Мы приземлились перед домом. То есть тем, что от него осталось.
"О боже мой!" - воскликнула Энни, когда я опустил ее на землю.
Это был ужас, массовые разрушения, люди истекали кровью, горели, кричали.
Я снял с плеч свою накидку и отдал ей.
"Вот, используй ее, чтобы перевязывать людей. Я пойду внутрь. Он все еще здесь. Постарайся увести людей как можно дальше" - сказал я и вошел.
Надеюсь, она поступит разумно и будет держаться подальше.
Я рискнул углубиться в разрушенный дом, спустился по лестнице, завернул за угол, и в тот же миг где-то глубоко внутри меня вспыхнула ярость.
"Убей их обоих! Убей их сейчас!"
Нам нужна холодная голова, чтобы справиться с этим Эхо! Я не хочу случайно погибнуть от луча смерти Солдатика.
Как бы я ни старался сохранять хладнокровие и ограничивать порывы оригинального Хоумлендера, именно сочетание его воспоминаний, эго и знаний о будущем позволило мне оказаться в такой ситуации.
Раньше я был вполне нормальным парнем. Большинство смертей и разрушений, которые я видел раньше, были по телевизору. Это было настоящее дело с реальной опасностью. Люди собирались попытаться убить меня.
Так что нужно было сохранять голову холодной.
"Уильям Бутчер и Солдатик! Вы стоите за всем этим, и все это действительно из-за меня. Ха, а я чуть не поссорился из-за этого с Мэйв. Она назвала меня сумасшедшим" - сказал я усмехаясь. "Но на самом деле все дело во мне".
"Уильям, мы заключили сделку и собирались сражаться насмерть, ты и я. Ты жульничаешь. Сделка отменяется".
Это тот момент, где Хоумлендер небрежно атаковал Бутчера лазером. Бутчер без особых проблем выдерживал удар, после чего Хоумлендеру пришлось сражаться с двумя противниками.
Я видел, что Бутчер был напряжен, ожидая, что я сделаю ход. Поэтому я решил бросить в его сторону кривой мяч.
"Уильям Бутчер, властью, данной мне правительством Соединенных Штатов, я помещаю вас под арест за соучастие в убийстве, непредумышленном убийстве, уничтожении собственности, терроризме".
"У вас есть право хранить молчание и отказаться отвечать на вопросы. Все, что вы скажете, может быть использовано против вас в суде. Вы имеете право проконсультироваться с адвокатом, прежде чем общаться с полицией, и на присутствие адвоката во время допроса сейчас или в будущем."
Я сделал паузу и перевел дыхание, когда они оба посмотрели на меня в замешательстве. "Вы имеете право… что ж, ты понял, Уильям".
"Сдавайся, и тебе никто не причинит вреда" - с весельем в голосе сказал я.
"Ты спятил, приятель! Есть только один способ покончить с этим".
Ну, никто не мог сказать, что я не попробовал решить все мирным путем.
При первых признаках того, что его глаза стали желтыми, я сделал свой ход.
Я низко пригнулся и на огромной скорости бросился к нему. Его лазерный луч прорезал лишь воздух. Он не был готов к тому, что я опущусь так низко, во всех смысла этого слова, и не был готов, когда я дернул его за ноги.
Я извернулся, чтобы не врезаться головой в стену. Будучи готовым к этому, я проигнорировал боль, Хоумлендер был практически неуязвим, но он все равно чувствовал боль, так что я прорвался сквозь обломки прямо наверх, увлекая его за собой держа за лодыжки.
Я яростно пробил полы и потолок наверху. В тот момент, когда мы оказались на улице, я развернул его, набирая обороты, и швырнул на сверхскорости, как надеялся, через половину штата.
Если ему повезет, он упадет в поле, а не на что нибудь что его убьет.
На самом деле это не имело значения, менее чем через полторы секунды он выбыл из боя. Я надеялся, что к тому времени, когда он приземлится и будет готов вновь вернуться, этот бой уже закончится.
Я влетел обратно внутрь и приземлился в нескольких метрах от Солдатика.
"Теперь, когда я избавился от мусора, остались только ты и я" - сказал я, оценивая его внешний вид.
Солдатик выглядел расслабленным и не сильно впечатленным моей акробатикой.
"Скажи мне", - начал я небрежно. "Ты действительно Солдатик?" Я, очевидно, знал, что это так, но мне нужно было сыграть роль невежды, все же никогда нельзя знать наверняка есть ли рядом лишние уши.
"Во плоти" - ответил он уверенно.
"Потрясающе, у меня к тебе столько вопросов. Мы все думали, что ты умер. Что случилось? Как ты воскрес из мертвых? Почему ты охотишься за своей старой командой? Это всё как то касается секс-работников?" - не смог удержаться я от последнего вопроса. Небольшой троллинг еще никому не повредил.
