Глава 56 — Глава 54. Малышка, не прячься от любви этого принца

Лунный свет потускнел, и когда Тао Те вышла из ванной, Пэй Яня нигде не было видно. Линг Лонг вовремя подошла и почтительно объяснила: - Принцесса, Его Высочество занят делами в Зале Цзиньмин. Он попросил вас отдохнуть и не ждать его. - О, ладно, - Тао Те повернула голову, чтобы взглянуть на черное небо за окном, прошептала, - Уже час Хайши, а он все еще так занят... Ммм... Быть наследным принцем тоже нелегко. Линг Лонг не ответила и помогла ей лечь на кровать, чтобы отдохнуть. … В то же время, в Зале Цзиньмин, в кабинете. Пэй Янь, одетый в свободное белое одеяние, сидел с прямой осанкой, словно прочный бамбук. Напротив него сидел Гу Фэн, одетый в аккуратную черную одежду, рядом с ним на столе лежал длинный меч. В воздухе витал аромат чая, а перед ними стояла шахматная доска с черными и белыми фигурами. Гу Фэн поставил черную фишку, и его голос был тихим, будто его опалили ветер и песок: - Ваше Высочество, вы только сказали, что преподадите урок Му-ванфэй, но вы не упомянули, что хотите сделать все настолько масштабно. Пэй Янь тихо рассмеялся:  - На этот раз я промахнулся. Я не ожидал, что наследная принцесса будет такой смелой, чтобы вступить в противостояние с ними на их территории. Он всегда считал, что Тао Те - просто маленькая обжора и любительница развлечений, у нее доброе сердце, но в то же время она робкая. Например, она смело велела избить Пэй Чанжоу, но по ночам ей снились кошмары. Ранее он организовал эту ситуацию с Му-ванфэй, с одной стороны, чтобы задержать ее и не дать ей возможности воплотить свой план с нападением на прогулочную лодку, с другой стороны, это было уроком для Му-ванфэй. Если она хочет разрушить невинность другого человека, то он будет применять ее же методы против нее, уничтожив то, что она любит больше всего - ее единственного сына. Увидев, что Пэй Янь все еще может смеяться, Гу Фэн нахмурился и серьезно сказал: - Наследная принцесса безрассудна, а вы только потакаете ей... Сегодня мы узнали, что Му-ванфэй тайно замышляет планы, планируя напасть на вас или на наследную принцессу. Она действительно сильно разозлилась. Пэй Янь лениво поднял брови и спокойно сказал: - Если она действительно нападет, то для нас это, возможно, не такая уж плохая вещь? Гу Фэн внезапно осознал что-то и выражение его лица резко изменилось: - Ваше Высочество, ваш исходный план уже достаточно рискованный, а теперь вы еще вмешиваете в них Му-ванфэй. Разве риск не становится еще больше?! Нельзя, это слишком опасно... Пэй Янь молчал, его тонкие пальцы нежно покрутили белую фишку и легко положили ее на доску. Он тихо сказал: - Дядя Фэн, твой ход. Сейчас в голове у Гу Фэна все перепуталось, у него не было настроения играть в шахматы. Но увидев, что Пэй Янь смотрит на него с улыбкой, он просто случайно положил фишку. - Ваше Высочество, на самом деле мы располагаем доказательствами причастности Му-вана к сговору с главным стражником дворца, контрабанде соли и нелегальному производству оружия, этого уже достаточно, чтобы лишить его власти. Зачем вам идти на такой большой риск? - Недостаточно. Пэй Янь покачал головой, в его ясных глазах была ледяная решимость: - Я хочу, чтобы Му-ван окончательно потерял свое положение и не имел никаких возможностей подняться снова; кроме того, я хочу увлечь нескольких важных лиц из Чаньаня в эту игру. Брови Гу Фэна нахмурились, он со смешанными чувствами смотрел на наследного принца. Со дня смерти императрицы Гу и после того, как маленький принц упал в воду, он был послан своим мастером защищать его и учить. Когда он впервые увидел юного принца, тому было всего пять лет, он был таким худеньким, хорошеньким и хрупким, как кукла, с бледным личиком, которое смотрело на внезапно появившегося воина без страха, только прищуренные черные глаза внимательно следили за ним. После того, как они познакомились, маленький принц сказал ему: - Дядя Фэн, мою болезнь невозможно вылечить. Если я выздоровею, всегда найдется кто-то, кто причинит мне вред... Я не хочу умирать. Дворец полон сомнительных трюков. Притвориться больным - единственный способ, который мог придумать пятилетний ребенок. Время летит, и он всегдя был рядом с Его Высочеством. Он видел, как