К счастью, поход по магазинам прошёл без проблем, и Дафна была очень довольна купленным платьем. Оставшиеся дни до свадьбы прошли в том же духе, и, к облегчению Гарри, ничего страшного или ужасного не произошло.
Утром в канун Рождества он проснулся с очень взволнованным и нервным Сириусом, который был возле него. Потребовалось несколько успокаивающих уговоров и угроз, чтобы мужчина смог просто сидеть спокойно.
— Почему ты так нервничаешь? — спросил он у своего крёстного.
— Я не знаю, — ответил Сириус, явно расстроенный собственными опасениями.
— Поверь мне, всё будет хорошо, просто дыши и помни, зачем ты это делаешь, — наставлял его Гарри, положив руку ему на плечо.
Сириус сглотнул и слабо кивнул, но в его взгляде появилась решимость.
— Спасибо, — искренне сказал он, обнимая своего крестника.
— А теперь иди и одевайся, — потребовал Гарри. — Мы должны идти через час, — добавил он твёрдо.
Сириус вскрикнул и быстро вышел из комнаты, чтобы собраться, оставив Гарри позади.
К тому времени, когда парень был готов, Сириус уже нетерпеливо расхаживал в гостиной, одетый в сшитый на заказ чёрный смокинг с фиолетовым жилетом и белой лилией, торчащей из кармана пиджака.
Гарри был одет в такой же костюм, только без жилета и улыбнулся мужчине.
— Ты хорошо причёсываешься для старой, покрытой коростой шавки, — мягко поддразнил он. — Ты готов? — спросил Поттер.
Сириус неохотно кивнул, и двое аппарировали в церковь в Годриковой впадине, где Гарри провёл много времени, обеспечивая безопасность места.
Церковь была простой, но прекрасной в своей простоте, и Гарри обнаружил, что испытывает к этому зданию симпатию. Знание о том, что здесь венчались его родители, придавало ей ещё большее значение для подростка.
Убедившись, что всё готово, двое мужчин стали ждать у входных дверей здания, чтобы поприветствовать всех собравшихся.
Первым прибыл Дамблдор в пурпурной мантии, украшенной серебряными звёздами и лунами, со своим фамильяром, послушно сидящим у него на плече. К радости мужчины, пара попросила его провести церемонию, и он с готовностью согласился.
Следом прибыла семья Тонксов, причём Натали сопровождала сама Тонкс, которая была одета в такое же красное платье, как и младшая девочка, хотя старшая из дуэта выглядела в нём довольно неуютно.
— Ни слова, — прорычала она, проходя мимо Гарри.
— Ты, — сказал Гарри, обращаясь к младшей девушке, — выглядишь прекрасно, — заявил он, обнимая её.
— Спасибо, — застенчиво ответила Натали. — Ты хорошо выглядишь в своём костюме, — честно ответила она.
— Без него я выгляжу лучше, — с ухмылкой сказал он, глядя на Тонкс.
— Чёрт побери, — залилась краской метаморф, и прокричала.
— Надеюсь, вы больше не будете беспокоить эту леди, — раздался голос, и Гарри повернулся, чтобы увидеть Дафну в таком же великолепном платье, как и у двух других, отчего мальчик задохнулся от того, как прекрасно она выглядела.
Платье было облегающим, а её волосы были тщательно уложены в высокий свободный пучок с несколькими волнистыми прядями, спускающимися по щеке девушки. Макияж был тонким, за исключением ярко-красной помады, которая подчёркивала и без того полные губы.
Тонкс торжествующе вскрикнула, глядя на тупой взгляд Гарри.
— Давно пора кому-нибудь сделать это с тобой, — радостно воскликнула она. — Ты, должно быть, Дафна, — добавила Нимфадора, протягивая девушке руку, которая с улыбкой пожала её.
— А ты, должно быть, Тонкс, — ответила Дафна. — Если он доставляет тебе неприятности, скажи мне, и я с ним разберусь, — пообещала она, глядя на мальчика, который всё ещё тупо смотрел на неё.
Гарри понадобился подзатыльник, чтобы вывести его из ступора.
— Ты выглядишь невероятно, — просто сказал он, обнимая девушку и нежно целуя её.
— Ты и сам выглядишь не так уж плохо, — задыхаясь, ответила Дафна, глядя на него искрящимися глазами, которыми мог бы гордиться сам Дамблдор.
После этого Гринграссы вошли в церковь, а Дафна, Тонкс и Натали отправились ждать Марлин в одной из боковых комнат, отведённых для неё.
