Пожар в Ичжуане и истребление подчиненных Ма Юаньи одним махом неимоверно подняли боевой дух игроков.
Этот небывалый подъем заставил всех позабыть о страхе перед ужасающей мощью Ма Юаньи. Словно муравьи, ополчившиеся на слона, они со всех сторон хлынули на врага, окружая его плотным кольцом.
Сражение дошло до той стадии, когда всё решала лишь стойкость. И с какой стороны ни посмотри, две сотни игроков ну никак не могли проиграть оставшемуся в полном одиночестве Ма Юаньи!
А самое главное – игроки всё равно бессмертны. В худшем случае воскреснут в городе Лоян. Всего лишь одна смерть, чего тут бояться!
Чжао Ялуну даже не пришлось тратить слова на уговоры: оставшиеся бойцы безрассудно бросились в атаку. Даже он сам, хотя и считал себя игроком мирного типа, зашвырнул копье, словно дротик, и, выхватив меч, в котором украшений было больше, чем пользы, примкнул к армии, осаждавшей предводителя.
В одно мгновение округу огласил яростный боевой клич.
— Странно… А где Пэн-гэ? — Уэндэ, применив классический прием «ленивого осла», по-собачьи откатился в сторону, уворачиваясь от сокрушительного кругового удара Ма Юаньи. Подставив под удар замахнувшегося топором игрока, он выкатился из зоны досягаемости смертоносного шеста и с трудом поднялся на ноги. Перед ним Ли Вэй обеими руками держал большой щит, прикрывая Сяо Сяо, а вдалеке Сюй Ту целился из ручного арбалета, выжидая момент для выстрела. Но Чэн Пэна, сильнейшего из их пятерки, нигде не было видно. — Он ведь больше всех любит драться с сильными противниками, — недоуменно спросил Уэндэ.
— Понятия не имею. Когда мы бросились вниз, его уже не было с нами. Я думал, он заходит с другого фланга… Кажется, видел его, когда поджигали усадьбу, но я был слишком занят огнем и не присмотрелся… — Сяо Сяо нашел лазейку в толпе и пустил стрелу, угодив Ма Юаньи прямо в плечо. Победно вскинув пальцы буквой V, он добавил:
— Личные сообщения он не читает, но по крайней мере ясно, что он не погиб и всё еще находится в этом инстансе.
— Тогда это совсем странно. Тут места-то всего ничего, куда он мог подеваться? — Уэндэ огляделся, но в хаосе великой битвы, где сотни людей размахивали оружием среди леса голов, найти кого-то было невозможно. — Я-то думал, он будет в первых рядах тех, кто окучивает Ма Юаньи…
О том, куда на самом деле делся Чэн Пэн, знал только Сюй Ту.
«Судя по тому, как идут дела, боюсь, эти две сотни не справятся с Ма Юаньи…» – Сюй Ту с тревогой наблюдал за противником, вокруг которого всё еще клубилась боевая аура. «Теперь… остается только надеяться, что у Чэн Пэна всё получится…»
Чэн Пэн действительно не участвовал в осаде Ма Юаньи.
Когда он увидел, как тот одним мощным приемом зачистил поле, и уже собирался вступить в бой, ему пришло личное сообщение от Сюй Ту.
«Ма Юаньи хоть и считается великим генералом Желтых повязок, но в истории он был слабаком, которого поймал мелкий чиновник и приговорил к разрыванию колесницами. Он и близко не стоит с такими мастерами, как Гуань Хай или Бо Цай. Его мощь не может быть такой запредельной просто так. Я предполагаю, что внутри поместья есть алтарь или нечто подобное, что подпитывает его силу. Найди и уничтожь его, только так у нас появится надежда на победу».
Именно поэтому Чэн Пэн оставил поле битвы и противника, с которым так хотел сразиться. Пользуясь суматохой при поджоге, он в одиночку прорвался в Ичжуань.