И этот вопрос явно вывел его из колеи. Он выглядел смущенным.
"Это касается секс-работников? Ты убиваешь их, потому что они были секс-работниками?" - спросил я видя это.
"О чем, черт возьми, ты говоришь?"
"Малиновая графиня звонила по видеосвязи разным дрочащим клиентам. И это" - сказал я, указывая вокруг себя, "очевидно, тут была оргия. Я предполагаю, что близнецы устраивали здесь очередной герогазм. Так это из-за секса? Ты пытаешься убить их за то, что они геи или за их извращения?"
"Что? Приятель, это я изобрел герогазм в 52 году. Графиня и Близнецы должны были умереть. Они предали меня, неблагодарные ублюдки".
"Это так? Итак, что случилось, как вообще ты пережил ядерный взрыв?"
"Ядерного взрыва не было. Это была секретная операция в Никарагуа, секретная операция ЦРУ. Воут пытались избавиться от меня, поэтому команда предала меня, напала на меня и продала русским" - ответил он, и я мог видеть, что он был немного взволнован этим.
"Так кто же ты теперь... ты русский агент?" - спросил я его и похоже, это его сильно разозлило.
"Я, черт возьми, не предатель!" - сердито прокричал он. "Я доберусь до тех кто ответственен за эксперименты надо мной, но сначала моя команда, а потом Воут".
Я улыбнулся.
"Хм, видишь ли, обычно я очень хорошо отношусь к мести, а учитывая, что я вырос фактически на историях о тебе, я даже склонен помочь тебе, но есть небольшая проблема".
Он небрежно приподнял бровь.
"Я и есть Воут" - сказал я, пряча улыбку. "И как величайший герой в мире, я не могу просто позволить тебе поступать, как тебе заблагорассудится. Я предлагаю тебе ту же сделку, что и Бутчеру. Сдавайся."
Он усмехнулся.
"Приятель, я не знаю, кем ты себя возомнил, но ты выглядишь как огромный синий фаллоимитатор".
"УБЕЙ ЕГО!" - мгновенно выкрикнул в моей голове Эхо.
Но я должен признать, что это было довольно неплохо. Без плаща я действительно выглядел как большой синий фаллоимитатор.
Пришло время приступить к насилию.
Я начинаю действовать, летя прямо на него, у меня есть доля секунды, чтобы вступить в контакт, но он уже готов. И в итоге я ударил им о стену, чего было недостаточно чтобы даже просто напугать его.
Я облажался, мне следовало действовать быстрее, жестче, но даже Хоумлендеру нужно пространство, чтобы полностью разогнаться.
Я не пытаюсь ударить его лазером, как в сериале, я иду на прямое столкновение, но его рука уже поднята, блокируя меня.
Его левая рука касается моей щеки.
"Черт!"
Его удар правой в живот почти выбивает из меня воздух, но он также немного отбрасывает меня назад. Это дает ему больше пространства для более мощного удара, но и мне дает долю секунды, чтобы восстановиться.
Блокирую его удар слева и наношу ответный удар правой в его, почти такой же идеальный, как у меня, нос.
Мы обмениваемся шквалом ударов, наполовину блокируя, наполовину просто их принимая, почти как в игре, чтобы посмотреть, кто может вынести большее наказание.
Его удары причиняли боль, не похожую ни на что, что я испытывал с подросткового возраста, когда мои силы начали проявляться в полной красе.
Я должен быть его сыном, лучшей версией его самого, но его удары причиняли боль. Более того, он действительно мог наносить мне травмы. Из сериала я понял, что он действительно мог ранить меня.
Это из-за его гребаной утечки радиации. Как криптонит, она медленно ослабляет меня. Каким бы излучениями ни облучали его русские в своих экспериментах, усиленное тело Солдатика эволюционировало, приспособилось к ним и сделало его сильнее.
Я надеюсь, что те же гены передались и мне. Это могло бы стать очень полезным преимущество в будущем.
И хотя это было очень впечатляюще, это также означало, что чем больше проходило времени, тем меньше у меня было шансов победить.
Каждый мой удар наносил вред мне, в то время как мой только пугал его. Чем ближе я стоял к нему, тем слабее становился.
Мне нужно было закончить с этим побыстрее.
Я блокировал его правый хук левой и поймал его левый кулак правой рукой. Я попытался ударить его левой, но он ответил и тоже поймал его.
На секунду мы замерли в соревновании на силу, в котором я медленно побеждал. Ха! В данный момент я сильнее.
К его еще большему удивлению, я ударил левой ногой, отчего он снова врезался в стену.
Неистовые инстинкты Хоумлендера побуждали меня последовать за ним и придушить его, пока он вновь не поднялся на ноги.
