— Новая драма?
— Да, снимать начнут в следующем месяце.
Шэн Цяо повернулась к ней и, не дожидаясь просьбы, дала посмотреть сценарий.
Ло Цин просмотрела сценарий и сказала с улыбкой:
— Интересный персонаж; если ты будешь играть офицера полиции, придется, наверное, подстричься покороче.
Шэн Цяо коснулась своих длинных, до талии, волнистых волос, чувствуя, что эта мысль ее расстроила, и бодро ответила:
— Искусство требует жертв!
Она подумала, что сейчас как раз хорошая возможность чему-нибудь научиться у Ло Цин:
— Учитель Ло, вы знаете какие-то секреты актерского мастерства? Может быть, научите меня?
Ло Цин уже много лет не выступала на сцене и не снималась; но каждая сыгранная ею роль запомнилась зрителям надолго. Не зря ее дважды номинировали на звание лучшей актрисы. Шэн Цяо была ей симпатична, и она была готова поделиться с ней опытом. Усмехнувшись, Ло Цин сказала:
— Мой секрет таков: не играй себя, играя ее.
Шэн Цяо не поняла, что она хочет сказать.
Ло Цин пояснила:
— Очень часто, когда актер играет роль, он думает, как бы поступил, если бы попал в такую ситуацию. И играет при этом, естественно, самого себя. Но персонаж — это не ты; у персонажа своя история, свой характер, и они отличаются от твоих. Он тоже грустит, радуется, плачет и смеется, но за этими эмоциями стоит другой опыт, и проявляться они должны тоже по-другому.
Она показала на список действующих лиц, где кратко была изложена история Нэ Цин.
— Вообще-то сценарист дает очень мало информации. Сценарий описывает какую-то текущую ситуацию, и авторы не слишком тщательно продумывают прошлое персонажа, фактически, опустив все этапы жизни персонажа до начала действия.
— Но тебе так делать нельзя. Ты играешь эту роль, ты должна стать этим человеком, а значит, должна знать весь свой жизненный опыт, от рождения, детских лет и до взрослой жизни. В какой детский садик ты ходила, с какими детьми приходилось сталкиваться. В какую начальную школу ты поступила, кто был твой сосед по парте, а потом, в средней школе, у тебя — у твоей героини — начались проблемы подросткового возраста. В кого ты была влюблена, кого ненавидела? В какой школе училась? Испытывала ли давление, какие предметы нравились, какие не любила? А по какому была лучшей в классе?
Шэн Цяо даже растерялась; она помолчала довольно долго, а потом нерешительно переспросила:
— То есть вы имеете в виду, что мне нужно написать биографию этого персонажа?
— В каком-то смысле так и есть. Отталкиваясь от личности, описанной сценаристом, личности сложившегося уже человека, заполни подробностями прошлое своего персонажа. Тогда ты обнаружишь, что знаешь о ней все, что ты — это она.
Шэн Цяо взяла Ло Цин за руку и сказала:
— Учитель Ло! Вы потрясающая! Я восхищаюсь вами!
Ло Цин улыбнулась и ободряюще похлопала ее по руке:
— У тебя есть ум и интуиция. Я верю, что ты добьешься большого успеха.
В сердце Шэн Цяо вспыхнул огонек честолюбия и надежды.
* * *
Самолет приземлился только во второй половине дня; люди очень устали от долгого перелета. Съемочная группа прислала за ними автобус, но он повез их не в отель отдохнуть, а сразу в морской порт.
Ярко светило солнце, и, когда она вышла из автобуса, ярче солнца улыбался уже приехавший раньше Шэнь Цзюань.
— Брат! Ты уже здесь!
Из операторской машины другой программы вышла и Фан Чжи с камерой, все оживленно переговаривались в радостном возбуждении от встречи.
Режиссер сказал:
— Вам полчасика, чтобы перекусить и отдохнуть, а потом отправляемся на съемки на Крабовый остров.
Шэнь Цзюань воскликнул:
— Хоть капля человечности в вас есть? Вы нам даже одну ночь не дадите отдохнуть после перелета?
Ответ руководителя группы был суров, но справедлив:
— Вы летели из Гонконга чуть больше трех часов. Учитель Ло и остальные летели из Пекина почти восемь часов — и разве они просят об отдыхе?
Шэнь Цзюань заметил:
— Я бы спросил учителя Ло.
Режиссеры ничего не ответили.
Черт, опять двадцать пять.
Съемочная группа приготовила им еду в своей машине. Когда все поели, и можно было немного отдохнуть, режиссер предложил им выйти наружу.
Все шестеро стояли одной группой; главный режиссер сказал:
— Как и в прошлом эпизоде, пронести можно только пять предметов. Сейчас проверим ваши сумки.
Актеры послушно открыли сумки, и члены съемочной группы стали их проверять. Когда очередь дошла до Шэн Цяо, режиссер сказал:
— Давайте сюда ваш кошелек.
Шэн Цяо выразила немое удивление.
«Вы, конечно, руководитель, но мой кошелек вас не должен занимать».
Режиссер пояснил:
— Портмоне — это один предмет, а предметы в нем считаются отдельно.
Шэн Цяо возмутилась:
— Как можно так вести счет? Я человек — и что, мои внутренние органы это не я?
На это режиссеру нечего было возразить.
Блин, снова та же проблема.
Главный режиссер только махнул рукой:
— Ладно, забудь.
Шэн Цяо наконец-то забрала свое портмоне, и тут она увидела, как он говорит женщине-режиссеру:
— Обыщи ее.
Шэн Цяо возмутилась:
— Ребята, вы безжалостны!
Но в итоге у нее нашли также маленький кинжал с медными монетами за отворотом ботинка.
Удивлению Дин Цзянь не было предела.
«Черт подери, как она умудрилась?»
Проверив рюкзаки и обыскав артистов, режиссер кивнул на шесть катеров, ожидавших их на воде:
Рассаживайтесь по одному, мы отплываем.
Фан Чжи спросила:
— А сценарий? А замечания? Скоро совсем стемнеет, мы заночуем на острове?
Кто-то из съемочной группы ответил ему:
— Поговорим об этом, когда сядем в катера!
Все замолчали, ими овладели нехорошие предчувствия.
Обновлено: 13.02.2026