тот вырос из ребенка, который с твердым взглядом говорил: «Я не хочу умирать», в мужчину, у которого «в груди ущелье, а в глазах река»*. (ПП: образно говоря, у него есть свой собственный способ судить о вещах и распоряжаться ими.) В наступившей тишине ветер дул из окна, играя пламенем свечей. Пэй Янь положил фишку на шахматную доску, и на его холодном бледном лице появилась расслабленная улыбка: - Дядя Фэн, ты проиграл. Гу Фэн вернулся к реальности из своих воспоминаний, опустил голову и увидел, что белая фишка, которую только что поставил Пэй Янь, неожиданно заблокировала большую часть его черных фишек. Пэй Янь сказал: - Один рискованный ход, если использовать его правильно, может иметь удивительный эффект. Гу Фэн понял глубокий смысл его слов и наклонил голову в знак уважения: - Ваше Высочество, ваше мастерство в шахматах превосходно, благодарю за наставления. … В зале Цзисянь было мирно и тихо, и большая часть светильников в спальном зале уже была потушена. Увидев приближающегося Пэй Яня, Линг Лонг, сидевшая у двери, встала и поклонилась: - Ваше Высочество. Пэй Янь посмотрел на приглушенный свет внутри и тихо спросил: - Она спит? - Да, заснула полчаса назад. Она сделала паузу, а затем сказала: - Принцесса приказала подогреть горячее молоко на плите и велела этой служанке напомнить Вашему Высочеству его выпить. Пэй Янь кивнул в ответ и почувствовал тепло в сердце. После того, как он выпил эту чашку теплого слегка сладкого молока, принял ванну и умылся, была уже поздняя ночь. Он подошел к краю кровати, отодвинул легкую занавеску с вышивкой из желтых лилий и магнолий и увидел стройное и нежное тело, завернувшееся в одеяло. Она спала на боку, лицом к внутренней стенке кровати. Он взглянул на нее и медленно повернулся, чтобы погасить свет. На мягкой кровати ресницы Тао Те слегка дрогнули. Прислушиваясь к шороху у кровати, она сонно открыла глаза. Пэй Янь вернулся? В полусонном оцепенении она хотела повернуться и поприветствовать его, но ей было слишком лень двигаться. Мужчина лег рядом с ней, и крепкая рука естественным образом обняла ее за талию, притягивая в свои объятия. Тао Те: «...!» Он, он, он, он! Ее сердце бешено заколотилось, но глаза были закрыты, и она не решалась их открыть.  Мужчина прижал ее к себе, уткнувшись головой в ее мягкую и сладкую шею. Его высокое тело расслабилось, как будто вся усталость долгого дня, проведенного вдали от дома, растворилась в этот момент. В темноте все остальные ощущения становятся особенно острыми, и Тао Те почувствовала, как его теплое дыхание разливается по ее коже, вызывая приятное покалывание и чрезвычайно легкую дрожь. Она не могла видеть, насколько покраснело ее лицо, но чувствовала, как горят ее щеки. В этот момент в ее голове промелькнуло множество мыслей. Его объятия были слишком естественными и привычными, неужели он каждую ночь так спит, обнимая ее? До этого несколько раз она просыпалась и обнаруживала, что лежит у него на груди. Значит, это не потому что она беспокойно спит и цепляется за него, а потому что он сам ее обнимает? А еще он ласково поглаживает ее по голове, держит за руку, кладет ее голову себе на плечо и игриво стучит пальцем по ее лбу...  Его теплая улыбка, его нежный голос, его, казалось, неиссякаемое терпение по отношению к ней. Может быть, она нравится Пэй Яню? Как только эта мысль захватила Тао Те, она оцепенела, чувствуя, как будто что-то взорвалось в ее голове. Она растерялась, не зная, что делать, и в то же время словно парила в облаках... Неизвестно, сколько времени прошло, когда она услышала ровное дыхание мужчины у своего уха, и ее беспокойное сердце постепенно успокоилось. Возможно, эти эмоциональные колебания были слишком сильными, и когда она успокоилась, сонливость нахлынула, как приливная волна. Она устала думать и бессознательно погрузилась в глубокий сон. Ощутив спокойное дыхание человека в своих объятиях, Пэй Ян, который давно уже должен был спать, осторожно открыл глаза. В темной ночи эти глубокие черные глаза были ясными, без малейшего следа сонливости. Он протянул руку, легко поглаживая черные пряди волос у виска Тао Те. Прохладные губы поцеловали нежную мочку уха. - Малышка, не прячься от любви этого принца, иначе принцу будет очень грустно.