В момент, когда его окружили, было действительно опасно, но стоило пламени охватить внутренний двор, как обступившие его бойцы Желтых повязок внезапно исчезли без следа. Система выдала уведомление: «Вы подожгли базу Желтых повязок. Бушующее пламя привело этот сброд в замешательство, враги в панике разбегаются».
Глядя на внезапно опустевший двор, Чэн Пэн усмехнулся, достал копье с пятью крючьями и направился вглубь поместья.
По пути время от времени возрождались фанатики Желтых повязок. Боевая мощь у них была посредственной, но каждый бросался в бой с безумной отвагой, оглашая воздух воплями. Они дрались вцепившись насмерть, словно желали во что бы то ни стало отхватить от него хоть кусок плоти, чем изрядно досаждали Чэн Пэну.
В мире «Троецарствия: Незабвенный» не было лечебных зелий, которые можно носить с собой. Если не считать редких припасов, выпадающих на поле боя, игроки могли полагаться только на собственный запас здоровья.
Что касается этих самых «припасов», Чэн Пэн лично их в глаза не видел – только на скриншотах на форуме, что говорило об их невероятной редкости!
Это было похоже на то, как муравьи грызут слона: пусть один укус отнимает крупицу здоровья, но если укусов будет много, можно и погибнуть.
В конце концов, он не был Ма Юаньи, способным косить игроков сотнями под непрерывным обстрелом!
К счастью, этот Ичжуань уже дважды штурмовали – сначала вольные игроки, затем элита гильдии «Большое копье», а после его еще и лизнуло пламя пожара. Число фанатиков значительно сократилось. Фактически, кроме случайно возродившихся мобов, он не встретил ни одного из изначально находившихся здесь врагов.
Благодаря этому, отделавшись лишь парой царапин, он наконец благополучно добрался до задней части поместья, где увидел возвышающийся алтарь.
Алтарь был небольшим, квадратным, установленным на высоком помосте.
В самом центре водрузили желтое знамя, испещренное непонятными письменами в стиле облачных манускриптов. Вокруг знамени в четырех жаровнях бушевало пламя. Струйки дыма лениво поднимались вверх, окутывая алтарь пеленой таинственности.
«А этот А-Ту-бо и впрямь мастер предсказаний! Надо же, угадал!»
Чэн Пэн в душе восхитился прозорливостью друга, но шаг замедлил, осторожно приближаясь к алтарю.
Он шел всё тише, предельно сконцентрировавшись и приготовившись к бою в любую секунду.
Этот алтарь уцелел после двух волн штурма. Если игроки просто до него не дошли – это одно, но если они пытались атаковать и не смогли захватить помост, значит, у него была серьезная защита.
В Китае никогда не было магических барьеров или полей – по крайней мере, в эпоху Восточной Хань. Защищать алтарь должны были элитные бойцы Желтых повязок.
И он не ошибся.
Меньше чем через полминуты Чэн Пэн оказался в плотном кольце. Его окружили не менее двадцати внезапно появившихся рослых воинов в желтых одеждах.
— Если я скажу, что просто проходил мимо по своим делам, вы меня отпустите? — Когда ситуация прояснилась, Чэн Пэн, наоборот, почувствовал облегчение и позволил себе пошутить. — Я вернусь помогать в битве, а вы продолжайте сторожить дом, идет?
К сожалению, его предложение о взаимовыгодном сотрудничестве было проигнорировано.
Вероятно, в программу этих стражей было заложено лишь одно простое правило: «Убить любого чужака, приблизившегося к алтарю».
Глядя на свирепых фанатиков, Чэн Пэн покачал головой и вздохнул, но в глубине души ощутил азарт.
Чтобы снести алтарь, неизбежно придется пройти через этих бойцов. Что ж, раз так – в бой!
Пусть врагов многовато, но тот, кто хочет стать сильнейшим игроком, должен принимать любые вызовы и побеждать любых врагов. Деревня Черного Пса хоть и была на слуху, но на деле оказалась слишком слабой и не могла послужить достойным оселком для его навыков. А вот эти элитные бойцы Желтых повязок – куда более подходящие противники!
