Глава 42 — Глава 42

Я сидел и слушал эту речь с открытым ртом. "По твоему выражению лица так и подумала". "Да, нет..." Я покачал головой. "Ну, почти..." Вальбурга пару раз затянулась сигаретой и, стряхнув пепел, выпустила неаристократические колечки дыма. "О, как я люблю ломать эти нелепые представления о мире. Может, разберемся по порядку?" Удобнее устроившись в кресле, я приготовился внимательно слушать. Это могло быть занятно. "Для начала я тебя расстрою. Никто тебя здесь не ждет. Ты не был назван матерью. В младенчестве ты не был посвящен в Домовой Гобелен. Для Рода, несмотря на позитивную реакцию дома, тебя просто не существует. Это можно исправить, но нужно ли? Зовут тебя Максимилиан Найт уже лет одиннадцать, как ни крути, и имя - не пустой звук. Оно буквально срастается с душой и телом, и даже если ты и по крови, и по магии чистокровный Блэк, но ведь и письмо из Хогвартса пришло на какое имя?" "Найт". "Вот именно. Сменить его непросто. Это очень сложная процедура, возвращение в Лордства и все такое. Лорд - это всего лишь статус, красивая табличка. Ни силы, ни ума тебе она не прибавит. Зато обяжет ходить на заседания Визенгамота и участвовать в прочих общественных мероприятиях. И главное - от Малфоя тебя это ничуть не защитит. Что мешает одному Лорду убить другого? Ни-че-го! Дальше. Никаких чудодейственных артефактов и прочей ерунды не существует. Более того, гоблины ничего не имеют, кроме денег и пары десятков никому не нужных безделушек. С их-то историей кто доверит им что-то такое? Перстень Старосты существует, но где он, не знает никто". "А как же?" "Да как?! Этот поганый предатель крови Сириус просто выбросил его где-то! Кусок плешиво..." Вальбурга еще с минуту бушевала, ругая Сириуса. Я поднял руку, как прилежный ученик на уроке. Вальбурга это заметила, хмыкнула и кивнула, разрешая спросить. "То есть моего имени нет на Гобелене?" "Называние и посвящение не происходят в отрыве друг от друга. Получается, что тебя не назвали, а значит, и на гобелене Малфоев тебя тоже нет. А даже если бы и был, Люциус, наверное, тебя оттуда бы вычеркнул". "Миледи Вальбурга, но... То есть, теоретически, если я попаду на гобелен, мое имя появится и на гобелене Малфоев? Ведь Нарцисса в девичестве Блэк, и Лестрейндж, и множество других семей..." По глазам Вальбурги я понял, что сказал какую-то глупость. "И откуда у магглорожденных такие дурацкие мысли в головах? Придумывают всякую ересь... Никаких семейных гобеленов, связанных с гобеленом другого Рода, нет. Надеюсь, не нужно объяснять почему? Видно, что нужно". Вальбурга опять немного уделила внимания не дымящейся, но и не затухающей сигарете, и только после этого заговорила. В первую очередь волшебник не друг и не брат другому волшебнику. Мы не рассматриваем отдельные случаи, только общую картину. У нас очень мало материальных ценностей, но то, что есть, — настоящие реликвии. Самую большую ценность имеют информация и знания. Каждый Дом пытается получить выгоду от другого, так и повелось много сотен лет назад. И сейчас это актуально. Представь, что на гобелене когда-то родственных Домов, а теперь враждующих, есть информация о рождении детей, браках, линиях наследования и так далее. Это недопустимо! Наши предки, которые создавали гобелены, тоже это понимали. Они никак не связаны между собой, и сама информация на них не появляется. — Ты говорила, что самое главное — это знания и информация. А как же чистота крови? — Чистота крови вообще вне категорий важности. И не обсуждается. Если не обсуждается, значит, не обсуждается. Я сам как-нибудь разберусь. — Но все-таки... ледиВальбурга, что мне делать? — Я же уже сказала, молодой человек. Ты меня не слушал? — чуть раздраженно переспросила она, небрежно ставя мундштук с сигаретой на поднос на журнальном столике. — Надо бить первым. — А как же Нарцисса? — Она уже не маленькая девочка. Сама как-нибудь разберется. — У них сын, Драко Малфой. Он, наверное, догадается, что я убью его отца. Еще один враг. — Убей и его тогда, но не раньше, чем он произведет наследника. Слишком старый Дом, чтобы его прерывали из-за глупости одного из членов. Еще несколько часов мы беседовали сВальбургой на разные темы. По-прежнему я не хочу становиться ни Лордом и так далее, о чем не преминул сообщить. Вальбурга же оперировала такими понятиями, как память предков и так далее. Просто безнравственно — так взять и разрушить многолетние труды многих поколений волшебников, разрушить их наследие, влияние и многое другое. Разрушить то, что они добывали своим потом, кровью и трудом. В конце концов мы пришли к тому, что мне следовало бы поискать перстень Блэков. Без этого все остальные споры теряют смысл. Дом принял меня в члены рода Блэков, так что я могу здесь появляться, хотя ко многим вещам у меня нет доступа как раз из-за отсутствия перстня. Заодно выяснилось, какую роль играет во всем этом сам дом. Все оказалось довольно просто. Здесь много поколений Блэков жили, творили, придумывали свои заклинания, вешали разные защиты и прочие штуки. Со временем любое такое жилище превращается в некий артефакт, в котором все эти заклинания, детские выбросы магии и прочие колдунства сливаются во что-то единое, монументальное. Теперь, имея возможность сравнивать, могу уверенно сказать, что вХогвартсе есть нечто подобное, но гораздо более безликое, что ли. Это можно сравнить с «другим воздухом», когда приезжаешь из города на природу. Только если там воздух действительно другой, то в Хогвартсе — нечто неуловимое. В доме Блэков это ощущение очень ощутимо, хотя сформулировать его чрезвычайно сложно. В общем, каких-то определенных выводов в отношении наследства я так и не сделал. С другой стороны, выяснилось, что никакой такой «родовой магии» не существует. Есть записанные в книгах, свитках и фолиантах знания и опыт предков, есть наследие — артефакты и прочее. И есть многовековая история Дома, со своим сводом внутренних правил и прочего. Больше я никаких тем поднимать не стал. Вальбурга сказала Кричеру, чтобы он меня покормил и дал мне комнату. Кричер был недоволен тем, что ему приходится обслуживать «странных родственников великой леди». Однако в целом проявлял вполне очевидное здравомыслие. Как и портрет Вальбурги. Мне даже кажется, что она свое неадекватное поведение припасает чисто для отдельных индивидуумов и их гостей-друзей.