У меня к тебе серьезный вопрос!
Как лучше всего сократить имя "Гермиона"? Герми? Миона? Моя маленькая PogChamp? (нет)
Предлагай свои варианты в комментариях!
______________________
"Ну, что тут рассказывать? По имеющимся у меня сведениям, Сириус Блэк оказался непричастным к тем преступлениям, в которых его обвиняли. Питер Петтигрю, выходит, инсценировал собственную смерть. Ты не забыл, какое обвинение было предъявлено Блэку?"
"Что он выдал семью Поттеров Темному Лорду, указав ему их убежище. Это все знают."
"Да. Как я понял, на убежище наложены чары Фиделиус, а Блэк вовсе не являлся хранителем тайны."
Многозначительная пауза вынудила Гермиону лишь вопросительно приподнять брови, ожидая, что будет дальше.
"Питер Петтигрю. Хранителем был он. Он и сообщил.
"Очень странное дело, — размышляла вслух Гермиона. — Никаких записей суда, а говорить мне нечего, так разве нельзя было применить Веритасерум?"
"Я и сам ничего не знаю. Просто... Все так и было."
"Понятно. А скажи-ка мне, Макс, зачем тебе вдруг понадобилась литература по ликантропии?"
"О, это уже другая тема. Ты не знал, что Люпин — оборотень?"
"Профессор Люпин. Я догадалась, — кивнула Гермиона.
"И даже не поделилась догадкой?"
"Нужно было собрать еще материалов. Статистики. Его "странная болезнь" очень удачно совпадала с полнолуниями. В день полнолуния и день после него он не посещал занятий и не присутствовал на приемах пищи. А вот чего ты, наверное, не знаешь, то профессор Люпин в группе хаффлпаффцев-рейвенкловцев успешно провел урок с боггартом. У одной девочки боггарт принял вид страшного клоуна из коробочки. Говорят, он был очень страшен, и девчонка чуть не упала в обморок. Ее от боггарта отгородил профессор, и боггарт тут же принял форму луны, проглянувшей из-за туч. Правда, кто-то говорил, что это был кусок сыра в хлопьях пыли, но в это уж совсем не верится."
Такие сведения заставили меня задуматься, почесав затылок.
"И почему же я ни о чем таком не слышал?"
"Надо просто общаться еще с кем-то, кроме меня. Слушать ночью в своей комнате охапку сплетен с девчонками я, конечно, не рвусь, а кто ж меня спрашивать будет?"
"А наши только храпят да несут ахинею."
"Мальчишки, — фыркнула девочка. — Я-то думала, у тебя какие-то неприятности. Как в тот раз в прошлом году."
Конечно, так и было! А ты как подумал?
"Не натворил ли ты чего?" — Гермиона пристально заглянула мне в глаза. Да так пристально, что с непривычки, не будь мои ментальные защиты столь стойки, можно было и легилименцией заподозрить.
"Кажется, нет."
"М-м-м..."
"Что такое?"
"Что-то чересчур ты честен на вид."
"О чем вы там воркуете?" — раздался за нашими спинами двойной голосок близнецов, но для Гермионы и для меня их появление не стало неожиданностью. Я еще слышал, как они подходят, а Гермиона, как "владелица" набора приглушающих чар, тем более должна была почувствовать пересечение их границы.
"Да так, — обернулся я к ухмыляющимся рыжим братьям, обернулась и Гермиона. — Размышляем."
"Выясняем у Макса, не влип ли он куда-нибудь, пока меня не было."
"Ух ты, братик Фред..."
"Да, братик Джордж?"
"Тебе не кажется, что в самом ближайшем..."
"Может, не совсем ближайшем..."
"А нет, уже..."
"Да?"
"Да!"
"У нас появится новая парочка!" — объявили они хором, хлопнув ладошами, от чего вокруг них взметнулся блестящий серпантин. Но и Гермиона, и я тут же коротко взмахнули палочками, разгоняя серпантин до того, как он коснулся нас.
"Братик Фред, — с показной обидой и упреком посмотрел один близнец на другого.
"Да, братик Джордж..."
"Нам не доверяют."
"Совсем не доверяют."
"О, как будто для этого нет никаких оснований", — ухмыльнулся я в ответ.
"Вот именно", — согласно кивнула Гермиона. — "Я не знаю, что у вас в пыльце намешано."
"В пыльце?" — удивились близнецы. — "Вот это имя!"
"Придётся совмещать. Давай, пошли скорей..." - и они ушли.
"Шутники," - беззлобно парировала Гермиона, обводя взглядом веселящихся гриффиндорцев, переполнявших гостиную.
Я же напротив, задумался. До этого момента я никогда не рассматривал Гермиону, да и никого в Хогвартсе, под таким углом. И гормоны-то бушуют уже с прошлого курса, но для того, кто сам прошёл этот этап взросления, подобные химические бури собственного тела отнюдь не новость - в этом первая причина. В прошлой жизни это было странно и непонятно - чего-то хотелось, но чего не известно, а потому мечется туда-сюда. Сейчас же я прекрасно знаю, с чем связаны те или иные реакции организма, к чему они приводят, и в целом секрета отношений в "горизонтальной плоскости" для меня нет, да и вряд ли в этом вопросе меня чем-то можно удивить. Однако...
Однако никого на примете не было, а вторая причина этого проста - ну дети же ещё! И дело даже не во внешнем развитии - в шестом-седьмом классе оно уже вполне себе сложившееся. Речь идёт именно о ментальном аспекте. Помню я все эти подростково-неловкие попытки побыть с кем-то: взяться за руки, смущённые взгляды, всяческие неловкие моменты, страх перед отказом, возбуждение и ступор от незнания как правильно себя вести, робкие поцелуи. Когда всё это только начиналось, и ты понятия не имел куда это должно привести, а учебник по биологии только больше запутывал! Пацаны во дворе рассказывают одно, а на деле... эххх... Словом, не уверен я, что хочу и могу заново пережить те неловкие и очень памятные моменты. К тому же я никого не любил. Родственники не в счёт - там совсем другое. Женщин я не любил - так получилось. Юношеские увлечения - да, но любовь? Что такое вообще любовь? Не то химическое, что влечёт, а как сказал Дагуорт-Грейнджер в своей работе по зельям? Постоянное, неизменное, ничем не обусловленное преданное служение, которое только и можно любовью называть.
Обновлено: 08.04.2026