Глава 207 — Глава 207

Глава 207. Такое богатство. Цзянь Сю мысленно усмехнулся. Если бы он не знал всех деталей, то мог бы поверить, что к Цзяню Ишаню, наконец, вернулся рассудок, и он, отбросив предубеждения, решил вернуть сына, которого сам же и выгнал. Но, к сожалению, у этого старика в сердце не было места сочувствию и состраданию. Его ситуация стала угрожающей, а потому ему срочно требовалась поддержка семьи Нанон, чтобы выйти из кризиса. Однако родители Цзяня Сю не шил на контакт, а потому ему оставалось только прибегнуть такому низкому трюку, чтобы повлиять на них. - Как там отец? – спросил Цзянь Сю свою мать. - Напился, а теперь круглые сутки сидит и курит, - взволнованно ответила Линь Юлин. Она прервалась ненадолго. – Сынок… не обращай внимания. Цзянь Сю мог себе представить, что сейчас творилось в голове у матери. Цзянь И и Линь Юлин вполне представляли себе расклад. Условием возвращения будет брак Цзяня Сю Нанон Коу’эр. Что касаемо Цзяня И, то он наверняка желал вернуться в семью, хотя Цзяни и не сделали ничего, когда он потерял всё. Он завидовал их влиянию в обществе. Это давило ему на сердце. - Не стоит особо надеяться, - решительно сказал Цзянь Сю. В прошлой жизни он рыдал перед Цзянем Ишанем, держа в руках урну с прахом отца, однако тот так и не попал в семейную усыпальницу. Разве мог такой человек быть честным по отношению к ним? - Угу, - ответила Линь Юлин, - мама знает. Ну, раз вы с Сусу в столичных университетах и только-только расписались, отправляться в путешествие будет неудобно. Как насчёт такого? Я позвоню родственникам, и мы отпразднуем середину осени в столице. Сойдёт? Эти слова несли под собой второй смысл. Он уже переехал в Цзаннань, так же как и родители их обоих, только Линсу осталась в столице. Предлог был слабовват. Однако он понимал, как мать заботится об отце, а потому, будучи их сыном, не мог отказать ей. - Хорошо. Он собирался в Имперскую столицу. - Если всё и правда хорошо, - заметно повеселела Линь Юлин, - то, значит, решено. Не стоит откладывать. Я с твоим отцом поеду в город Хан. Организуй нам самолёт. Точно! И пошли машину в Цзан за Ченом Ханьлинем и его женой. Сказав это, она повесила трубку. Взгляд Цзяня Сю помутнел. - Значит, пришло время покончить с семейством Цзянь. Шум снаружи поутих. Вскоре послышались шаги Ван Синьтон. - Они уже уехали, - отчиталась она. – Я приказала заворачивать всех их, кроме старика Тана, если снова заявятся. Цзянь Сю кивнул. Он не должен быть человеком, с которым можно легко встретиться. На Континенте Бессмертных искусств многие головы ломали, пытаясь выдумать, как бы встретиться с мастером секты Ткачей небес. - Моя мать хочет отпраздновать Фестиваль середины осени в Имперской столице. Организуй всё. И пошли кого-нибудь, чтобы забрали Чена Ханьлиня и его жену из Цзана и организуй самолёт. - Поняла. - И кстати, какие у тебя планы на Фестиваль середины осени? – спросил у неё Цзянь Сю. Ван Синьтон беспомощно уставилась на него. «Битва между тобой и Цзи Вудао как раз в ночь фестиваля. Твоя жизнь напрямую связана с моей. Думаешь, у меня будет подходящее настроение для праздника?» Глядя на его умиротворённое выражение лица, девушка подивилась его способности отсаваться спокойным в любой ситуации. - Переговоры по поставке нефтедобывающего оборудования уже завершены. Отец приедет из Европы как раз к фестивалю. … Чен Ханьлинь работал офисным работником в небольшой фирме с зарплатой в три тысячи в месяц, Сун Сяохун торговала одеждой в торговом центре. Хотя он и не разбиралась в одежде, кое-что она всё-таки понимала, да и привыкла к работе быстро. - Господин Цзянь хочет, чтобы мы поехали с ним в столицу? – Чен Ханьлинь был поражён. Цзянь Сю явно не особо ценил их, а потому это приглашение на празднование Фестиваля середины осени изумилло его. Сун Сяохун, в свою очередь, была счастлива. - Ханьлинь, ты чего медлишь? Наш зять послал