Таким темпом прошла неделя. Самой лучше ситуацией было оставаться на месте. К распорядку дня Семечки я привык, так что продержаться смог бы. Но, неожиданно, Семечка оплела меня корнями растений, после чего подняла мое тело в вертикальное положение. — Идем в приключение! — воскликнула она с сияющими глазами. — Так… это… Семечка. — Да? — Я ж двигаться не могу. — Да. — А ты о мире ничего не знаешь, так? — Да. — И он опасен. — Да. — Мы можем погибнуть. — Да. — Давай подождем моего выздоровления… — В приключения! — Блять.