Но, черт возьми, я не собираюсь так рисковать.
Я воспользовался несколькими секундами передышки, чтобы успокоиться и собраться с силами, после чего мои глаза покраснели.
Мне нужно было, чтобы мой выстрел из глаз был мощным и точным.
Мой лазерный взгляд ударил в него.
У него перехватило дыхание и он затрясся от боли, которую он испытывал. Я знаю, он ожидал, что я наброшусь на него, и поэтому он поднял голову и посмотрел мне в глаза просто для того чтобы узнать почему я этого не сделал..
Вот и все. Я высвободил всю накопленную энергию в одном лазерном "выстреле", попав ему прямо в глаза.
"А-а-а!" - закричал он зажимая глаза руками.
Я знал, что это ослепление было лишь временным, но мне большего и не надо было.
Я на огромной скорости ударил левой в его незащищенный живот. Он опрокинулся от боли.
Принять удар, которого ты ожидаешь, - это одно, но удар, которого ты не ожидаешь, намного более разрушителен.
Следующий мой удар был правой рукой, а потом левой.
Правой, левой, правой, левой. Удар за ударом я пытался выбить из него всю дурь.
Мой правый хук поверг его на землю и похоже он немного "поплыл" от моих ударов.
Я прыгнул на него прижав его руки коленями к земле
Удар за ударом я обрушивал на его идеальное лицо. Неистовая ярость поглотила меня целиком.
"Убей его! Убей его!"
Я, блядь, пытаюсь, Эхо! Я пытаюсь!
Ломай, черт возьми, просто сломай его!
Если он как выразился Эхо и ломался, то я не мог об этом сказать точно, на самом деле я даже еще не пустил ему кровь. Если уж на то пошло, с каждым ударом я чувствовал, что мои руки болят, кулаки немеют, и не в хорошем смысле этого слова.
Гребаная радиация!
"А-а-а!" - закричал я, пытаясь усилить интенсивность своих ударов.
Я был настолько в ярости, что не заметил телепортации Хьюи, пока мой удар не пришелся по пустой земле, вызвав небольшой кратер и ударную волну.
"СУУУУУКААА!" Я посмотрел на лес вокруг меня. "Этот гребаный маленький засранец! Я точно оторву ему голову!"
Я взлетел прямо вверх и огляделся. Прохладный ветерок коснулся моей кожи, и до меня дошло, что я голый.
"Черт возьми!" К счастью, дом был недалеко.
Я было решил попытаться найти их, но понял, что это не принесет мне никакой пользы. Моя повышенная адреналином ярость проходила, и я начинал чувствовать усталость и травмы.
К тому же я потерял темп. Солдатик скоро придет в себя, а я не хотел драться с ним и Хьюи одновременно.
Я сделал несколько глубоких вдохов и успокоился. Еще мне нужно было вернуться и разобраться со Старлайт. Я не могу позволить ей говорить гадости обо мне всей Америке.
Я полетел обратно к дому в неторопливом темпе, и приземлился голым прямо перед Старлайт и Молоком Матери, который также помогал сортировать группу едва живых людей.
Они оба мгновенно насторожились и смутились.
"Хоумлендер? Что случилось?" - неохотно спросила Энни.
Я одарил ее очень недовольной улыбкой. "Я выигрывал, пока не появился "Неизвестный" телепортер и не унес ЕГО от меня. Буквально помешал мне загнать Солдатика обратно в могилу. Теперь он вновь на свободе и будет продолжать убивать" - сказал я со злобой в голосе.
Она не знала, что сказать, и Молоко Матери тоже.
Я глубоко вздохнул.
"Мы можем поговорить об этом позже. Здесь много людей, которым нужна наша помощь. Я сейчас во что-нибудь оденусь, и мы сможем рассортировать людей, нужно определить с кем мне следует улететь в больницу напрямую, а кому лучше подождать прибытия машин скорой помощи. Я слышу их, они рядом".
Остаток ночи я спокойно и эффективно работал бок о бок со Старлайт и Молоком Матери, помогая раненым. Они не доверяли мне, и я не доверял им, но у нас было что-то вроде взаимопонимания на нейтральной территории.
Она не заходила в инстаграм, чтобы говорить гадости обо мне, и я не угрожал ей или Молоку Матери и не пытался скрыть существование Солдатика в первоначальном полицейском отчете.
Думаю, ей также понравилось, что я не упомянул в нем Хьюи.
Я все равно не собирался этого делать, я хотел, чтобы Хьюи сам вырыл себе могилу как в переносном, так и в буквальном смысле, в конце концов, ВИ 24 во всех смыслах этого слова очень смертоносная штука.
На данный момент между нами все было очень непросто.
Обновлено: 18.02.2026