Гарри и Сириус приветствовали остальных гостей, в число которых входили: различные члены Ордена, почти все профессора Хогвартса, Амелия Боунс и несколько членов Визенгамота.
Гарри был рад видеть Гермиону вместе с Роном и другими Уизли, включая Перси, который был освобождён вскоре после того, как Трэверс признался в своём участии в убийстве Фаджа. Они провели короткую, но благодарную беседу, и Гарри пообещал, что будет чаще писать своим друзьям, хотя Рон, безусловно, был довольно холоден по отношению к нему.
Когда они убедились, что все гости прибыли, Гарри и Сириус направились к алтарю, чтобы дождаться прибытия невесты и её подружек.
Им не пришлось долго ждать, так как почти сразу после того, как они заняли свои места, начался свадебный марш, и вошла Марлин, а за ней Тонкс, Натали и Дафна.
Сириус просто таращился на свою невесту, и Гарри пришлось физически закрыть ему рот, чтобы вывести его из задумчивости.
Марлин встала перед своим мужчиной и одарила его улыбкой, на которую он искренне ответил. Не было никаких сомнений в том, что их чувства друг к другу были настоящими. Возможно, они проводили большую часть времени вместе, препираясь или подшучивая друг над другом, но в этот момент было легко увидеть их любовь.
— Дамы и господа, — начал Дамблдор, ликующе улыбаясь. — Мне очень приятно, что мы собрались здесь сегодня, чтобы отпраздновать любовь двух людей и соединить их узами брака, — продолжил он. — Я полагаю, что и Марлин, и Сириус написали свои собственные клятвы, поэтому без лишних слов, — закончил он, предлагая Сириусу начать.
Мужчина сглотнул и взял себя в руки, прежде чем начать.
— В моей жизни не было случая, чтобы я не мог сказать ни слова, — с лёгкой усмешкой начал он. — Но, когда ты попросила меня написать клятву для этого дня, я потерял дар речи, — серьёзно продолжил Блэк. — Как я могу выразить словами то, что я чувствую к тебе? — спросил он. — Ответ прост — никак, — покачав головой, ответил мужчина. — Нет слов, которые могли бы передать это, — немного эмоционально продолжил Сириус. — Но я думаю, что поступки говорят громче слов, — добавил он. — Всё, что я могу сделать, это показывать тебе, что ты для меня значишь, каждый день, и до конца моей жизни, — после очередного глубокого вздоха добавил Блэк. — У нас было чертовски трудное путешествие, и я никогда не хочу, чтобы оно заканчивалось. Я люблю тебя, Марлин Маккиннон, и это то, что никогда не изменится. Я не знаю, что произойдёт в будущем, но я хочу, чтобы ты была возле меня до конца моей жизни, — искренне закончил Сириус.
Марлин открыто расплакалась от его заявления, как и многие в комнате. Гарри проглотил комок, образовавшийся в горле от чувств, проявленных его крёстным отцом, и увидел, что даже глаза Дамблдора заблестели, а по щеке мужчины скатилась слеза.
— Как я могу превзойти это? — слабо спросила Марлин, вызвав несколько смешков по комнате. — Я планировала многое сказать, но сейчас это кажется неуместным, — сказала она с улыбкой. — Всё, что я могу сказать, это то, что я люблю тебя, Сириус Блэк, всегда любила и всегда буду любить, и я тоже сделаю всё возможное, чтобы сделать каждый день для тебя по своему особенным, — поклялась Маккиннон. — Нет ничего, чего бы я хотела больше, чем разделить свою жизнь с тобой, просыпаться с тобой каждое утро и засыпать в твоих объятиях каждую ночь, — честно призналась она. — Только это сделает меня самой счастливой женщиной на свете, — заключила Марлин.
— Кольца, будьте добры, — приказал Дамблдор Гарри, который передал их старику, надевшему кольцо на палец каждого из жениха и невесты.
— Пожалуйста, возьмитесь за руки, — всё ещё улыбаясь, попросил он.
Пара повиновалась и посмотрела друг другу в глаза, оба ухмылялись.
— Как главный маг Визенгамота я объявляю вас мужем и женой в глазах любви и магии, — объявил Дамблдор, взмахнув своей палочкой, отчего оба кольца вспыхнули золотом, демонстрируя успех заклинания.
Толпа разразилась громкими аплодисментами, когда пара разделила свой первый поцелуй в качестве мужа и жены. Мгновение спустя они расстались, и Сириус схватил Натали, поднял её на руки и крепко обнял, к нему быстро присоединилась его жена.
