Юй Лили со школьных лет ошивалась в сомнительных компаниях, повидала на своем веку немало мужчин и в совершенстве овладела искусством читать по лицам.
Почуяв неладное, она тут же рухнула на колени перед Фан Ло и принялась жалобно умолять его елейным голоском.
Раньше, если она переходила дорогу тем, с кем лучше не связываться, стоило ей разыграть эту карту – и ее отпускали.
В худшем случае отделывалась парой пощечин.
Однако Фан Ло остался совершенно непоколебим.
Пусть Фан Ло и не был святым аскетом и не прочь был поглазеть на красивых женщин, но он далеко не на каждую готов был позариться.
Эта Юй Лили и в подметки не годилась Ли Нане; она была из тех девок, которыми мог попользоваться любой уличный хулиган.
Фан Ло не любил протоптанные всеми дороги.
— Не проси меня. Не я решаю, прощать тебя или нет, а она. — Фан Ло повернул голову в сторону Линь Юю.
Эта девица измывалась над девушкой, довела ее до психологической травмы. И только если Линь Юю разберется с этим сама, она сможет избавиться от теней прошлого.
Услышав слова Фан Ло, Юй Лили перевела взгляд на Линь Юю.
В ее глазах мелькнула обида. Просить пощады у той, над кем она когда-то безнаказанно издевалась, было невыносимым унижением.
Но умирать ей не хотелось.
Поэтому она, подползя на карачках к Линь Юю, выдавила заискивающую улыбку и запричитала:
— Сестрица Юю, я была неправа. Побей меня, как хочешь побей, я и пальцем не шевельну, чтобы защититься. — С этими словами Юй Лили принялась сама отвешивать себе звонкие оплеухи. Звук стоял такой, что было ясно: она не жалеет сил.
Линь Юю равнодушно смотрела на нее.
Раньше Юй Лили со своей шайкой загоняла ее в угол, заставляла вставать на колени и била по лицу.
Кто бы мог подумать, что наступит день, когда она сама будет стоять на коленях перед Линь Юю.
И все это произошло благодаря Фан Ло.
Ее восхищение и симпатия к нему только крепли. То, что они с сестрой встретили Фан Ло, было величайшей удачей в жизни.
Жаль только, что такой мужчина явно не задержится надолго на каком-то хладокомбинате. Его ждет большой мир, и со временем вокруг него будут виться самые разные женщины.
Оставалось лишь надеяться, что он не забудет ее сестру.
— Я не стану тебя бить, не утруждайся, — холодно произнесла Линь Юю.
Юй Лили опешила. Что это значит?
Не станет бить?
Неужели… собирается убить?!
Перепугавшись до слез, она вцепилась в Линь Юю, пытаясь схватить ее за руку и заставить ударить себя, чтобы та сорвала злость:
— Сестрица Юю, я правда виновата, ну побей же меня! Я лоб расшибу в поклонах, только не убивай, я не хочу умирать!
Линь Юю резко вырвала руку.
— Я не бью тебя, потому что не хочу становиться такой, как ты.
— Такой, как я?
— Именно. Я на себе познала боль школьного буллинга. Ты считала, что унижать других – это достижение, приносящее удовлетворение. Но я так не считаю. Я не стану уподобляться тебе и находить радость в издевательствах над слабыми…
— Значит… ты меня не убьешь? — С надеждой спросила Юй Лили, и на ее лице начала проступать радость.
Очевидно, слова Линь Юю ни капли не пробудили в ней раскаяния; ее волновало только собственное выживание. Если она выживет, то завтра же продолжит травить других.
Линь Юю покачала головой:
— Я не стану тебя бить. Но я тебя убью.
Взгляд Линь Юю стал жестким. Она применила свою способность стихии ветра, и лезвие ветра мгновенно перерезало горло противницы.
Юй Лили рухнула на землю.
Дыхание прервалось.
Эта сцена повергла стоявшую рядом Лю Фан в неописуемый ужас.
Даже Фан Ло слегка удивился.
Миг назад он подумал, что Линь Юю проявит мягкосердечие и отпустит ее. Но он не ожидал, что она, отказавшись от издевательств, предпочтет просто покончить с врагом.
Впрочем, поразмыслив, он все понял.
Линь Юю просто не хотела становиться похожей на школьную задиру, но это вовсе не означало, что она простила причиненную ей боль.
Четкая цель, решительность, умение отличать добро от зла.
Линь Юю повернулась к остолбеневшей Лю Фан.
— Не… не убивай меня, я ведь не обижала тебя! — Лю Фан в ужасе смотрела на девушку, не понимая, как та, что была тише воды ниже травы, теперь убивает не моргнув и глазом.
Неужели так выглядят тихие люди, когда их доводят до предела?
Настоящая ведьма.
— Ты действительно не трогала меня, но ты потворствовала злу, — лицо Линь Юю оставалось холодным.
Тогда, когда Юй Лили издевалась над ней, она не раз просила Лю Фан о помощи. Но та игнорировала ее, да еще и выдавала свои «мудрости» в духе: «Почему она лезет именно к тебе, а не к другим? Ищи причины в себе».
— Я тоже была вынуждена! Я всего лишь учительница. Раньше я вызывала ее родителей, но она не менялась, а ее родители еще и жаловались на меня за клевету. Мне оставалось только закрывать на все глаза, иначе я бы потеряла работу. А мне нужно кормить семью, я не могу остаться без заработка… — Лю Фан жалобно изливала душу.
Линь Юю остановилась.
Слова женщины описывали весьма реальную проблему. В нынешнее время педагоги в частных центрах, да и в обычных школах, почти не имеют статуса. Любая жалоба – и тебя увольняют или рушат карьеру. Именно поэтому многие учителя предпочитают не брать на себя лишнюю ответственность – найти работу слишком сложно.
То, что она закрывала глаза, говорило об отсутствии учительской этики, но не о том, что она была законченной злодейкой.
Она просто выбрала семью, а не ученика.
Хотя Линь Юю и научилась убивать, она не была лишена рассудка. Главный виновник мертв, нет смысла губить случайного свидетеля.
— Уходи.
Линь Юю махнула рукой, отпуская Лю Фан. В нынешнем хаосе, сколько продержится эта женщина в одиночку?
— Спасибо, спасибо!
Лю Фан обрадовалась и уже собралась бежать, но, помедлив секунду, обернулась к Фан Ло:
— Нас пришло восемь человек. Один по пути отошел в туалет и отстал. Его до сих пор нет. Скорее всего, он уже понял, что вы перебили банду Дахай, и побежал докладывать. Уходите быстрее!
…
Обновлено: 23.01.2026