Се Яньли взял полотенце и небрежно провел им пару раз по ее лицу.
Холод нахлынул и тут же исчез, всего за несколько секунд, но Цинь Фань словно пережила смену всех времен года: с лета на зиму, затем на весну.
Цинь Фань застыла на месте, ее пальцы, сжимавшие тонкий плед, нечаянно разжались, и покрывало тут же соскользнуло с ее гладкой кожи, спадая с плеч.
— Ссс...
Цинь Фань окончательно проснулась!
Но прежде чем она успела выпалить что-нибудь резкое, пара рук, двигаясь быстрее, подхватили наполовину сползший плед и вновь укутали ее с ног до головы.
Взгляд мужчины задержался на ее лице на несколько секунд, скользнул ниже по шее к телу, надежно укрытому пледом, а затем его чистый, чуть хрипловатый голос неспешно прозвучал у нее над ухом:
— Мне пора... на работу.
У Цинь Фань перехватило дыхание.
Ее ум тут же заполонили строчки бессмыслицы и фразы, требующие цензурных масок:
*Что этот дурак хочет сказать?*
*Думает, она нарочно спустила плед?*
*Разве виновата она, что кожа такая скользкая?*
*И еще "ему на работу". На работу так на работу! Кто-то мог бы подумать, что это она его уговаривает не ходить!*
— Се... Янь… Ли, ты... кх-кх... — Цинь Фань не успела договорить, как подавилась воздухом и закашлялась так, что не могла вымолвить ни слова.
Се Яньли уже выпрямился во весь рост и без спешки переодевался. Дойдя до галстука, его взгляд невольно упал на тот самый галстук цвета звездного неба с приглушенным узором, висевший на спинке кровати.
Поскольку они остановились всего на одну ночь, Се Яньли не взял с собой запасной галстук.
Пока он раздумывал, не воспользоваться ли этим галстуком временно, Цинь Фань наконец пришла в себя, подошла к Се Яньли и уже собралась устроить допрос, но заметила, что его взгляд прикован к одному месту.
Проследив за его взглядом, Цинь Фань тоже увидела тот галстук.
В ее сознании тут же всплыли картины прошлой ночи — мучительные истомы, которые она терпела после того, как он завязал ей глаза этим самым галстуком.
Цинь Фань увидела, что он, кажется, разглядывает галстук и о чем-то размышляет, и тут же сделала неверный вывод.
Ее персиковые глазки округлились, словно она только что прозрела и поняла истинную натуру этого негодяя:
— Извращенец!
Се Яньли как раз решил, что прикажет принести ему другой галстук наверх, как услышал отчетливое и громкое слово от госпожи Се.
— … М-да?
* * *
— Господин Се — извращенец? — Цзян Жун смотрела на женщину, сидящую в комнате отдыха компании и возившуюся с цветочной композицией, с выражением полного неверия.
Забрав Цинь Фань из отеля, Цзян Жун сразу же увезла ее в офис. Заместитель генерального директора хотел встретиться с ними, чтобы обсудить будущее развитие Цинь Фань.
Пока замдиректора был еще на совещании, Цзян Жун спросила, согласился ли господин Се помочь ей получить пробные съемки у Пэй Фэна. Каково же было ее удивление, когда в ответ она услышала от Цинь Фань всего два слова, да еще и заглавными буквами, характеризующих господина Се.
Цинь Фань, конечно же, не собиралась рассказывать Цзян Жун о своих личных делах такого рода.
Видя, что та настаивает, Цинь Фань лениво отбросила ножницы для обрезки веток, похлопала в ладоши:
— Он сказал, что не поможет, велел добиваться своими силами.
Цзян Жун помолчала несколько мгновений, прежде чем выдавить:
— Господи...
Цинь Фань удивилась ее виду, будто та увидела привидение:
— Что такое?
Цзян Жун сглотнула, пытаясь унять потрясение:
— Не могла и подумать, что глава высшего общества Бэйчэна, о котором ходят легенды, оказался... бесплатным пользователем! *(букв. "белый трах")*
Цинь Фань слегка нахмурила тонкие брови, почувствовав, что та не права.
Она поправила:
— В лучшем случае это можно назвать взаимной эксплуатацией. *(букв. "взаимный трах")*
В этот момент ассистентка Сяо Ту поднесла Цинь Фань чашку теплого молока и сказала:
— Сестра Фань Фань права! С тех пор как господин Се начал появляться на публике, он уже три месяца подряд возглавляет мировой рейтинг мужчин, которых женщины больше всего хотят заполучить в постель!
— Если так посчитать, то сестра Фань Фань тоже не внакладе.
В темных глазах Цинь Фань мелькнуло недоумение. Откуда вообще берутся все эти бессмысленные рейтинги и статистика?
Сделав глоток теплого молока, она все же спросила:
— А разве в прошлом репортаже не писали, что он — бесстрастное божество? (Прим.: букв. "божество/Будда с холодным темпераментом")
*Неужели у всех этих женщин, желающих заполучить Се Яньли, какие-то странные пристрастия?*
*Например, осквернять святыни.*
Одной только мысли об этом Цинь Фань было достаточно, чтобы невольно нахмуриться.