Вскоре после этого все присутствующие оказались в Большом зале Хогвартса, предложенном Дамблдором в качестве места приёма, зная, что на площади Гриммо, или в поместье Поттеров его провести невозможно без ущерба для чар Фиделиус, наложенных на них.
— Ты хорошо справился, — похвалил Гарри Сириуса, когда они сидели за главным столом, а остальные гости, ели за разными столами, которые были поставлены вместо домашних столов.
— Я никогда в жизни не был так напуган, — признался Сириус, покачав головой.
— Я так и подумал, увидев, в каком состоянии ты был сегодня утром, — со смехом ответил Гарри.
— Смейся, — проворчал Сириус. — Однажды настанет и твоя очередь, — с ухмылкой добавил он.
Гарри только пожал плечами.
— Я уверен, что справлюсь с этим лучше, чем ты, — ответил Поттер с собственной ухмылкой.
— Ну, а пока тебе нужно произнести речь, — ответил Сириус, его глаза загорелись весельем.
— Ты же не собираешься заставить меня? — в отчаянии спросил подросток.
— Это традиция, — просто ответил Сириус, заставив Гарри вздохнуть.
— Тогда лучше покончить с этим, — пробормотал он и встал на ноги, постукивая ложкой по своему кубку.
Обитатели комнаты повернулись и выжидающе посмотрели на юношу.
— Ну, — неуверенно начал он. — Я думал, что смогу избежать этого, но, похоже, мне это не удалось, — покачав головой, сказал Поттер.
По этому поводу раздалось несколько смешков, и Гарри подождал, пока они пройдут, прежде чем продолжить.
— По правде говоря, я не знаю, что сказать, — честно признался он. — Я узнал о Марлин только чуть больше года назад, когда Сириус был пьян, но в тот вечер я увидел нечто такое, что видел у него только однажды, — продолжил Гарри. — Я увидел боль и эмоции, которые он проявлял только когда говорил о потере моих родителей, и тогда я понял, как много Марлин для него значит. Для него мысль о том, что он потерял её все эти годы назад, всё ещё причиняет ему боль, и именно так я могу быть уверен в том, что он действительно любит её так сильно, как говорит, — объяснил Поттер. — И если это не показатель, то тогда им является сегодняшние утро, — продолжил он. — Сириус заикался. Я думаю именно таким был Ремус после того, как зашёл к моей матери в душ, — с ухмылкой добавил Поттер.
Сириус расхохотался и начал стучать рукой по столу, а Ремус в ужасе смотрел на то, что только что было раскрыто.
— Ты рассказал ему, — слабо сказал он Сириусу, который только кивнул, продолжая смеяться.
— Это не то, что ты думаешь, Гарри, — промямлил Ремус, на что Гарри лишь торжествующе усмехнулся.
— Он уже объяснил, — успокоил его Гарри, указывая на своего крестного отца.
Ремус только покачал головой и продолжал выглядеть смущённым.
— В любом случае, — вмешался Гарри. — Я просто хочу пожелать Марлин и Сириусу всего счастья в мире и знаю, что они никогда не будут воспринимать друг друга как нечто обычное. Они уже думали, что однажды потеряли друг друга, и то, как сильно они любят, даёт нам всем надежду на то, что настоящая любовь может пережить любое количество времени и расстояние между ними, за Марлин и Сириуса Блэков, — поднимая свой бокал закончил он.
— За Марлин и Сириуса Блэков, — эхом отозвался зал.
— А теперь настало время для счастливой пары разделить свой первый танец, — объявил Дамблдор, жестом приглашая пару пройти на танцпол.
Старик взмахнул своей палочкой, и первые ноты песни «Baby I love your way» Питера Фрэмптона зазвучали в зале, смутив многих не знакомых с магловской музыкой.
Марлин сделала паузу.
— Ты вспомнил, — сказала она своему мужу, который улыбнулся и кивнул.
— Я не мог забыть нашу песню, — ответил он. — Хотя я не мог слушать её с тех пор, как ты ушла, — с грустью добавил он.
— Я люблю тебя, Сириус Блэк, — эмоционально заявила Марлин, позволяя подхватить себя на руки и повести по паркету для первого танца.
Вскоре к ним присоединились остальные.
— Я не знала, что ты умеешь танцевать, — удивлённо сказала Дафна.
— Я тоже, — честно ответил Гарри. — Наверное, тренировки помогают, — пожал он плечами.
Дафна улыбнулась, растаяла в его объятиях и просто наслаждалась.
