«Гермиона...»
«И это все?» Она снова поднимает на него глаза, и в них только холод. Отстраненность. «У меня еще много дел. Так что, если бы ты мог просто уйти, это было бы замечательно». И даже не дожидаясь ответа, она снова делает движение запястьем, и дверь с силой распахивается, ожидая, пока Гарри уйдет.
Он убирает руки в карман, не сводя с нее глаз, пока она возвращается к тому, что читала.
Может, ему стоит закрыть дверь и сесть рядом с ней? Сказать ей, что это было недоразумение. На самом деле он не думает, что она его выдаст, он никогда так не думал. Может быть, ему стоит взять ее лицо в свои руки и поцеловать. Провести руками по ее телу и улыбнуться ей в губы. Крепко обнять ее, заставляя извиваться от удовольствия.
Гарри моргает.
Не говоря больше ни слова, он уходит.
22 ноября 2005 года
Министерство Магии
Прошла целая неделя с момента встречи и катастрофического разговора с Гермионой... но, не считая этого, все было спокойно. Гарри занимался только бумажной работой и решением привычных проблем. Не говоря уже о бесконечных разговорах с Роном, Джинни и даже Малфоем в попытках понять, как злоумышленники проникли в особняк и кто может быть предателем. Учитывая все, что они обсуждали на встрече, их расследование идет... ужасно.
К тому же на многие вопросы о Ярмарке до сих пор нет ответов. Они не приблизились к тому, чтобы узнать хоть что-то о человеке, о котором упоминала Люсинда Саммерс; другая проклятая женщина действительно исчезла, возможно, покинула Англию, прихватив с собой любую другую зацепку; группа Мракоборцев, назначенная для изучения и осмысления заклинаний вокруг магловских пуль, тоже ни к чему не пришла.
Гарри вздохнул, провел рукой по лицу, массируя лоб. Он один на этаже Мракоборца, уже давно закончился рабочий день, и ему следовало бы отправиться в свою квартиру, чтобы заслуженно выспаться, но его мозг работает слишком быстро, мысли разбегаются, пока он пытается охватить все вокруг. Его месть, нападение на ярмарке, бал, злоумышленники, убийство Люциуса Малфоя.
И, конечно же... Гермиона.
Всю неделю они почти не разговаривали, и он не мог отделаться от мысли, что все испортил. Он пытался рассказать ей несколько вещей, но она всегда находила предлог, чтобы не оставаться с ним наедине. Не осталось незамеченным и то, что она все время была с Петтигрю, как будто они привязаны друг к другу. Это раздражает Гарри. Сознательно он не позволяет себе этого, но когда его бдительность немного ослабевает... да, это чертовски раздражает его. В основном потому, что его предательский разум не в состоянии забыть то, что их связывало.
Иногда это накрывает его, как мощная волна, готовая утопить.
Ее запах, вкус, прикосновение ее кожи к его коже, то, как они идеально подходили друг другу. От одной мысли об этом у него по позвоночнику пробегает дрожь. Ему трудно признать, что он жаждет снова быть с ней вот так.
Может быть, мне стоит провести еще немного времени с Салли?
Он не видел и не разговаривал с Салли со времен Бала. С другой стороны, Сириус теперь постоянно находится в Министерстве. Он всегда там, разговаривает с Томом Риддлом. То же самое касается и остальных советников. Очевидно, что они проводят свои дни, обсуждая, кто может быть предателем.
Вздохнув, Гарри выключает настольную лампу. Полная темнота, за исключением...
Он встает с кресла. Сердце начинает бешено биться в груди. Под дверью Главы появился свет. Он был так поглощен своей работой, что не заметил, что она еще не ушла. Он опускает голову и убирает руку в карман. Она определенно одна.
Сделав несколько шагов к лифту, он останавливается. Пожевав щеки, он проклинает себя, когда поворачивается, и ноги сами ведут его к ее кабинету.
Он осторожно стучит. Изнутри раздается мягкое "войдите », и он проводит рукой по своим и без того беспорядочным волосам, прежде чем войти.
Гермиона сидит за своим столом и что-то яростно пишет, перед ней кипы бумаг, в кабинете валяются книги, в одном углу стоят по меньшей мере два подноса с чаем. Он поднимает бровь. Она что, работает без перерыва? Выглядит так, будто она почти не выходила из кабинета.
Он смотрит на нее. Ее глаза все еще заняты тем, что она пишет, она все еще не знает, что Гарри стоит здесь, и на секунду он опасается, что она может прогнать его, когда поднимет глаза. Ее волосы убраны в пучок, а щеки слегка покраснели, как будто от напряжения. Под глазами видны мешки. Может, кошмары не дают ей спать по ночам?
Он проходит дальше внутрь, и она наконец поднимает глаза.
Наступает тишина. Они смотрят друг на друга.
«Д'Анджело». Он наблюдает, как его имя срывается с ее полных губ. Она хмурится. «Что ты здесь делаешь?» Он поджимает губы от ее прямоты.
«Я просто уходил и увидел, что у вас горит свет, так что...»
Она смотрит на часы на стене, и он видит, как расширяются ее глаза, как будто она понятия не имеет, который час. Гермиона вздохнула и отложила перо. Гарри видит, что чернила испачкали ее пальцы и ладонь. К своему полному неверию, он находит это восхитительным и сексуальным. Сглотнув, он делает еще один шаг к ее столу.
Откинувшись на спинку стула, она наблюдает за ним. «Итак, я вижу, вы работаете в дополнительные часы». Ее тон не самый дружелюбный, но она и не прогоняет его, так что это уже начало.
Он кивает. «Я ожидаю, что мне заплатят должным образом». Она слегка улыбается его игривому тону.
«Так и будет». Но в ее тоне нет и намека на игривость. Между ними все странно. Определенно. И просто смешно, как он стремится вернуть все на круги своя...
«У нас почти не было возможности поговорить всю эту неделю». Его слова смешны даже для него самого.
«Мы были безумно заняты». Она достаточно любезна, чтобы не упоминать о том, как он обвинил ее неделю назад.
Обновлено: 17.01.2026