Прошла целая вечность, прежде чем Чэнь Шухуа, старейшина расы богов, первой нарушила молчание:
— Позвольте мне, старому, начать. Так сказать, брошу камень, чтобы вызвать яшму.
Лу Фэн кивком разрешил ей продолжать.
— В Цанлане и прежде созывались великие собрания, и не раз, — сделав паузу, продолжила она. — Однако каждое из них было посвящено конкретной теме. Решив дела, все расходились. Конечно, иногда случалась и торговля, но никогда в таких масштабах. Обычно на аукцион выставляли всякую мелочь, а настоящие сокровища придерживали при себе.
— Давайте задумаемся: у кого из нас нет вещей, которыми мы не пользуемся? Обменять бесполезное на нужное... один и тот же артефакт для тебя — обуза, а для меня — божественная помощь. В ходе этой грандиозной торговли общее количество артефактов не изменилось, но каждый из них нашёл своего владельца.
— И хотя число сокровищ осталось прежним, сила каждого отдельного существа значительно возросла. Владыка, я права?
— Ты права, — кивнул Лу Фэн. — Кто-нибудь хочет добавить?
Хо Жун с виноватым видом шагнул вперёд:
— Слова старейшины Чэнь открыли мне глаза. Все действия Владыки продиктованы заботой о благе всех жителей Цанланя. Стыдно признаться, но я, проживший более миллиона лет, хоть и не ровня Владыке в силе, но всё же считаюсь одним из сильнейших в этом мире, был ослеплён узким кругозором. Я всегда действовал лишь в интересах своего клана. Мне стыдно.
— Как и сказала старейшина Чэнь, когда каждый артефакт находит своего владельца, сила Цанланя возрастает. Но что, если каждый житель Цанланя окажется на своём месте? Не возрастёт ли наша общая мощь ещё больше?
Когда Хо Жун закончил, слово взял Ли Танцин. В глазах всех присутствующих Святых ещё стояла картина, как этот сильнейший воин, уступающий лишь Богу Вселенной, в одиночку сдерживал вражеского божества.
— В прошлой войне с Хуанцином, хоть мы и одерживали победы, на поле боя царил хаос. Каждый клан, каждая раса сражались сами за себя. Взгляните на врага: их боевые порядки были стройны, войска действовали слаженно, атаковали и отступали организованно.
— Если бы они высадились в твоём регионе Огненного Леса, или в Белом Ледяном, или в моём, Пыльном, смогли бы мы, подобно региону Дунли, выдержать их первый, подобный лесному пожару, натиск?
— Пятеро Святых расы богов оказались в Дунли по чистой случайности. Лишь ценой жизней троих из них удалось замедлить врага и выиграть для нас время. Если бы они выбрали другое место для вторжения, мы бы потеряли не половину региона, а гораздо больше.
— Проблемы возникали и в самом бою. Не только кланы сражались обособленно, но даже ученики одной секты действовали разрозненно, лишь изредка объединяясь в боевые порядки. Мы побеждали исключительно за счёт превосходства в грубой силе. Наши воины одного ранга были сильнее вражеских, а наши мастера Дао Пространства наносили удары из самых неожиданных мест.
— Мы победили, но понесли потери, которых можно было избежать. При грамотном командовании наши потери сократились бы как минимум на сорок процентов.
— Более того, — мрачно добавил Святой Алхимик, — большинство школ девятого ранга отправили на войну лишь отряды под командованием Полусвятых. В начале войны вся тяжесть легла на плечи расы богов. Первыми на помощь пришли демоны, хотя их владения были дальше от места вторжения. Лишь когда остальные увидели, что боги и демоны объединились и остановили врага, они начали подтягивать свои силы. В итоге шестьдесят процентов Святых так и не приняли участия в битве. Иначе Божественный Владыка не пал бы.
При этих словах лица многих Святых залились краской стыда.
— Нам стыдно...
— Раса демонов проявила благородство, Владыка Демонов проявил благородство, — поспешила вмешаться Чэнь Шухуа. — Раса богов никогда не забудет вашей помощи. Но и вам не стоит корить себя. Лишь после прибытия демонов и по совету нашего друга Ли мы отправили первый призыв о помощи. Не получив его, вы, естественно, колебались. Раса богов не винит вас. Вся вина лежит на нашей гордыне. Мы самонадеянно пытались справиться в одиночку, что и привело к таким последствиям. К счастью, Божественный Владыка не подвёл Цанлань, иначе грех расы богов был бы непростителен.
— В начале войны мы ничего не знали о силах врага, — со стыдом в голосе произнёс один из Святых. — А вторгаться во владения богов мы никогда не смели. Увидев яростный натиск врага, мы… мы начали укреплять оборону, готовить защитные формации… Лишь когда линия фронта стабилизировалась и пришёл призыв о помощи, мы решились выступить.