Гарри улыбнулся проходящему мимо Дамблдору, который вальсировал по комнате с профессором МакГонагалл, которая тоже улыбалась, что было редким проявлением эмоций со стороны обычно строгой женщины.
Он заметил Ремуса и Тонкс, танцующих вместе с Андромедой и Тедом. Даже Амелия Боунс комично танцевала с профессором Флитвиком.
Парень обернулся посмотреть на Марлин и Сириуса и увидел, что они включили Натали в свой танец. Он поймал взгляд своего крёстного отца и улыбнулся ему, на что тот тепло ответил.
— Ты всё ещё придёшь к нам завтра? — спросила Дафна.
— Да, — ответил Гарри. — Я не могу придумать, где бы я ещё хотел побывать, — искренне добавил он.
Дафна улыбнулась и снова прильнула к нему объятиях.
Ночь подошла к концу, и гости начали расходиться по домам, оставив только членов семьи Блэк и персонал Хогвартса.
— Ты уверен, что не хочешь, чтобы Натали осталась у нас на ночь? — спросила Андромеда.
Марлин покачала головой.
— Это Рождество, она должна быть с нами, — с улыбкой объяснила она, любовно положив руку на плечо девушки.
— Если ты уверена, — вопросительно сказала Андромеда.
— Мы уверены, — вклинился Сириус. — Без неё это было бы не Рождество, — добавил он, обнимая обеих девушек.
— Поздравляю, — радостно сказала Андромеда. — Я очень рада за вас.
— Спасибо, Энди, — с благодарностью ответил Сириус. — Мы собираемся отнести её домой, — объявил он, видя, что младшая девочка зевает.
— Но я не устала, — проворчала Натали, прежде чем снова зевнуть.
— Конечно, не устала, — с сарказмом согласился Сириус. — Нам нужно уложить тебя в постель, иначе Санта Клаус не придёт, — предупредил он.
— Мне двенадцать лет, — просто ответила Натали, вызвав смех у всех, кроме Сириуса, который надулся.
— Почему никто больше не верит в Санту? — проныл он. — Я видел его, когда мне было шесть лет. Я знаю, что он настоящий, — раздражённо закончил Блэк.
— Это был твой отец в красном костюме, идиот, — рассмеялась Андромеда. — Ты всё ещё веришь в Санту? — недоверчиво спросила она.
— Нет, — неубедительно ответил Сириус, хмурясь на свою кузину.
— Пойдём, принцесса, отведём тебя домой, пока мы не разрушили твою веру в пасхального кролика, — предложила Марлин, ведя его и Натали из зала.
— Ты хочешь сказать, что пасхальный кролик тоже не настоящий? Вся моя жизнь — ложь, — заявил Сириус, когда его выпроводила жена.
Гарри и семья Тонкс только посмеялись над ним.
— Вы же не думаете, что он действительно верит в них? — со смехом спросил Гарри.
— Верит, — ответила Андромеда.
— И он думает, что твоя сестра сумасшедшая, — пробормотал Гарри. — В любом случае, я надеюсь, что у вас будет хорошее Рождество, — искренне сказал он. — Вы уже должны были получить мои подарки, — добавил он.
— Да, но твой эльф какой-то странный, — нахмурился Тед.
— Что, Добби? — спросил Гарри.
Поттер послал эльфа доставить различные подарки людям, которых он не увидит на Рождество.
— Именно он, — покачав головой, сказал Тед. — Пришёл в костюме Санты выкрашенный в зелёный цвет, — пояснил он. — Сказал что-то о том, что он Гринч, и мне пришлось остановить его, чтобы он не поджёг нашу ёлку, — хмуро закончил старший Тонкс.
Гарри неудержимо рассмеялся.
— Простите, — сквозь смех извинился он. — Я установил телевизор в одной из комнат и застал его за просмотром магловских рождественских фильмов, очевидно, он смотрел «Гринча», — объяснил Поттер.
— Вот оно что, — заявил Тед. — Я смотрел его с мамой, когда был маленьким, — добавил он. — Тебе нужно следить за этим эльфом, — посоветовал Тонкс. — Мы же не хотим, чтобы он думал, что он Рэмбо, — закончил мужчина.
Гарри вздрогнул при этой мысли.
— Я поговорю с ним, — пообещал парень.
Он попрощался с Тонкс, совершенно вымотанный долгим днём. Гарри просто хотел спать, зная, что завтра его ждёт ещё один напряжённый день с Дафной и остальными членами её семьи.
Обновлено: 12.02.2026