*Божествам и Буддам лучше оставаться на недосягаемых высотах, а не спускаться в мир смертных, чтобы шлепать ей по лицу мокрым полотенцем.*
— Недостижимое — вот предмет человеческих вожделений, — Сяо Ту, будучи только что выпустившейся девчонкой, проявила завидную рассудительность. — Подумайте сами: господин Се — выходец из знатной семьи, красивый, загадочный, и при этом такой человек остается холодным и бесстрастным, равнодушным к желаниям, никогда не задерживает взгляд ни на одной женщине. Такой мужчина, недоступный ни для кого в мире, годится лишь для томных мечтаний, а не для реальных посягательств.
Затем она бросила Цинь Фань загадочную улыбку:
— И кто бы мог подумать, что этот мужчина, на которого ни одна женщина в мире не смеет посягнуть, прошлой ночью был в постели у нашей феи? Хи-хи.
Что ни говори, а слова Сяо Ту действительно подействовали на Цзян Жун успокаивающе.
Та ободрила Цинь Фань:
— Получается, даже если господин Се годится тебе лишь как грелка для постели — ты все равно в плюсе.
Цинь Фань: «…»
Просто голова кругом.
К счастью, за дверью постучал коллега, напомнив, что заместитель директора закончил совещание и ждет их.
**Кабинет заместителя директора «Минъяо Медиа».**
Обращаясь к Цинь Фань, господин Линь сохранял доброжелательность, но его слова были далеки от теплоты, читавшейся на его лице:
— Цинь Фань, ты в «Минъяо» уже два года. Компания изначально склонялась в распределении ресурсов в твою сторону. Но за последние несколько месяцев сколько же ресурсов компании ты пустила по ветру? Ты считала?
Цинь Фань слегка сжала губы. Слова господина Линя не вызвали в ней стыда: за эти годы она принесла компании не так уж много денег, но достаточно, чтобы покрыть затраченные на нее ресурсы.
Цзян Жун вступилась:
— Господин Линь, так нельзя ставить вопрос. Цинь Фань тоже не хотела транжирить ресурсы.
— Но тот человек, которого Цинь Фань умудрилась обидеть, до сих пор не установлен компанией. А это значит, что у нас просто нет права его выяснять, — господин Линь с сожалением смотрел на лицо Цинь Фань. Не будь этого происшествия, при ее последовательной работе, при наличии возможностей, громкий успех был бы ей гарантирован.
Их компания тоже имела бы шанс заполучить первую актрису шоу-бизнеса.
Но как ни жаль было господину Линю, от нее следовало отказаться. Ведь выбирать приходилось между актрисой с неясными перспективами и риском навлечь гнев какого-то неведомого авторитета, способного погубить компанию. Он выбрал последнее.
Он на мгновение закрыл глаза:
— Компания больше не может тратить на тебя ресурсы…
Несколько ресурсов, которые у Цинь Фань перехватили ранее, принадлежали именно компании.
Видя, что компания готова отказаться от Цинь Фань, Цзян Жун резко вскочила на ноги:
— Господин Линь, у нас есть шанс получить пробные съемки для фильма Пэй Фэна «Величие»! С актерской игрой у Цинь Фань все в порядке, она точно получит роль!
— Если режиссёр Пэй утвердит актера, какой бы могущественной ни была вторая сторона, они ни за что не посмеют перехватить роль!
Как и ожидалось, после этих слов Цзян Жун глаза заместителя директора Линя загорелись. Он повернулся к Цинь Фань:
— У тебя есть уверенность?
Цинь Фань потерла виски. Рядом Цзян Жун незаметно сжала ее запястье, намекая не говорить лишнего.
Слова о расторжении контракта, которые Цинь Фань собиралась произнести, так и застряли у нее в горле.
Под пристальным взглядом Цзян Жун и полным ожидания взором господина Линя она скрепя сердце кивнула.
Едва они вышли после обсуждения, как до них донесся чистый, сладковатый, чуть томно-капризный женский голос:
— Ой, смотрите, кого я случайно встретила! Сестрица Цинь Фань, небожительница из мира смертных!
Цинь Фань прямо попала в объектив камеры телефона Хуа Яо — мелькнуло всего на секунду.
В следующее мгновение Хуа Яо, обращаясь к давно уже убранной камере, сказала как бы сама себе:
— Ой, я только что проходила мимо кабинета господина Линя, и вроде бы услышала, что сестрица Цинь Фань будет пробоваться на роль в новом фильме режиссера Пэй Фэна. Заранее поздравляю с успешным прослушиванием!
Цзян Жун изменилась в лице — она поняла, что та ведет стрим.
Хуа Яо, держа телефон, уже собиралась уходить, притворно-недоуменно пробормотав себе под нос:
— Хм, но я же слышала, что списки утвержденных на пробы у режиссера Пэя еще не вышли...
В этот момент комменты в реальном времени запестрили:
[Ха-ха-ха, похоже, просто хочет примазаться к «Величию»!]
[«Величие» — и это та мечта, на которую может посягнуть какая-то неизвестная актриска?]
[Если Цинь Фань сможет, Яо Яо, попробуй и ты!]
Хуа Яо засмущалась и засмеялась:
— Я не имею права пробоваться на фильм режиссера Пэя.
Эти слова спровоцировали еще более язвительные насмешки над Цинь Фань в комментариях.
____________
*Рекомендую также прочитать «**Исцеляющий солнечный свет». **Автор Мо Бао Фэй Бао.*
Обновлено: 03.02.2026