— Вот в чём проблема развития Цанланя! Мы привыкли бороться друг с другом, но никогда не думали о врагах извне. В мировой войне, если одна из сторон не будет уничтожена на девяносто девять процентов, Небесный Дао не сможет поглотить павший мир. Жестокость таких войн несравнима с обычными распрями. Война закончится лишь тогда, когда одна из сторон будет полностью истреблена. Проигравшие не смогут спастись.
— Нам пора проснуться! Как говорила старейшина Чэнь, наш мир слишком молод, наши гении ещё растут. Нам нужно время. Школы девятого ранга сильны, но против внешнего врага этого недостаточно. Чтобы противостоять угрозе извне, мы должны объединиться, забыть о разногласиях между кланами и расами. Перед лицом мировой войны у нас всех лишь один статус — жители Цанланя.
— Неплохо, — улыбнулся Лу Фэн. — Вы научились делать выводы. Именно ради этого я и созвал вас. Не стоит переживать о прошлом. Это лишь горькие плоды раздробленности, и вашей вины в этом немного.
— Владыка, вы хотите объединить силы Цанланя? — спросила Чэнь Шухуа.
— Верно, — кивнул Лу Фэн. — Но не слить все секты в одну, а объединить их иным способом.
Он встал. Все остальные Святые последовали его примеру. Суровое выражение лица Лу Фэна говорило о том, что сейчас произойдёт нечто важное. В этот миг даже потоки Дао в мире Цанлань, казалось, замедлились. Святые с изумлением осознали, что сами небеса замерли в ожидании.
Слова Лу Фэна падали медленно и весомо:
— Я прошу у вас титул. Титул Владыки мира Цанлань. Согласны ли вы?
Каждое слово отзывалось в сердцах, словно глас самого Дао.
Снаружи аукционного зала все смотрели на небо. Потому что небо менялось.
Хоть все и были к этому готовы, им потребовалось мгновение, чтобы осознать сказанное.
Затем, с трепетом в душе, они склонились перед Лу Фэном:
— Мы приветствуем Владыку Мира!
— Я, от лица расы богов и региона Дунли…
— Я, от лица расы демонов и региона Цинчэнь…
— Я, от лица Святой Земли Золотого Пламени и региона Огненного Леса…
— Я, от лица Дворца Духов Воды и региона…
…
— Мы, от лица Божественного Храма Даньюань и Секты Меча Лазурных Облаков, совместно от региона Дайлинь…
— Клянёмся: признать Владыку Демонов Владыкой мира Цанлань, считать его приказы высшим законом, подчиняться его воле, вместе сражаться с внешними врагами и карать предателей. Если мы нарушим эту клятву, пусть наши кланы сгинут, а наследие прервётся!
— Я, Лу Фэн, — торжественно и властно произнёс он, — приняв от вас этот титул, клянусь быть достойным его, вести вас к победе над всеми врагами и к процветанию Цанланя. Я обещаю, вы никогда не пожалеете о сегодняшнем решении.
— Отныне мы будем трудиться вместе, чтобы даровать Цанланю мир, проложить путь для будущих поколений и нашим духом сотворить вечную славу этого мира!
— Ха-ха-ха-ха!
Громовой смех Лу Фэна подхватили все Святые и Полусвятые. Это не было лестью. Кровь кипела в их жилах, наполняя сердца отвагой.
В этот миг небо над Цанланем изменилось!
Волна воодушевления прокатилась по всему миру. Практики, стоявшие на пороге прорыва, обретали просветление. Умирающие старцы находили в себе силы для последней попытки.
«Ради такого, — думали Святые, — не страшно и погибнуть в бою! Я не предам Цанлань, и Цанлань не предаст меня!»
Что за великое событие! Что за пьянящее чувство единения! Это и есть товарищество, сила уз, это… Ультра… Тьфу, не та история!
— Теперь, когда у нас есть Владыка, нужно решить остальные вопросы, — сказал Лу Фэн. — Наше совещание только начинается, дел впереди много. Говорите свободно. Ха-ха, Цинъюань, не думай, что разливать чай — лёгкая работа. Священные Артефакты просто так не даются, придётся тебе потрудиться.
— Владыки, обсуждайте, не отвлекаясь, — с улыбкой ответила Лин Цинъюань. — Для меня большая честь быть частью такого великого события. Разве я могу устать?
Под весёлый смех Святые снова расселись по местам.
— Раз я стал Владыкой, не могу же я быть генералом без армии, — сказал Лу Фэн. — Сегодня я основываю Дворец Владыки. И ни один из вас от этого не отвертится.
— Я предлагаю от имени Владыки основать Дворец Владыки. Это будет не клан, а верховный орган, стоящий над всеми кланами Цанланя. Все внешние войны будут вестись от его имени.
— Полномочия Дворца: первое — управление всеми кланами Цанланя; второе — мобилизация всех людских и материальных ресурсов во время войны.
— Мы не возражаем! — раздался единодушный ответ.