за нами машину. Быстрее собирайся. Не стоит заставлять его ждать. - Но стоит ли нам ехать? – лицо Чена Ханьлиня приняло озабоченное выражение. - Ты ещё спрашиваешь! Пусть даже у Цзяня Сю было каменное сердце, наша дочь всё равно растопит его. Всё уже улажено. Семья Цзянь стала такой сильной, а малыш Сю – господином Цзянем. Лицо Чена Ханьлиня стало задумчивым. - Может, всё-таки не стоит? - Я поеду, даже если ты останешься. Не глупи, Ханьлинь. Не стоит терять такой хорошей возможности помириться с нашим зятем. Хочешь всю жизнь печатать документы и подавать чай? Чен Ханьлинь помедлил, но всё-таки кивнул. - Вот так. Ты и Цзянь И были лучшими друзьями. Всё уже прошло, мы признались и покаялись перед ними. Пора уже покончить со всем. … Небо был скрыто облаками, дождь, похоже, заканчиваться не собирался. Путь от Цзяна до Хана не занял много времени. Всего три часа при хорошей скорости. Чены уже прибыли, а Цзяни задерживались. - Э-это дом Цзяня Сю? – поразился Чен Ханьлинь при виде поместья Цзянь. Больше походило на дом отдыха, нежели на поместье. - Не только Цзяня Сю, но и нашей дочери. Поскольку он приобрёл его, находясь уже в браке, то это было совместное имущество. Сун Сяолун надеялась, что однажды та родит ему сына или дочь, тогда её положение упрочнится. - Такое поместье стоит не меньше миллиарда, - Чен Ханьлинь занимался продажей жилья, а потому на автомате принялся оценивать увиденное. Такой домик был просто бесценен. Однако, когда они вошли внутрь, на них словно ушат холодной воды вылили. Их приветствовали только слуги. Цзянь Сю так и не показался. Хотя приветствовали их довольно радушно, они резко поумерили пыл. Он так и не забыл дела минувших дней. Часов в восемь вечера прибыли старшие Цзяни. Только тогда и появился Цзянь Сю. Самолёт уже был готов, но из-за ливня разрешение на полёт не выдавали, а потому ночевать пришлось в поместье. Ужен уже был готов. Цзянь Сю ничего не говорил, равно как и Цзянь И. Линь Юлин произнесла несколько слов, когда Чену Ханьлиню было стыдно заговорить о чём-то. Только Сун Сяохун постоянно что-то тараторила. Ван Синьтон знала, как развлекать людей. Она пригласила известных поваров из разных стран. Напитки и блюда были даже лучше, чем в крутом ресторане. Когда ужин закончился, все разошлись по своим комнатам, ожидая следующего дня, надеясь, что с утра распогодится. Чен Ханьлинь стоял на балконе, уставившись в горизонт. Он надеялся, что Цзянь И выйдет на соседний балкон, и он смодет извиниться перед другом, но возможности так и не представилось, а подойти лично смелости так и не хзватило. Рядом с ним вздохнула Сун Сяохун. - Я тут порасспрашивала слуг. Тут более пятисот комнат, которые могут вместить около тысячи человек. кроме садовников и охранников тут работает двадцать три человека. Интересно, сколько сейчас денег у Цзяня Сю? Думаю, такие расходы не смог бы позволить и богатейший человек Цзаннаня. Она долго ещё говорила, пока не заметила, что Чен Ханьлинь её нисколько не слушает. - Ханьлинь, не задумывайся об этом. Всё ведь хорошо, мы даже ели за одним столом. Что тебя теперь беспокоит? - Тебе не понять! – вздохнул он. - А ты всё равно расскажи, - настаивала она. Он немного поколебался. - Вообще-то, всё было не так, как сказал Тан. - То есть, тебя ложно обвинили? Чен Ханьлинь покачал головой. - А что тогда? - История брата И не так проста… Я обещал никому никогда не рассказывать и никогда не показываться в столице. Боюсь, если я покажусь там сейчас… - Погоди-ка, - поразилась Сун Сяохун. – О чём ты говоришь? Что не так с братом И? кому ты обещал никогда не показываться в столице? Что ты пытаешься скрыть? - В те дри предать его меня заставил не Тан, а кое-кто иной. Могущественная семья из столицы. Брат И родился в ней. - Но зачем им тогда так с ним поступать. - Наверное, какие-то семейные дрязги. Столичные семьи бессердечны. Богатство и власть развращают людей.