Для него потеря одного квеста была делом поправимым. Главное сейчас – встречать серьезные испытания и как можно скорее пробиться к звездному рангу!
Одним резким движением руки он направил копье с пятью крючьями, уже успевшее сегодня отведать крови, в сторону ближайшего врага.
Тем временем осада Ма Юаньи другими игроками подходила к концу.
От бесстрашных бойцов осталось едва ли два десятка человек. Даже вице-глава гильдии Хуа Цисэн – в реальности ветеран спецназа, мастерски владеющий саблей, – пал в бою. Его Кровожадная драгоценная сабля, добытая при охоте на Короля волков, сейчас была в его руках, когда удар шеста Ма Юаньи превратил его в облако белого света. Теперь он, ковыляя из-за дебаффа слабости после смерти, искал в Лояне кузнеца, чтобы починить любимое оружие, чья прочность изрядно просела.
Сейчас тактика игроков строилась вокруг единственного выжившего танка – Ли Вэя. Только он мог сдерживать атаки Ма Юаньи, давая остальным шанс на контратаку.
Ли Вэй обеими руками упирался в большой щит, принимая на себя сокрушительный боковой удар. В груди всё содрогнулось, в горле вскипел сладковатый привкус крови, он сплюнул на землю, а перед глазами на мгновение потемнуло.
К счастью, как и прежде, оглушение длилось недолго.
Он отшвырнул треснувший щит и принял новый из рук Чжао Ялуна, который теперь переквалифицировался в тыловое обеспечение.
— Сколько бы ты ни бил, я выстою! — Проревел он, глядя на Ма Юаньи. — Клянусь именем моего деда, Косукэ Киндаичи, ты сдохнешь раньше меня!
— Это когда ты успел стать японцем? — Выдохнул вконец измотанный Сяо Сяо, с трудом натягивая лук. Пущенная стрела едва заметно опустила шкалу Мусо и здоровья противника. — И почему это имя кажется мне знакомым?
— Киндаичи из дуэта детективов-вестников смерти, — подал голос бывший бродячий музыкант. Ему перебило ноги, и он мог только бессильно лежать на земле и стонать. — Не знать такого… Тебе должно быть стыдно называть себя задротом!
— Да не задрот я…
— Учиться никогда не поздно.
— Да хватит вам болтать!
В этот момент всё еще полный сил Ма Юаньи снова издал яростный крик, высоко вскинул свой шест и, подпрыгнув, обрушил его вниз.
«На этот раз точно не выдержу…» – сердце Ли Вэя ушло в пятки, но он не отступил. Громко закричав, он вцепился в щит, пригнулся и, собрав все силы, принял удар.
Грохот!
От первого удара Ли Вэй, шатаясь, отлетел на два шага назад.
Грохот!
Второй удар – и несколько игроков, пытавшихся помочь ему сдержать натиск, превратились в живые снаряды. Они вспыхивали белым светом, даже не успев коснуться земли.
Грохот!
Третий удар – и щиты в руках Ли Вэя и помогавшего ему Чжао Ялуна разлетелись в щепки.
— Твою ж мать! Раз за разом… Да когда ты уже угомонишься!
Ли Вэй, которому уже было нечего терять, испустил безумный вопль и, вложив в движение всю свою мощь, протаранил противника плечом.
Он не отлетел назад, словно ударившись о стену, и не отправился на точку возрождения. На поле боя, где мгновение назад стоял невообразимый шум, воцарилась гробовая тишина. Ли Вэй, у которого всё еще кружилась голова, огляделся по сторонам. Игроки смотрели на него так, будто увидели привидение.
«Э-э… Что случилось?»
Обернувшись, он увидел, что в восьми шагах от него Ма Юаньи шатается, словно пьяный, едва не падая. Боевая аура, окутывавшая его всё это время, исчезла без следа.
Сюй Ту перевел взгляд на здание Ичжуана, где внешне ничего не изменилось, и глубоко выдохнул.
«Чэн Пэн, дружище, ты всё-таки успел!»
Обновлено: 23.01.2026