— Я объявляю об учреждении казны Дворца! — продолжил Лу Фэн. — Оплата за ваши Божественные Артефакты полностью пойдёт в неё. От себя лично я добавляю пять миллиардов кристаллов Дао, триста миллиардов отборных камней Истока, а также камни Истока всех рангов на сумму ещё в пятьсот миллиардов.
Святые ахнули. Это были колоссальные суммы. Казна обычной школы восьмого ранга насчитывала несколько десятков миллиардов отборных камней Истока. Школы девятого — несколько сотен миллиардов. Боги и демоны были исключением. Храм Даньюань и Святая Земля Золотого Пламени также были баснословно богаты благодаря своему уникальному ремеслу. К примеру, плата за артефакт в девять миллионов очков была эквивалентна четырем с половиной триллионам отборных камней Истока! А стоимость эликсиров Храма Даньюань была ещё выше.
Сам Лу Фэн разбогател в основном за счёт продажи слепых коробок, которые разлетались как горячие пирожки. Он потратил вырученные средства на скупку артефактов и эликсиров, которыми щедро одарил своих демонов. Остаток, за вычетом небольшой суммы на карманные расходы, он вложил в казну Дворца. Одной этой суммы хватило бы, чтобы превзойти запасы большинства школ девятого ранга. А ведь были ещё взносы двух богатейших кланов!
Что до кристаллов Дао, семьдесят процентов их запасов находились у демонов. Лу Фэн взял лишь пятую часть. Раз он затеял такое великое дело, родня должна была его поддержать.
— Дворец будет функционировать в двух режимах. Сначала обсудим мирное время. Я предлагаю от имени Дворца основать Армию Защитников Цанланя. Ранг Духовной Пустоты — рядовой, Глубокой Пустоты — офицер, Пустотного Бедствия — полковник, Пустого Истока — генерал, Полусвятой — маршал. Дворец будет взимать десять процентов от доходов всех кланов раз в сто лет на своё содержание.
— Согласны…
— Дворец Владыки — это не только мой Дворец. Он принадлежит всем вам, всему Цанланю. Он подобен чистому листу. Посмотрим, какие вы художники.
Следующие четыре месяца прошли в бурных дебатах. Табличку «Аукционный зал» давно сменила вывеска «Зал Совещаний». Здесь происхождение, клан и даже уровень развития не имели значения. Перед лицом великих перемен личным амбициям не было места. Всех объединяла одна цель: как сделать Дворец Владыки эффективным органом управления на благо всего Цанланя.
Полусвятые, многие из которых были главами школ восьмого ранга, теперь выполняли роль секретарей.
Святые спорили без умолку. Они понимали, что творят историю, и каждая деталь требовала тщательного обсуждения.
Поначалу все вели себя сдержанно, кланялись, хвалили друг друга. Но через два дня начались ссоры. Вспыльчивый Хо Жун в гневе действительно воспламенялся, сжигая столы и стулья. Лу Фэну пришлось заказать для него мебель из особо прочных материалов, которые не сгорели бы и за десять лет.
Двое Святых из расы богов спорили с самой Чэнь Шухуа; Сюань Чи и Ду Хунь орали друг на друга два дня без перерыва…
И так без конца. За эти месяцы не было никого, кто бы с кем-то не поссорился. И ссора была ещё лёгким вариантом.
Лу Фэн с удивлением обнаружил, что Святые в споре совершенно не заботятся о своём имидже.
Ему самому оставалось лишь… поддерживать порядок.
— Говорите по-хорошему, мы все здесь ради Цанланя.
— Это уже оскорбление, мы же коллеги.
— Он грубит, но зачем отвечать ему тем же?
— Не смей швыряться чашкой! Эта чашка ранга Святого пробила дыру в моём зале! Цинъюань, подбери её. А ты, кошка, быстро почини!
— Эй! И ты тоже. Остынь. Нельзя драться только потому, что тебя оскорбили.
— Никакой магии! Это зал совещаний, можете кого-нибудь ранить.
— НИКАКИХ БОЖЕСТВЕННЫХ АРТЕФАКТОВ!!! УБЕРИ ЕГО, СКАЗАЛ!
В бесконечных обсуждениях, спорах, ссорах, битье посуды и даже драках рождались новые отделы, обязанности, правила и законы.
Каждый пункт был записан и вплетён в саму ткань Дао Цанланя, став частью мира.
Именно поэтому Святые были так серьёзны и так теряли самообладание. Каждое их решение влияло на судьбы миллиардов. Одна неосторожность могла погубить гения или спровоцировать войну.
Они были древними существами, прожившими сотни тысяч лет, и им не занимать было мудрости.
Эти четыре месяца были предопределены войти в историю. Даже когда все присутствующие здесь Святые обратятся в прах, их имена и деяния будут навечно вписаны в Дао Цанланя.
Обновлено: 22.01.2026